Толекан Исмаилова: Надо менять политическую элиту

Толекан Исмаилова: Надо менять политическую элиту

— Вы провели очередной ежегодный фестиваль документального кино «Бир Дуйно – Fest 2015» в защиту прав человека. Он был посвящен на этот раз правам женщин и детей. Каковы итоги и ваши впечатления?

— Он прошел с большим успехом. И мне было очень приятно видеть нашу творческую интеллигенцию, писателей, художников, кинематографистов, участвовавших и оказавших моральную поддержку на его официальном открытии. Это был не просто просмотр фильмов, но и широкая дискуссия. Особенный интерес вызвал фильм о подростке с ограниченными возможностями, который живет в Кочкорке и нуждается в помощи местной власти. Я очень уважаю Улана Эгизбаева, талантливого журналиста «Азаттык», который использовал в своей работе инновационные подходы. Фильм показал всю боль героя и в то же время жестокость существующей системы в отношении людей с ограниченными возможностями. Это дети, очень талантливые, которые могут изменить не только свою личную жизнь, но и общества.
Весь зал смотрел фильм об этом мальчике и поражался, что здоровые наши ребята не наделены таким духом, как Кыял. Вот эта гражданская мотивация, гражданское вдохновение и оно в Кыргызстане есть! Сразу вспомнились 90-е годы, когда начинался этот подъем, и он продолжается. Обидно только, что в последние годы он снизился, отразившись как на более старшем поколении, так и на молодежи, некой апатией, потому что мы не видим смены элиты. Одна и та же советско-партийная номенклатура все приходит и приходит к власти и нет людей, которые были бы наделены новыми идеями, привержены ценностям предков. Нет таких во власти, а если они и приходят, то их быстро съедает эта система – они становятся или частью этой коррумпированной системы, или частью оппозиции. А в большинстве своем они просто уезжают из Кыргызстана. Это очень печально.

А фестиваль дает платформу, когда и чиновники, и молодые люди могут говорить о том, что их волнует. Такая уникальность у фестиваля. И люди получают возможность не сидеть у себя по домам и в регионах, а быть вместе и говорить о насущных проблемах, объединяясь вокруг общих социально — значимых проблем общества. Это уникальная гражданская платформа. И она есть в Кыргызстане с сентября 2007 года.

— Будет продолжение этим дискуссиям? В каком формате?

— Уже начинается подготовка к региональным фестивалям. И это будет совсем другой формат, там заняты местные лидеры, мы лишь консультируем их, содействуем их инициативам. Фестиваль пройдет на Иссык-Куле в селе Темировка. Это очень большое село, где очень много проблем. Есть дети, которые не ходят в школу. Этот проект называется «Забытые села». И важно, что фестиваль будет проходить там, потому что туда пригласят всех ключевых людей – районо, социальных экспертов. Фестиваль также пройдет в Оше и Джалал-абаде, в Кемине, в Таласе, т.е. во всех 7-ми областях и этот будет такой национальный форум, где граждане скажут, что мы независимы, а власть, она вторична, поэтому должна быть подконтрольна, прозрачна. Если этого не будет, то коррумпированная система будет съедать не только общество, но будет пожирать и самих себя.

Сегодня, говоря о бюджете страны, мы видим, что находимся уже почти  в дефолте. 60 процентов госдолга к ВВП может привести к необратимым процессам. С Министерством финансов мы готовим очень сильный форум граждан по внешней помощи, где мы будем спрашивать правительство, как они могли довести до этого. Это и такие инициативы власти, как страховка жилья, авто, когда это моя личная жизнь. И мы будем говорить, чтобы нас оставили в покое, чтобы у граждан был выбор. Такие зловещие инициативы должны прекратиться.

— Но вы же сами говорите об апатии в обществе? На кого вы опираетесь в регионах? Есть активисты?

— Конечно. К примеру, мы сейчас проводим региональные круглые столы о свободе ассоциаций и мирных собраний. В Оше прошла большая дискуссия, почему свобода слова остается под давлением таких статей Уголовного кодекса, как клевета, оскорбление. Ведь это Кыргызстан и здесь две революции произошли только потому, что два предыдущих режима ограничивали свободу слова. Я недавно вспоминала как мы бегали по всем новостройкам, по всему Бишкеку и показывали фото твоих детей и люди шли протестовать, оставляя свои проблемы. И этот дух живет до сих пор. Именно через свободу слова всегда отнимались все остальные гражданские права и свободы. И это сейчас выглядит как повторение. Этого нельзя допустить. Сколько людей погибло за свободу, а право на жизнь бесценно, власть должна помнить об этом. Поэтому избирательный подход не допустим в Кыргызстане.
Свобода слова, свобода ассоциаций включает также свободу доступа к финансированию. Кыргызстан является членом ООН и ОБСЕ, откуда финансируются, как проекты правительства, так и граждан. И когда говорят, что НПО получают деньги от иностранных доноров, а значит являются иностранными агентами – это  «политическая коррупция, включающая ложные обвинения и клевету против своих граждан, также избирателей», политика двойных стандартов. Мы же видим, что многие политики КР, кыргызское правительство получают деньги от Кремля, от международных финансовых институтов на реформы, которые часто просто проваливаются, а внешний долг остается на шее каждого гражданина страны.

