Тимур Шайхутдинов: Реформа милиции может стать значительным вкладом Атамбаева в развитие...

Тимур Шайхутдинов: Реформа милиции может стать значительным вкладом Атамбаева в развитие государства

Очередной, седьмой по счету с 2010 года, министр внутренних дел карьеру на новой должности начал с проституток. С подачи Кашкара Джунушалиева в Бишкеке начата беспощадная борьба с «ночными бабочками». Складывается ощущение, что все силы милиции брошены на это поле битвы, будто с преступностью и криминалом в стране покончено и проведена успешная реформа милиции. Или, может быть, значительные изменения и произошли, но общественности о них неизвестно? Об этом Res Publica побеседовала с координатором движения «За реформы и результат!» Тимуром Шайхутдиновым.

– Сегодня у всех на слуху только борьба с проституцией. А что еще нового привнес в деятельность милиции недавно назначенный глава МВД?

– Пока рано что-либо говорить о планах Кашкара Джунушалиева. Новый министр недавно подписал приказ о вежливом обращении с гражданами, создано Главное управление информационных технологий… Пожалуй, это все.

– С чего, по вашему мнению, нужно начать менять милицию и отношение населения к ней?

– Сейчас важно провести анализ: что было сделано в предыдущих попытках реформы, что не получилось. В том числе с ГУПМ. Патрульная милиция – служба, которая напрямую с гражданами контактирует, и уже есть первые отзывы о деятельности этого подразделения.

Но вместо проведения анализа и изучения проделанной работы, со стороны нового руководства МВД начаты некие пиар-инициативы, как борьба с проститутками и приказы о вежливости. Вежливое отношение должно быть по определению. К тому же, в приказе нет механизмов, как обеспечить контроль за соблюдением вежливого отношения.

– Вы упомянули ГУПМ (Главное управления патрульной милиции). Это подразделение создано, в том числе, по рекомендации гражданского общества. Однако уже сегодня звучат нарекания в адрес этой службы…

– Она создана в апреле этого года и уже можно сделать первые выводы. Сама идея хорошая. Но она реализована не в том виде, как изначально заявлялось. Значит, нужно что-то менять. Она не оправдала ожидания и заложенную изначально идею. В чем заключалась главная цель? Во-первых, сотрудники ГУПМ должны были патрулировать улицы, что служит профилактикой преступлений, а также обеспечивает правопорядок и безопасность на определенном участке. Такая практика могла бы обеспечить оперативную реакцию на инциденты. Во-вторых, патруль во многих странах мира является кузницей кадров для всей полиции, то есть все сотрудники начинали свою карьеру с этой службы. В КР же взяли название, но принцип работы сотрудников не изменили. Инспекторы ГУПМ также стоят вдоль дорог, прячутся, останавливают нарушителей, штрафуют. Нет контроля и ясных процедур работы. И самое главное — кадры остались те же.

– Получается, те же ДПС/ГАИ вернулись, но под новой вывеской?

– Думаю, случилось, как всегда – хорошая идея столкнулась с нашей действительностью.  Каждый министр хотел что-то изменить в системе ОВД, особенно, это ярко проявлялось перед их отставками, но из-за отсутствия команды и видения проблемы, все сводилось к одному – значительных изменений в милиции не произошло.

– Что мешает проведению реформ? Нежелание и сопротивление внутри системы или отсутствие политической воли руководства страны?

– Реформа милиции всегда отдавалась на откуп самой милиции, которая ограничена в новых идеях. Людям, долгое время проработавшим в системе ОВД, тяжело придумать и предложить что-то новое. В результате серьезных подвижек в реформе не произошло. И связано это с тем, что политическое руководство, вплоть до президента страны, уделяло недостаточно внимания реформе милиции, отдавая министерству право решать, что продвигать, а что нет.
С 2013 года, когда официально начался новый виток реформы милиции, определенные изменения произошли. Предпринимаются попытки изменить подходы в оценке деятельности органов внутренних дел, отходя от пресловутой палочной системы, которая приводит к пыткам и другим противоправным действиям. Есть попытка МВД быть более открытыми с гражданским обществом, наладить диалог и стать ближе с населением, создать новую патрульную службу. Проводятся мероприятия по улучшению имиджа милиции и изменения отношения населения к ней. Самый главный индикатор успешности реформ — это отношение людей. Не экспертов или самих сотрудников. А населения.

Принимаются хорошие постановления, но, когда нет политической воли, чтобы контролировать реализацию этих документов, они забываются. И практически все меры, которые реализованы за три года, оказались полумерами.

– Во всех государственных органах существует проблема кадров. Гражданское общество предлагало несколько мер для изменения подготовки и повышения квалификации кадров. Внедрены ли они?

– Из положительных изменений отмечу, что при Академии МВД появились курсы подготовки выпускников гражданских вузов. Такого ранее не было. В ограниченном количестве туда принимают слушателей.

Плюс внедрение индивидуальной оценки сотрудника милиции. Каждые полгода начальник оценивает подчиненных по определенным индикаторам. Это должно было стать основанием для их профессионального роста. Но поскольку последствия не прописаны, оценка не имеет такого значения, как было заложено. Даже хорошая оценка не приводит автоматически к повышению по службе. К тому же, встает вопрос об объективности этой оценки со стороны начальства. Опять же хорошая идея недоработана. В итоге толковые сотрудники долгое время находятся на более низких позициях, нежели нерадивые работники, которые «растут» из-за связей.

– В то время, как руководство МВД занимается пиаром и разгоном проституток, внутри сама система продолжает загнивать.

– В системе МВД есть такая служба ГУСБ (Главное управление собственной безопасности). Она призвана бороться с преступностью и нарушениями среди самих сотрудников милиции, выявлять коррупционные схемы в ОВД. Но она неэффективна, что признают в частных беседах и сами милиционеры, и зачастую ее деятельность сводится лишь к тому, чтобы обеспечивать контроль лояльности личного состава к министру. Среди реформаторских инициатив, на которые прежний министр не хотел идти, предлагалось сделать ГУСБ гражданской службой, которая не будет подчиняться руководству министерства, а должна стать независимой, даже если формально останется под МВД.

Нами предлагается также сделать гражданским аппарат МВД, который формировался бы через конкурс. При этом, создать при МВД департамент полиции, где работали бы профессионалы в погонах. Последние находились бы в этой модели под контролем гражданского менеджмента, который определял бы стратегию, контролировал финансовые вопросы, а профессионалы занимались бы борьбой с преступностью и обеспечивали правопорядок. Такая модель существует во многих странах.

– Как в МВД отнеслись к вашему последнему предложению?

– Маловероятно, что руководство МВД пойдет на это. Но у Алмазбека Атамбаева осталось всего полтора года, чтобы заложить основу для настоящей реформы правоохранительной системы. Это стало бы его значительным вкладом в развитие государства.

Беседовала Махинур Ниязова.

NO COMMENTS

Leave a Reply