Операция: ликвидация

Операция: ликвидация

Практически все, кто мог бы пролить свет на темную историю с побегом заключённых из СИЗО-50, мертвы. Кто заинтересован в ликвидации свидетелей этого ЧП?

Концы в воду

На прошлой неделе стало известно, что бывший начальник СИЗО-50, откуда 12 октября сбежали заключенные, найден повешенным. Тело Иманкула Телтаева, подвешенное на простыне в помещении медсанчасти СИЗО-1, нашел рано утром 20 ноября дежурный сотрудник. Медикам оставалось лишь констатировать смерть. Тело сразу же доставили в Центр судебно-медицинской экспертизы, где вынесли заключение — суицид.

Полковника внутренней службы Телтаева отстранили от должности с формулировкой «за серьезные упущения в работе, приведшие к побегу из СИЗО-50 нескольких опасных преступников и гибели сотрудников следственного изолятора». Под стражу экс-начальника следственного изолятора заключили 18 ноября по ходатайству следователя Спецпрокуратуры, которая расследует дело по статье «Халатность» в отношении сотрудников ГСИН, допустивших побег особо опасных преступников. На нары угодил только глава закрытого учреждения, остальные 20 сотрудников, и не только СИЗО-50, отстранены от должностей, но остались на свободе до окончания следствия.

Пресс-служба ГСИН спешила всех заверить: Телтаев совершил самоубийство. Соответственно, и уголовное дело по этому факту возбуждаться не будет. Дескать, и так все понятно: «У человека нервы сдали, воспользовался тем, что был переведен в одиночную камеру, где и совершил суицид». К тому же, по словам пресс-секретаря ведомства Александра Никсдорфа, Телтаев и ранее предпринимал попытки покончить с собой, когда был уволен четыре года назад.

Однако родственники полковника в эту версию ГСИН не верят. Сын Телтаева рассказал «Азаттык», что накануне «самоубийства» встречался с отцом и тот даже не помышлял о суициде. «Он верил, что его оправдают. И не мог повеситься. Вчера (19 ноября — прим. Res Publica) в 11.30 мы с ним встретились. Отец стал жертвой обстоятельств. Он говорил, что у него есть соответствующие документы, что выдержит и верил в освобождение», — заявил Улан Телтаев.

По его словам, отец не жаловался на проблемы со здоровьем. Почему накануне его перевели в медсанчасть? — вопрос на который пытаются найти ответ родные Телтаева. Они настаивают на проведении независимой судебно-медицинской экспертизы.

Когда честь не в чести

Кроме того, родственники Телтаева требуют справедливого и объективного расследования и намерены добиваться отстранения от должности главы ГСИН Алика Мамыркулова.
На увольнении Мамыркулова настаивает и общественный совет при ГСИН. Его члены «чрезвычайно обеспокоены сложившейся ситуацией со смертельными исходами». В своем открытом обращении к президенту и премьер-министру КР, а также спикеру парламента, они отмечают, «действующий председатель ГСИН А.Б.Мамыркулов не имеет права занимать эту должность». «В ходе побега убиты три сотрудника ГСИН, четвертый скончался позже в госпитале. Из девяти задержанных заключенных шесть мертвы. Три из них погибли непосредственно в местах лишения свободы. Также погибли сотрудник СОБР и два мирных жителя во время проведения спецоперации по задержанию одного из убежавших заключенных. 20 ноября дежурный СИЗО-21 обнаружил в медсанчасти тело задержанного экс-начальника СИЗО №50 Телтаева», — напоминают члены ОС.

«Факты смертельного исхода в ГСИН показывают, что государство не обеспечивает необходимый уровень безопасности. Тюремная безопасность является таким же важнейшим условием в государстве, как национальная и общественная», — подчеркивают члены ОС и «убедительно просят снять с этой должности председателя ГСИН, а также обратить внимание на системные вопросы тюремной безопасности, которые неоднократно поднимались в течение последних лет».

В цивилизованном государстве председатель ГСИН уже давно подал бы в отставку, ведь в вверенном ему учреждении творится настоящий бардак. И ЧП становятся обыденной нормой сегодняшней системы исполнения наказаний. Но Алик Мамыркулов крепко вцепился в кресло главы ГСИН. И оставлять его не намерен.

