До окончания срока Атамбаева
осталось

№12 от 27.08.2015

0 635

Глядя на неожиданные альянсы и объединение политиков разных политических взглядов, региональных групп накануне регистрации для участия в предстоящих парламентских выборах, мы, журналисты и эксперты, тоже абсолютно разные, подумали и решили собраться за чашечкой кофе. Поговорить о текущем политическом моменте, обменяться мнениями о том, что ожидать от этих выборов.
Субботний день, Иссык-Куль помешал собрать на прошлой неделе более широкий круг участников, но, впрочем, и те, кто откликнулся и пришел, запустил наш проект круглого стола. Это Замира Сыдыкова, Шаирбек Маматокторов, Азамат Тынаев, Адиль Турдукулов, Марат Баязов, Григорий Михайлов, Нарын Айып, Ярослав Тартыков. Уверены, что в следующий раз нас будет больше.
Сначала была разминка, поскольку все знакомы, и торопились обменяться мнениями и впечатлениями о последних событиях в политическом пространстве, как это делается сейчас на любых посиделках.
Мы начали вести запись, что сразу заставило оговорить формат и условия обмена мнениями: будем ли мы персонифицировать высказывания или просто обобщать их по темам. Но никто не стал на этом сильно заморачиваться. Хотя, конечно, целью круглого стола является обычно выработка общих подходов по тем или иным темам и выводы.
Говорить про партии обществу — это пропаганда, а если общество будет говорить о партиях, то это уже общественное мнение. Это то, чего мы хотим добиться своим круглым столом.

КТО ИДЕТ НА ВЫБОРЫ

Поскольку все живо стали обсуждать тему — кто идет в парламент, мы решили ее развить. Все отметили, что произошло очень много неожиданностей. Из 5 партий, которые уже были в парламенте — СДПК, «Ата-Мекен», «Республика», «Ар-Намыс», «Ата-Журт», на эти выборы две из них идут как одна «Республика-Ата-Журт», сокращенно ее уже называют РАЖ. И такие, как «Бир Бол», «Бутун Кыргызстан-Эмгек», «Онугуу-Прогресс», «Кыргызстан». Неожиданно появились партии «Азаттык», «Эгемен».
Мнения не персонифицированные.
Но главное, что они есть и они разные. Выделены по отдельности. Вы можете с ними соглашаться или нет, спорить.
• Салымбеков взял к себе «Бутун-Кыргызстан», в которой остался один Мадумаров, только как «говорящую голову». Придаст ли это ему голосов с юга? «Онугуу-Прогресс» и «Кыргызстан» возглавляют бывшие «республиканцы». Где-то было высказано соображение, что Бабанов их создал для того, чтобы оттяпать голоса у «Ата-Мекена».
• Не оппозиция «Азаттык», потому что там в первых рядах члены Временного правительства — Азимбек Бекназаров, Исмаил Исаков и др.
• Интересно, кто из них — партия баронов, кто партия олигархов? А вот СДПК, «Ата-Мекен» и «Ар-Намыс» однозначно объединяет их провластность, как бы они не смешивали колоду выдвиженцев.
• Бабанов защищает биометрику — значит ли это, что РАЖ получил обещание на какое-то количество мандатов? Ташиева почему оправдали? Был договор? Значит РАЖ не оппозиция. «Ата-Мекен» сколько бы не собрала под свое знамя мырзакматовых и жаны муунов, никак не будет считаться оппозицией. Вот маленький такой штрих — они не покинули коалицию, когда их премьера Оторбаева ушли в отставку. И спокойно проголосовали за Сариева.
• А кто будет оппозицией в будущем парламенте? Какая может быть конструктивная конфигурация, если там ее не будет? А как встречаться с избирателями? Оппозицией в Кыргызстане быть выгодно. Особенно во время выборов. Если те, кто уже был в Жогорку Кенеше, будут говорить, что выполнять обещания было тяжело в силу разных причин, -внешних факторов, мирового финансового кризиса, и что «мы еще пригодимся», то на примере «Бир Бола», который включил в свой список Чолпон Джакупову, приходит вместо «Кетсин!» новый лозунг «Кельсин!» Такой новый шаг в кыргызской политической культуре.
Все эти суждения можно обобщить так: Списки партий, уже восседавших в Жогорку Кенеше последние пять лет, менялись и дополнялись на этот раз, порой неожиданными включениями, чтобы в новом качестве не нести полноты ответственности за провал своей работы в прежнем созыве. И иметь возможность обещать что-то новое.
• Парламент — это площадка сделок. Мы могли это наблюдать все пять лет. Возьмем хотя бы самое последнее — попытку провести референдум по изменению Конституции. На сделку пошли все — даже Текебаев — «отец» нынешней Конституции. Им даже всенародное волеизъявление в 2010 году, что менять ее нельзя до 2020 года, не помешало.
• Сама парламентская система оказалась авантюрой, неприемлемой для такой компактной страны, как Кыргызстан. Давайте представим, что 5 партий, которые уже были в парламенте, улетят на Луну и придут новые. Что изменится? Система остается. Все решения принимаются в Белом доме. Даже списки партий бегали согласовывать к президенту.

