Эдвард Д.Сокол «Восстание 1916 в Русской Центральной Азии» (Продолжение, начало в №...

Эдвард Д.Сокол «Восстание 1916 в Русской Центральной Азии» (Продолжение, начало в № 1-5, 7)

До начала Первой мировой войны разница цен осенью и весной за зерно и другую сельскохозяйственную продукцию достигала до 50 %. Крестьянин был вынужден продавать свой урожай, когда цены были низкими и покупать зерно и семена для посева весной, когда цены были значительно выше. Чтобы получить деньги для приобретения семян, он был вынужден продавать даже своих тягловых животных и домашнюю утварь, а также обращаться к ростовщику.

Российский исследователь Н. Киритон описывал действия ростовщика в 1904 году следующим образом:  «Эти “благодетели” помогают местному крестьянину в момент его наибольшей потребности, предоставляя ему маленькую сумму под огромный процент, не меньше чем под четыре процента в месяц. Сделка происходит перед общим судьей, и к одолженной сумме всегда добавляется процент в долговом обязательстве. Таким образом, если займ составляет сто рублей на один год, то оформляется обязательство в 148 рублей. Кроме того, если ростовщик сомневается в платежеспособности должника, то он берет в качестве обеспечения  кредита  залог — недвижимость должника, по тому же самому проценту, и  оценивающемуся вдовое меньше  его фактической стоимости.  Продажа заложенной недвижимости здесь в порядке вещей. Российские ростовщики приобрели обширные земли за счет разорившихся местных крестьян».

Налоги были еще одним фактором, которые ставили крестьянина в безнадежное экономическое положение. Бюджет Туркестана испытывал дефицит в предвоенные годы, что только вынуждало правительство поднимать еще больше налоги. Поскольку взимаемые налоги не поднимали производительность крестьянских хозяйств, то в результате они только наносили ущерб интересам крестьян. Было конфисковано много земель из-за неспособности крестьянина заплатить налоги.

Таким образом, с помощью кредитов от хлопковых агентов, ростовщиков, повышенного спроса населения на землю, роста цен на землю из-за спекуляций вокруг хлопка, увеличения налогов, разрушения самодостаточных экономик сел потоком дешевых российских товаров, крестьянин все больше и больше тонул в долгах и терял свою землю.

Несмотря на растущую концентрацию земли в руках богатых, крестьянин обычно оставался на участке земли, которую он потерял, обрабатывая ее на основе долевой аренды. Владелец предоставлял семена, орудия труда и землю, а арендатор делал всю работу. Урожай делили,- владелец получал львиную долю. Введенная система плантации не оказалась  успешной. В Туркестане были по большей части земли небольших хозяйств, в среднем независимый хлопкороб имел от 2 до 4 десятин, которые он интенсивно культивировал с помощью своих грубых орудий, ketman (мотыга) и omach (упряжка с плугом). Согласно одному представителю власти, система плантации не сработала ввиду психологических особенностей — реакции крестьянина: работая на свою семью дома, он был самым трудолюбивым, но, когда он работал на кого-то еще, то  не видел греха в том, чтобы побездельничать или делать вид, что работает.

Экспроприация земли крестьянина не привела к его занятости в промышленности, как это было в Европе и Японии. Россия рассматривала  данный регион в качестве колониальной территории, служившей источником сырья и вывоза своей продукции. Естественно, она не была благосклонна к тому, чтобы в Туркестане происходило большое развитие промышленности.

Положение среди богатых местных жителей было совершенно иным. Не будучи зависимыми от кредитов, они могли процветать от хлопководства. Их  привлекали в качестве агентов хлопковых фирм и хлопкоочистительных фабрик, к тому же они выполняли функции ростовщиков.  Растущий  альянс между  местными купцами и русскими был особенно заметен в Ташкенте, Самарканде и в городах Ферганы.  Создание Хлопковой Биржи в Коканде также способствовало этому. Местные купцы все чаще посещали ярмарки в Нижнем Новгороде и, особенно, в Москве, где они основали  свои крупные торговые компании. Таким образом, к началу Первой мировой войны богатые туземцы и русские имели много общего, несмотря на языковые барьеры  при  социальном взаимодействии.