Политические партии во время выборов финансируются комбайнами и тракторами. Мы тоже хотим знать, что это за деньги. Если политики показывают методы политической коррупции, борьбы кошельков, а не идей и программ развития, то что можно ожидать от людей?!
Наступило стратегическое и ответственное время для власти и граждан.
Как произойдет смена власти, чем запомнится нынешнее правление – вот над чем должны задуматься высшее руководство страны…, особенно фракции ЖК КР!

Это очень ответственное время и для нас, простых граждан, отслеживать политические процессы, чтобы на местных выборах и на президентских выбрать достойных людей. Это очень важное время для мобилизации всего гражданского общества для того чтобы не потерять демократические завоевания и содействовать мирной трансформации элиты без дискриминации и насилия.

— А тут еще заявлена конституционная реформа. И возможно, что народу не дадут права выбора. Все будет решаться в стенах парламента, который состоит из партий, купивших голоса избирателей.  

— Это очень трагично для Кыргызстана. Мы помним, как осуществлялась последняя конституционная реформа.  Это была такая тайная игра, когда один человек решал, кто будет работать над этой конституционной реформой. Нас не допустили до обсуждения. И обязательство принятое, что они не будут менять Конституцию до 2020 года, тоже была игра. Им надо было легализовать себя во власти, поэтому из Конституции и получился такой винегрет, что они его сами не могут никак переварить.

Неизвестно кто несет ответственность  за три ветви власти. Как распределена сила  и независимость ветвей власти друг от друга, где баланс? Где судебная независмость?
Поэтому мы сегодня имеем безответственное правительство, безответственный парламент. Я помню, когда мы разбирали дело «Вечернего Бишкека», я говорила тогда еще депутату Равшану Джеенбекову, что вы сами плохо работаете, ведь полномочия все у вас, что вы киваете на президента? Или те, кто бегает все время в Белый дом и договаривается о чем-то, все согласовывает. То есть знают ли политики инструменты принятия решений в формате добросовестного управления?

Вот это и есть самое страшное, что есть в Кыргызстане. А люди ведь живут и на что-то надеются.

Судьба наших мигрантов в России, которую вот-вот накроет ужасающий своими масштабами кризис – вот наши реалии. Им надо возвращаться, а здесь их тоже ничего не ждет. Правительство должно срочно принимать антикризисные меры, чтобы быть понятным, адекватным, перейти на другой уровень управления. Но этого не происходит. И мы все – и власть, и гражданский сектор стоим перед пропастью – быть или не быть. С нашим бюджетом, с нашими потребностями, с общим кризисом.

Но мы не сломлены. Сейчас идем в регионы, чтобы работать с людьми. Меня вообще поражает, когда нпошки сидят в офисах и что-то пишут-пишут. Мы вот уже 10 лет работаем с тюрьмами. Мы работаем на уровне местных СМИ, проводим дискуссии на разные темы, а уже потом придем в Бишкек на национальное радио и телевидение. Но меня очень мучает то, что мы увидели во время фестиваля, когда КТРК потребовали огромные деньги для освещения нашей работы. Хотя это ведь социальные программы. Поэтому в повестку дискуссии видимо придется поставить и вопрос о статусе общественного телевидения, значимости социальных и правозащитных программ для повышения правового образования в стране.

Вдумайтесь, мы на 120-м месте по уровню жизни в отчете ООН  по УЧР по итогам 2015 года. А это и высокая  материнская смертность, и плохое образование. Сегодня улица контролирует школы. Как быть с образованием, когда маргинальное население растет астрономически? И третье – доступ к базовым ресурсам, таким как свет, горячая вода, а в селах даже чистой воды нет. Это те проблемы, которые должны ставить граждане.

— Граждане уже задают вопросы, уже выходят в регионах с требованиями. Насколько социальное негодование находится на пике?