МИФЫ

Вокруг выборов очень много мифов. Они разрабатываются и распространяются политтехнологами с очень конкретной целью. Задурить неискушенного избирателя и нарисовать необходимый результат выборов. А давайте попробуем их развенчивать и каждый раз на наше очередное заседание круглого стола приносить по мифу.

КРИМИНАЛ

• В условиях партийных выборов понятие «народ» окончательно размывается. Иначе как электоратом нас не назовешь. А если накануне выборов задать партиям только один вопрос — будут ли существовать школы Себат? Прозвучало мнение, что это может изменить конфигурацию в парламенте. Потому что против решения закрыть школы Себат стоят сотни тысяч избирателей. Или закрытие «Вечерки». Здесь выходят на поверхность фундаментальные вещи — права граждан на свободу выбора, свободу слова.
• Мы неоправданно много внимания уделяем партиям и совсем забываем об избирателях. А ведь они самые главные во всем этом процессе. Избиратель оставлен один на один с теми партиями, которые ему предложены. СМИ в этом играют информационную роль, должны представлять всем кандидатам равные права для освещения, но не дают возможности до конца разобраться в том, что эти партии из себя представляют и чего от них ожидать.
• И тогда на подмогу избирателям придут «смотрящие», которые обеспечат явку и голоса тем партиям, с кем сотрудничают. Все уже пометили галочками фамилии ОПГ-шников в списках партий. Они и будут обеспечивать выборы. Они есть в СДПК, так занимающий 57-е место в списке социал-демократов Дильмурат Акпаралиев ранее был известен под фамилией Дооронов. В 2011 году он задерживался по подозрению в участии в ОПГ.
Для справки: Омурбек Бакиров занимает 55-е место в списке кандидатов в депутаты от СДПК. Недавно появилась информация о том, что Омурбек Бакиров состоит на учете МВД, как член организованной преступной группировки. В 2004 году в отношении Бакирова и криминального авторитета Алманбета Анапияева было возбуждено уголовное дело по статьям «Похищение человека», «Разбой», «Незаконное лишение свободы» и «Вымогательство».
Имя действующего депутата от фракции «Ар-Намыс», теперь занимающего 29-ю строчку в списке кандидатов СДПК, Бакыта Джетигенова тоже фигурирует в криминальных сводках.
Отдельные информагентства, со ссылкой на МВД, пишут, что Тазабек Икрамов (ранее был известен под фамилией Стамкулов), числится в партии «Онугуу-Прогресс». По данным СМИ, он является членом ОПГ и состоит на учете в милиции. На прошлой неделе в СМИ появилась информация о том, что группа членов партии «Онугуу-Прогресс» во главе с Тазабеком Икрамовым избила представителя «Бир Бола».
• Как еще проще сказать, что нынешняя кыргызская власть — это прототип криминальной власти? Власть настолько криминализировалась, что они уже в парламенте. Лидеры партий так рассуждают: мне криминальный авторитет принесет больше голосов, чем заслуженная учительница.
А как тогда Кремль сотрудничает с этим криминалом? И вообще, какова роль российского влияния на предстоящих выборах? — вопросы участников круглого стола. Ответ не заставил себя ждать.
• А Атамбаев и окружен криминалом. Об этом пишут все СМИ. Данияр Нарымбаев не был криминалом, поэтому он и сидит, а «другие» не сидят. Они более эффективны, потому что они заточены на результат. У них свои порядки, представляющие реальную альтернативу госуправлению.
• Правила не меняются. Дошли до того, что клятву дают, клянутся матерью, детьми, что сдадут свои мандаты, если не смогут набрать необходимое количество голосов избирателей. Ноу-хау партии «Республика — Ата-Журт». Омурбек Бабанов считает, что это усилит политическую ответственность партийцев. Похоже, что нас ждут криминальные разборки.

