Медет Тюлегенов: Кыргызстан в 2016 — вызовы и прогнозы

Медет Тюлегенов: Кыргызстан в 2016 — вызовы и прогнозы

0 288

Сюжетная линия 2016 года для Кыргызстана является продолжением событий прошедшего года, стыковкой с ожидаемыми событиями следующего года, ну и, конечно, есть ряд событий, которыми этот год будет наполнен и без привязки к прошлому или будущему. Среди множества вызовов наступившего года, основные из них будут связаны с управлением нарастающего экономического кризиса, пост— и предвыборным урегулированием композиций политических группировок, притиркой к переменчивой геополитической ситуации и меняющимся социально-культурным ландшафтом страны.

Преодолеть кризис

Экономический кризис будет, как минимум, продолжаться, если не усиливаться в 2016 г. Правительство все больше испытывает трудности с выполнением социальных обязательств и прошлый год завершился с тяжелыми последствиями для бюджета и дефицитом в 25 млрд. сомов. К этому добавилось и то, что переводы трудовых мигрантов сократились на 25-30% по сравнению с предыдущим годом (2,2 млрд. долл. США в 2014 г.). Удерживать инфляцию также будет нелегко (за 2015 год доллар вырос почти на 25% в отношении сома — с 59 до 76 сомов за доллар). И это несмотря на интервенции Нацбанка – 250 млн. долларов США в течение 2015 г. Заемщики банков, люди получающие з/п в сомах и импортеры страдают от этого в первую очередь.
Хотя есть и некоторые положительные моменты прошлого года – завершение конкурса на разработку Джеруя (2-го по величине золоторудного проекта), а также конкурсов на разработку месторождений Терек, Тереккан и Перевальное в Чаткальском районе Джалал-Абадской области, запуск рудников «Талды-Булак Левобережный» и «Бозымчак». Но все это блекнет на фоне проблем с крупнейшим месторождением Кумтор, переговоры по которому были провалены в 2015 г. Правительство готовит новый вариант реструктуризации, а Центерра делает эмиссию акций, что сокращает долю КР и вызывает новые споры. Крупнейший источник пополнения бюджета и экспорта переживает проблемы, которые все еще предстоит решать в 2016 г.
Правительство с одной стороны пытается реагировать на выпадающий бюджет, в том числе и внедряя непопулярные меры, но также вынуждено и учитывать настроение населения, которое иногда выражается в протестной форме (каким был митинг 26 января в г. Нарын по снижению тарифов на электроэнергию). В последние месяцы правительство пыталось ввести ряд нормативных актов, которые имели в т.ч. и фискальную составляющую, однако по ходу процесса пересматривали свое решение относительно процесса их внедрения ввиду опасения недовольства населения — введение обязательного автогражданского страхования, сроки штрафования которого были отодвинуты, и государственных гарантий компенсации жителям высокогорья, законопроект по которому был отправлен правительством на доработку. В 2016 году поиск источников пополнения бюджета будет спотыкаться об ожидания роста социального
протеста.