На вопросы журналистов он отвечать отказывается, ссылаясь на следствие, по итогам которого якобы намерен сделать заявление. Сколько еще человек должны погибнуть, чтобы нынешний председатель службы признался, что не способен навести порядок в системе и покинул пост?

О том, что власти пытаются пресечь всякое распространение информации об организаторах побега заключенных, наша газета писала в одном из предыдущих номеров («Правду о побеге из СИЗО-50 не узнаем?» в №20 от 22.10.2015). Все беглецы, кроме троих, ликвидированы в ходе спецопераций, либо скончались. Причиной смерти последних, по официальной версии, стала сердечная недостаточность. По неофициальной — побои.

Выгодное самоубийство

Это подтвердили и сотрудники Национального центра по предупреждению пыток. «Мы посетили заключенных. Один из них подтвердил, что его избивали сотрудники ГСИН. Невооруженным взглядом были видны следы побоев. Заключенный  находился в очень плохом состоянии и сказал нашим сотрудникам, что, возможно, совершит суицид. Через некоторое время он умер в СИЗО», — рассказал глава центра Нурдин Сулайманов.

Но в ГСИН упорно не подтверждают информацию о том, что к заключенным применялась сила. Но очевидно, после такой показательной расправы надеяться, что оставшиеся в живых задержанные беглецы расскажут правду, не приходится. А если верить правозащитникам и людям, близким к системе исполнения наказания, побег заключенных готовился еще год назад. И заинтересованы в нем были самые высокопоставленные чины.

В ходе расследования частично эти сведения подтвердились. К примеру, стало известно, что камеры видеонаблюдения в самой охраняемой тюрьме не работали за несколько месяцев до совершения дерзкого побега. Что в учреждении периодически отключали свет. И что меры безопасности в изоляторе для содержания особо опасных преступников не соблюдались.
Не это ли пытались скрыть те, кто был заинтересован в суициде бывшего начальника СИЗО-50 Иманкула Телтаева? То, что смерть бывшего надзирателя была на руку некоторым чиновникам сомнений нет.

Как рассказал Res Publica полковник ГСИН Ишенбай Мусаев, еще за полгода до происшествия теперь уже покойный начальник СИЗО-50 Иманкул Телтаев писал рапорты на имя председателя службы. «Он сообщал о том, что имеются проблемы с техникой в СИЗО, проще говоря, камеры видеонаблюдения не работают. Однако никакой реакции не последовало. Там содержатся особо опасные преступники, там должны быть повышенные меры безопасности, боевой отряд минимум в 4-5 человек дежурить. Но все эти нормы нарушались», — отмечает Мусаев.

Он подчеркивает, что изначально СИЗО-50 не предусматривалось для содержания подобного спецконтингента, а именно осужденных на пожизненное лишение свободы. «Сколько лет говорится о том, что для них должна быть отдельная колония. Но строительство который год никак не закончится», — говорит Ишенбай Мусаев.
По факту суицида назначено служебное расследование. Но вряд ли общественность когда-либо узнает о результатах разбирательства. Ведь в таком случае полетят головы самых высоких чинов.

«Его посадили в одиночку. На него оказывался психологический прессинг. Его не имели права водворять в СИЗО-1. А должны были содержать в изоляторе при ГКНБ. Кто понесет наказание за смерть Телтаева? Никто. А ответственность лежит на судье, который вынес решение поместить его в СИЗО-1, начальнике этого учреждения Таланте Байсеитове, руководстве ГСИН, они должны были ходатайствовать в суде, чтобы содержать Телтаева не в бишкекском СИЗО, а в ГКНБ», — заявляет Ишенбек Мусаев.

«Пресс-служба ГСИН, комментируя смерть Телтаева заявляет, что это была не первая его попытка совершить самоубийство. Но это ложь! И если даже подобные попытки предпринимались и руководство об этом знало, почему его посадили в одиночную камеру, без охраны, дав возможность совершить самоубийство?», — добавил полковник ГСИН.
Кто понесет ответственность, как минимум, за доведения до самоубийства, а возможно и вовсе за убийство не столько обвиняемого, сколько важного свидетеля? Ответ очевиден. Никто. Ведь самое простое все списать на мертвеца.

Махинур Ниязова.

NO COMMENTS

Leave a Reply