ВНЕШНИЙ ФАКТОР

У нас обозначилась еще одна тема: внешнее влияние. Сказать, что здесь Атамбаев рулит, наверное, сделать ему большой комплимент. И даже не политтехнологии применяются, а просто дают задание, чтобы была такая конфигурация. Или, если хотите, давайте поговорим об исламистах. А вот кого точно не видно на этих выборах, так это Госдепа.
• Свою несостоятельность геополитического влияния, как раз доказала Россия, которая много лет выдумывала страшилки и решила применять мягкую силу, но села, в конце концов, в лужу с Россотрудничеством. При этом самое главное не в том, что кошелек оскудел, а просто они сами увидели, что одни шарлатаны, аферюги, бесталанные люди, которые даже деньги спонсированные не знают, как нормально использовать, — сменяют других. В самой России то же самое. Все эти разговоры о влиянии, об указующей роли Кремля — это просто момент для внутреннего использования россиянами. Для того, чтобы в самой Росси показывать, что у нее много инструментов, рычагов влияния и картина этих fail statoв рисуется, чтобы показать что Россия не должна все это бросать, должна контролировать. И контролирует.
• К примеру, миф об «Ар-Намысе», как пророссийской партии очень сильно преувеличен. Да, были контакты, которые просто представляли фотосессию, что у нас на дальних рубежах Российской империи есть лояльные люди, которые обеспечивают преемственность связей, историческую память, контексты социкультуры. Но дальше за этим ничего нет. Почему Кулов после победы на выборах ничего и не отстаивал кроме как, упомянул разок о возможном создании конфедерации в составе России.
• Они знают, что никакого влияния нет, но ситуация настолько плоха, что, к примеру, Равшан Жеенбеков и Омурбек Абдрахманов делают фотографии на фоне Вашингтона, и заливают их на Фэйсбук, чтобы придавать себе веса.
Такая ярмарка тщеславия. А повестки то общенациональной нет ни у одной партии. Боятся ее формировать или озвучивать — тогда надо будет брать на себя ответственность.
• Попробуйте посмотреть взглядом московского чиновника или политолога, кого здесь можно назвать адекватными, исполнительными, предсказуемыми и дееспособными персонажами, на кого можно было бы поставить? Сейчас Кремль начал рассовывать яйца по разным корзинам. Это, как здесь есть колбасник, хозяин-производитель, так он на каждые выборы оббегает все партии и на всякий случай раздает им по 15 тысяч долларов. Для него это копейки, зато кто-то из них пройдет и будет в друзьях.
• Итак, мы, кажется, структурировали, наше первое заседание круглого стола: существующие мифы и как от них избавляться. Люди любят создавать мифы, потому что жить в реальном мире сложнее. Гораздо легче сослаться на какие-то внешние факторы и развести руками по итогам выборов, сказав, что сам Кремль выступил против нас или все черные устроили.

ВЫБОРЫ НЕ СОСТОЯТСЯ

• Давайте на каждую встречу приносить по мифу и обсуждать его. Начать серьезно говорить о том, что от нас зависит. Биометрия от нас зависит? Зависит. Это бомба, подложенная под эти выборы. Есть итоги тестов по Ошу, проведенные 31 июля, так там на одном участке в средней школе Алмалык — 74, 1 % не было идентифицировано по базе данных. Средний показатель составил — 21 %.
• Можно прогнозировать, что будет в результате таких выборов? Предположим, пройдут 5 провластных, кто договорился с Атамбаевым. А остальные? Они начнут собирать заявления избирателей, которые себя не идентифицировали, а остальные скажут, что их конституционные права были нарушены тем, что их не допустили до выборов без биометрии. И посчитайте, какой протестный электорат образуется.
Вот и поговорили.

Записывала Замира СЫДЫКОВА.