Выборы политиков и политика выборов

Вызовы политические связаны с циклом парламентских (2015), местных (2016) и президентских (2017) выборов. Пока новоизбранные депутаты притираются друг к другу в стенах парламента, не остывшие еще предвыборные механизмы мобилизации голосов нацеливают на предстоящие местные выборы. И это будет происходить на фоне нарастающей президентской гонки, основные участники которой определятся в этом году. Хотя разговоры о конституционной реформе с переходом к парламентаризму понижают ценность должности президента, но пока они воспринимаются, как самые важные во всем выборном цикле и в него будут так или иначе вовлечены группировки, сформировавшиеся около парламентских выборов. Пока чтобы быть публичным политиком, реально претендующим на высшую должность в стране, надо быть частью или парламента, или правительства.
Ожидаемая повышенная конкуренция за президентский пост обострит полемику вокруг достижений и неудач в управлении страной, приписывая последнее кандидатам от действующей власти. Решение вопросов, связанных с растущим экономическим кризисом, выгоды и потери от вступления в ЕАЭС, участие и неучастие в реформах, и многое другое будет использоваться оппонентами в предвыборной гонке, неформальная часть которой начнется в этом году.
Для действующего президента вопрос с выдвижением и поддержкой преемника будет сложной задачей, поскольку прошедшие выборы в парламент показали фрагментацию политических ресурсов, консолидировать которые будет непросто для поддержки основных кандидатов. Нужно бросить на поддержку все возможные ресурсы и в то же время заниматься подведением итогов своего правления и доделкой когда-то начатого (борьба с коррупцией, судебная реформа, административно-территориальная реформа?).
Однако вопрос о президентских выборах может быть закрыт в наступающем году, если активизирующийся вопрос о конституционной реформе, сдвинется в сторону скорейшего внедрения парламентской формы правления – т.е. с принятием новой конституции не будет необходимости организовывать народные выборы президента в 2017 г.
О необходимости конституционной реформы в последнее время все чаще говорят, в т.ч. и президент на своей пресс-конференции по итогам прошедшего года. Инициатива по реформе во многом будет зависеть от позиции президента, поскольку он будет публично поддерживать формально кем-то инициированные изменения и это, по всей видимости, потребует проведения референдума и, возможно, публичного обсуждения реформы в формате конституционного совещания (что практиковалось во многих подобных случаях в прошлом). Эти две технические задачи немного снижают вероятность проведения реформы. Хотя логистическую (именно это является большей проблемой, чем другие вопросы) задачу референдума можно решить, совместив его с выборами – вероятнее президентскими в 2017, нежели местными в 2016. Возможно, логистическая задача может быть решена за счет политической – в случае выбора парламентской формы правления нет большого смысла избирать президента в 2017 г., разве что выборы президента парламентом по новой конституции будут отложены до 2023, т.е. до окончания полномочий нового президента. В этом случае, однако, нужно прорабатывать множество временных положений, что усложняет задачу ясности конституционной реформы. Или же возможен сценарий досрочных выборов ЖК по новой конституции, что, конечно, будет противоречить интересам многих из числа нынешних депутатов.
В любом случае вопрос о конституционной реформе должен логически решиться к середине этого года – произойдет ли она до президентских выборов, или же будет отложена. Интересы тех, кто нацелился на президентский пост, также завязаны на интересы в конституционной стабильности в краткосрочной перспективе. Поскольку вариант президентской формы правления, продвигаемый одним из вероятных кандидатов на выборы 2017 г. не гарантированно проходной, то в интересах основных участников  оставить пока все так, как есть.