Появление русских в Туркестане значительно отличалось от появления британцев в Индии. Британцы приходили в качестве управляющих, администраторов и торговцев, в остальных областях они не вступали в конкуренцию с местными жителями. Однако русских в Туркестане можно было встретить  во всей гамме профессий – от правящих классов до техничек уборных и дворников. Таким образом, они составляли конкуренцию местным жителям на рынке труда на каждом уровне.

Местных жителей особенно возмущала ситуация в промышленности.  В нескольких отраслях предвоенной промышлености (особенно в хлопковой индустрии, которая составляла 85% всей промышленности Туркестана)  русские монополизировали  должности, которые требовали квалификации, местным же жителям доставалась работа, не требующая квалификации. Но это не все,  следует также отметить огромную разницу в оплате  и условиях труда. Местные жители работали по 10-12 часов в день, временами по 16 часов, а их заработная плата в среднем  была 180 рублей в год, что было очень неблагоприятно сравнительно с оплатой русских, которые получали в среднем 288 рублей.  Перспективы для россиян были совершенно иными. Обычно обладавшие чуть большими навыками по механике, чем туземцы, они составляли меньший контингент в Туркменистане, поскольку найм в самой России был сопряжен со многими трудностями.  Однако никогда, как в последние годы царизма, им не были предоставлены такие поблажки и благоприятный режим: в большинстве своем рабочий день был сокращен до 8 часов, предоставлены полноценные выходные дни, бесплатная медицинская помощь и оплата перерывов  в работе без предварительного уведомления работодателем . Они составляли 22.8 % от общей рабочей силы в промышленности и 70-79 % -квалифицированных рабочих.

Железные дороги были притягательным местом для этой квалифицированной элиты, куда требовались более компетентные профессиональные рабочие, чем в другом месте. Национальный состав был здесь следующим: русские — 80.7%; мусульмане — 14.6 %; поляки — 2.6%; немцы-0.8%; армяне-0.7%; евреи-0.2%.

Присутствие российских колонизаторов в трех основных провинциях Туркестана (Сыр Дарьинской, Ферганской, Самаркандской) не было большим. В 1914 году их численность была следующей:

Провинция  Кол-во деревень   Кол-во жителей
Сыр-Дарья                  108                              45,000
Самарканд                   13                                  3,500
Фергана                         23                                20,000

Российского крестьянина мало заботило культивирование хлопка и риса, следовательно, он и не был особенно привлечен в эти области. Он выращивал там традиционные для себя зерновые и кормовые культуры.  Русские заселялись в деревнях отдельно от местных жителей на  новых орошаемых землях. Их наделы часто были огромными по сравнению с местными стандартами  (от 40 до 50 десятин), но они не могли работать на земле также интенсивно, как это делали местные крестьяне со своими кетменями (орудиями труда). Несмотря на это, разница между ними была велика: в Туркестане российский крестьянин процветал, в то время как местный рабочий становился еще более порабощенным.

РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА ПО ОТНОШЕНИЮ К КОЧЕВНИКАМ

Если большие изменения, вызванные присутствием русских среди оседлых народов Туркестана, были сконцентрированы на преобразовании страны в хлопковую область Царской империи, то  в отношении кочевых народов – это история устойчивого вторжения российских переселенцев на земли кочевников. Аграрный вопрос тогда явился краеугольным камнем в  отношениях кочевников к русским.

На территории современного Казахстана русские появились еще в XVI веке. Они ассимилировались через смешанные браки и их едва можно было различить от степных  обитателей. Первые поселенцы были скорее солдатами, нежели крестьянами, и  ситуация оставалась такой в течение долгого времени. Им были выданы большие участки земли, и их поселения образовали линии обороны от набегов диких кочевников. Еще в 1868 году не было ни одной крестьянской колонии. 1875 год ознаменован изменением в политике переселения страны после того, как генерал-губернатор степей подтвердил, что казацкие поселения привнесли в степи мало изменений в плане цивилизации. Именно этот год знаменует собой начало крестьянской колонизации степи. В Семиречье, ставшей ареной самого ожесточенного сопротивления в ходе Восстания 1916 года, колонизация была начата вскоре после завоевания территории (в 1867 году).

(Продолжение следует.).

NO COMMENTS

Leave a Reply