— Мы против  насильственных акций, потому что все отражается на простых людях. К сожалению., сегодня как на Кубе две, три системы. Одна для элиты, абсолютно не понимающей что творится на улице, вторая — неадекватные программы правительства, которые пишутся на русском языке, а кыргызы в областях уже не понимают на русском языке, да и мало чиновников на местах, кто может внятно рассказать, чего хочет национальное правительство и программы реформ и откуда брать деньги на их реализацию?
В связи с ростом цен, и т.д. это неадекватные действия, когда мэрия говорит об одном, а районы их не понимают, а в новостройках тем более. Я видела эту систему на Кубе, когда простые люди живут своей жизнью и не видят тех благ, которыми пользуются чиновники или бизнесмены. А криминальная статистика полна фактов ежедневного насилия над  детьми, суицидами от нищеты, невозможности выплатить проценты по кредитам.
Параллельные системы, как параллельные миры.

С этим ЕАЭСом  власть показала, как она работает без участия людей, своих избирателей, потому что нам рисовали совсем другую картинку: столько пройдет газа, столько будет света — вплоть до горных сел, и люди верили, что русские нам помогут, а сейчас получилось так, что Атамбаев и вовсе подписал денонсацию соглашения с Россией. Разве можно так играть судьбами людей? Ну хорошо, так получилось, но нужно же внятно рассказать какие альтернативы есть у правительства. А тем временем Минфин читает атикоррупционные лекции для членов общественного совета – какой-то бред сумасшедшего.  То есть у нас даже нет национального плана действий по коррупции. В июне 2012 года мы предлагали национальный план действий, но нас не слышали. Поэтому, когда теперь говорят, что надо заниматься информационной политикой, то я боюсь этого. Так мы выявили, что с кыргызскоязычными СМИ еще надо работать по правам человека, потому что от некоторых публикаций идет дискриминация ценностей, насилие. Русскоязычные СМИ – они подвержены идеям Кремля и всячески дискредитируют правозащитников, гражданских активистов. Мне стыдно было смотреть на youtube защиту диссертации Бермет Акаевой о гражданском обществе в России. Это же был план действий по подавлению НПО-сектора, и русские взяли это на вооружение. С ее стороны это была месть за своего отца.

— Какова ситуация на юге? Каковы отголоски июньских событий 2010 года?

— Если было бы хоть одно справедливое решение по событиям на юге вынесено, я бы сказала что у нас произошла судебная реформа. Но на сегодняшний день ни одно дело не закончено. Люди не видят справедливости и уезжают. А ведь это огромный ресурс. Кыргызстан был богат людьми разных национальностей, что и обогащало кыргызов.
А еще и страшная исламизация. Все об этом говорят. Вы посмотрите на количество мечетей. Их разве простые люди строили? Их строили чиновники. И та мечеть внутри парламента, вы поинтересуйтесь на чьи деньги она строилась. Есть статья 299 УК, когда нашу организацию обвинили в экстремизме. Вы, сажая верующих, нагнетаете обстановку, сказал Камалов и его тут же посадили. Он в тюрьме находится. Нет ни одного грамотного эксперта по исламскому экстремизму и люди сидят в тюрьмах ни за что. К людям лезут в частную жизнь. Это борьба с экстремизмом?!

— Бизнесмены вовлечены в деятельность гражданского общества? Они вообще начали понимать, что бизнес их будет развиваться только при соблюдении властью прав человека, в их случае, прав на частую собственность?

— Есть небольшие группы, которые занимаются лидерством, но они должны понять, что демократия – это, прежде всего, гражданское участие в процессе принятия решений, свободная экономика и наоборот, — как сообщающиеся сосуды. А сегодня они сами под давлением. Семейные, клановые бизнесы растут, или как у партии «Кыргызстан». Лидер партии не пришел на заседание ЦИК, чтобы убедиться, что эти женщины-депутаты действительно писали заявления или нет. А ему не надо. Идет просто рейдерский захват мест в парламенте.

Партии просто покупали себе места в парламенте и нет адекватного ответа на вопросы. А ведь партии должны были быть мозговыми танками, они должны были работать с людьми. Сейчас роль политических партий должна была бы быть очень яркой, насыщенной, а они до сих пор занимаются подсчетом своих денег, сколько смогли вернуть истраченного на избирательную кампанию. Это называется политической коррупцией, поэтому у нас почти
дефолт.

— Что же делать?

— Менять политическую элиту, реформируя изнутри политичесие партии, выбирая самые лучшие программы партий через выборы всех уровней.  А для этого надо работать с людьми.

Беседовала Замира СЫДЫКОВА.

NO COMMENTS

Leave a Reply