В неясных водах геополитики

В ушедшем году произошли две денонсации договоров со странами, которые воспринимаются как основные конкуренты (не считая Китая) за влияние в регионе и в нашей стране. В этом году, скорее всего, сложности с экономикой у основных партнеров по Евразийскому экономическому союзу (ЕАЭС) будут нарастать.
Несмотря на вступление Кыргызстана в ЕАЭС многие из ожиданий не оправдались. Объем товарооборота в 2015 году между Кыргызстаном и Казахстаном сократился вдвое (к примеру, объем экспорта Кыргызстана упал с 340 млн. долларов США до 150). Также сократились объемы торговли с Россией. Стоит отметить, что сокращение торговли коснулось не только стран членов ЕАЭС – объем торговли с Китаем упал на 19%. Кыргызстан денонсировал соглашение с Россией о строительстве Камбаратинской ГЭС-1 и Верхненарынского каскада ГЭС. Это решение, конечно, не перечеркивает сложившиеся отношения между руководством двух стран, но подталкивает Кыргызстан к диверсификации отношений с разными партнерами. Эпопея с вложенными 37 млн долл. США будет касаться не только внутриполитических разборок в стране, но и будет сопровождаться отсылками к партнеру по проекту.
Необходимость лавировать между Кремлем, общими процессами внутри союза и ожиданиями внутри страны, поставят руководство Кыргызстана в довольно трудное положение. Ситуация с ГЭС поставила Россию в неловкое положение, и хотя высказался на тему денонсации только пресс-секретарь российского президента, тем не менее ясность двусторонних отношений в рамках интеграционного проекта в какой-то степени омрачена. Видимо в связи с этим возникло предложение о предоставлении двум российским телеканалам (ОРТ и РТР Планета) особого статуса на территории Кыргызстана, которое было внесено Министерством культуры, информации и туризма. Недавно начала разворачиваться драма последствий репортажа российского ТВ о продаже детей (со слов сотрудников российского посольства), в результате которой МИД КР отправил ноту в российское посольство. Скажутся ли подобные случаи на перспективы придания особого статуса телеканалам пока не ясно, но еще предстоит увидеть тестирование общественного мнения на этот счет.
В ближайшее время будет, по всей видимости, актуализироваться вопрос об использовании средств кыргызско-российского фонда (в 2015 поступило 250 млн долл. США). Осенью 2015 г. в фонд поступило 114 заявок на общую сумму 940 млн долл. США и к декабрю было профинансировано 63 проекта на 9,2 млн долл. Согласно мнению экспертов, дизайн работы фонда благоприятен для крупного, но не для малого и среднего бизнеса. И есть потенциальные риски того, что условиям фонда будет больше соответствовать российский бизнес и деньги, в основном, вернутся в Россию. В этом отношении есть риск того, что в общем экономическом пространстве ЕАЭС Кыргызстан может все больше играть периферийную роль за счет ослабления его бизнес структур.
В целом, то, что будет происходить в этом году с Россией, так или иначе, коснется Кыргызстана, что будет стресс-тестом для привычных двусторонних отношений, сложившихся в последние годы.  Формула сближения Кыргызстана и России, в т.ч. и в рамках ЕАЭС, обуславливалась ресурсной поддержкой в обмен на лояльность. С ресурсной поддержкой будут сложности (хотя, путем хоть какой-то активизации работы кыргызско-российского фонда развития будут это компенсировать), но остается открытым вопрос о границах лояльности, и кто и как ее понимает. Будет ли новое соглашение с США взамен денонсированного, или же попытки активно использовать механизм ВСП+ в торговых отношениях с Европой, или какие-либо другие подобные действия восприниматься как «нож в спину», зависит от сбалансированной внешней политики Кыргызстана, которая должна будет учитывать особые интересы все еще основного стратегического партнера.
Предстоящие выборы актуализируют многие вопросы, в т.ч. и внешнеполитические вопросы. Указ президента (конец 2014 г.) о вхождении в ЕАЭС содержал прогнозные нормы, которые фактически не были выполнены, что может стать объектом критики президента и возможного кандидата с его стороны. Уходящие президенты становятся «хромыми утками», и в оставшиеся полтора года персональный взгляд президента на отношения с некоторыми странами может постепенно перестать быть доминирующим концептом внешней политики.

Культурная тектоника

Экономические кризисы и политические изменения сравнительно скоротечны, а изменения культурного характера носят тектонический характер – они могут медленно меняться в определенную сторону, но могут вызывать и резкие потрясения. В 2016 году больших потрясений возможно, к счастью, и не предвидится, но обострение экономической ситуации и актуализация политиками всего, что может добавить им популярности, может особенно ярко выпятить некоторые из этих изменений.
В первую очередь это 100-летний юбилей событий 1916 г., который будет отмечаться как официально так и не официально. Официальная политика формирования исторической памяти в этом году будет возможно не всегда стыковаться с отношением к памяти, продвигаемым различными гражданскими группами.  Задача властных органов, выстраивающих нелегкие двусторонние отношения со стратегическим партнером, будет в том, чтобы формирование национальной памяти содействовало становлению здорового гражданского национализма. Явных аналогий между жизнью в составе империи прошлого и нынешним пост-колониальным местом Кыргызстана вроде нет, но полностью аллюзий не избежать.
В то же время идет постепенный культурный сдвиг в сторону нарастания консервативного движения, имеющий этнонационалистическую и радикально религиозную основу (в 2013 г. на вопрос Ассоциации центров гражданского общества о приемлемости норм шариата в нашем законодательстве, четверть опрошенных лидеров общественных организаций ответила положительно). Пока деятельность движения носит достаточно маргинальный характер («Кырк Чоро», «Калыс», группы «патриотов» в среде мигрантов и т.д.), но постепенно оно проникает в политическую жизнь страны (борьба с брошюрами о половом воспитании, различного рода активность вокруг законопроекта о т.н. «гей пропаганде» и т.д.). Это происходит, как в силу внутренних причин, так и тренда задаваемого на постсоветском пространстве российским законотворческим процессом и российскими федеральными телеканалами.
Скорее всего, 2016 г. не явит ничего ярко нового в этом медленно нарастающем процессе, кроме обсуждения окончательного решения относительно двух законопроектов (о «гей пропаганде» и «иностранных агентах»), которые формируют на данный момент политический фон для общественного обустройства страны. Выбор политический во время возможной конституционной реформы или во время старта президентской гонки может в 2016 году чувствоваться острее, чем общественный выбор, один из вариантов которого задается этими законопроектами. Однако этот выбор, который будет сделан не только законодателями, в значительной мере определит вектор развития общества на ближайшее будущее.

Форматы сюжета 2016 г.

Вряд ли стоит ожидать драматургического поворота сюжетной линии этого года, хотя и экономический кризис, предстоящие выборы, нерешенность многих вопросов реформ на этапе смены власти, добавляют остроты привычно текущим процессам.
Что постепенно и явственнее проявляется – это более активное участие граждан, которые из обычного зрителя становятся соучастниками всего процесса и формируют его фабулу. Это соучастие уже было заметно на выборах 2015 г., когда подкуп голосов стал доминантным способом для партий добиться успеха. Это участие видно на примере того как правительство вынужденно, но все же неохотно (опасаясь протестов) старается подобраться к непопулярным мерам пополнения бюджета. Все это говорит о том, что граждане становятся важными и неотъемлемыми элементами различного рода действий. Апелляция к гражданам будет усиливаться в 2016 (для объяснения почему не получается справиться с экономическим кризисом, почему надо выбрать ту или иную партию, почему нет услуг без биометрии и т.д.) и способность стать полноценными гражданами, будет заключаться в переходе от объектной роли в сюжете к
субъектной.
Это подразумевает способность граждан требовать от правительства снижения зависимости от внешних факторов, и выстраивания развития страны на основе собственных ресурсов (без упоминания руководством страны того, что пока кризис у соседей, то и у нас будет все плохо). Этот вызов примут не многие, но те, кто смогут из категории населения перейти в категорию граждан, также встретятся и с другим вызовом – способностью не только эффективно апеллировать к нуждам и желаниям сограждан, которые надо продвигать в этот нелегкий год в отношениях с государством, но и слушать своих оппонентов и пытаться находить согласие друг с другом.
В целом, вызов этого года как политической элите в общем, так и конкретно руководству страны, заключается в формировании национальных интересов. Если в зоне kg начать гуглить слова «национальные интересы», то они чаще всего выходят в сочетании со словами «России» и «США», но не «Кыргызстана». Это отражает нашу далеко не виртуальную реальность того, что развитие страны определяется тем, что происходит вовне, а не внутри нее. Вызовы стране в этом году острее, чем когда либо ставят вопрос о необходимости не только поиска, но акцентировании внутренних, а не только внешних, ресурсов и возможностей.
Если у граждан и у политической элиты получится справиться со своими собственными вызовами, то сюжетная линия наступившего года будет опираться не только на прошлое, в котором мы чаще видим неудачи и провалы, чем достижения, и не только на будущее, которое чаще воспринимается как несущее больше угроз, чем возможностей, но и на видение себя, как вполне самодостаточной страны.

Медет Тюлегенов,
руководитель департамента
«Международная и сравнительная
политика» в АУЦА

NO COMMENTS

Leave a Reply