этот лозунг партии «Эгемен», пожалуй, и стал причиной, по которой ее не внесли в список партий, участвующих в нынешних выборах в Жогорку Кенеш КР.

Поводом послужило то, что партия «Эгемен» не внесла избирательный залог в 5 миллионов сомов вовремя. Срок, по утверждению ЦИК истекал 25 августа в 18.00 вечера.
И здесь произошел тот же случай противоречий наших законов, с которыми простые граждане сталкиваются на собственном опыте каждый день.

В статье 61 Закона «О выборах Президента Кыргызской Республики и депутатов Жогорку Кенеша КР» дается перечень документов, которые должны быть представлены партиями для регистрации списка кандидатов в депутаты. Там подпунктом 3 указывается, что должен быть представлен и «документ, удостоверяющий внесение избирательного залога».
А в статье 62 говорится, что «политические партии, выдвинувшие списки кандидатов (кстати, выдвигают кандидатов, списки предоставляют – Ред.), до регистрации и после проверки представленных документов из средств избирательных фондов вносят в специальный фонд ЦИК избирательный залог».

Партия «Эгемен» свой счет открыла задолго, на нем числилось 700 тысяч сомов. Они намерены были после проверки всех документов, внести оставшуюся сумму. Время на часах у уполномоченного от партии Мамырбаева Б.К. было 16.05, когда он получил Справку №2 о приеме документов от политической партии «Эгемен».

В 18.00 председатель ЦИК Т.Абдраимов огласил список партий, участвующих на выборах без партии «Эгемен». Бектур Асанов расценивает это, как месть за тот лозунг, с которым они решили идти на выборы.

«Это был приказ Атамбаева. Мы будем подавать в суд на ЦИК, объявляем сухую голодовку, акции протеста начнутся по всем регионам, если нас не восстановят», — говорит Бектур Асанов.

Что касается лозунга «Парламент без СДПК, власть без Атамбаева», то он возник не на пустом месте. Бектур Асанов был сам депутатом от СДПК 4-го созыва Жогорку Кенеша. Тогда СДПК во главе с Атамбаевым ставила 7 требований – вернуть Кумтор народу, не разрабатывать Джеруй, не повышать тарифы на электроэнергию, укрепить границы, побороть коррупцию, забрать Каркыру , избавиться от акаевских и бакиевских. С этими требованиями свершилась апрельская революция 2010 года. Но ничего из этого не исполнено. В списках СДПК находится Дооронов, «смотрящий» по Джалал-абаду, которого Асанов, будучи губернатором, сажал в тюрьму. А теперь он оказался в партийных списках президентской партии. Так же в списках СДПК жена Мирбека Асанкулова, бывшего губернатора Иссык-Кульской области, участвовавшего в растрате 53 миллионов сомов из Фонда Кумтора для развития Иссык-Кульской области, согласно аудита Счетной Палаты. И таких немало в партии СДПК.

В списках партии «Эгемен» простые люди из разных регионов республики. В первой двадцатке – 7 кандидатов наук. Программа партии – исполнить требования, которые не выполнил Атамбаев.  Они намерены также обратиться к народу, чтобы не голосовали за 5 партий, которые были в парламенте – СДПК, «Ата-Мекен», «Ар-Намыс», «Республика», «Ата-Журт».

З.С.

Временщики торопились. Они не были уверены, что продержатся долго, поэтому старались урвать, что плохо лежит, быстро. Пять лет прошло. Это срок, который обычно дается на то, чтобы те, кто пришел к власти, могли проявить себя и исполнить обещания, данные народу.
Эти телефонные разговоры были записаны в апреле 2010 года. Они характеризуют нравы тех, кто захватил власть и то зачем они пришли. Потом были банковские ячейки, и о них мы тоже напишем. Были трагические события на юге. Люди знают, кто где стоял и что не сделал.
Интернет — это не архив, так не запылятся все проделки временщиков. Но еще мы надеемся на совесть отдельных из них, кто все-таки расскажет, что же происходило на самом деле. Чем раньше, тем лучше. Суд истории есть. Но не все же убегут в теплые края. Кому-то жить здесь.  

«Тихушные засранцы»

Атамбаев: Алло.
Бекназаров: Алмаз.
Атамбаев: Да, друг мой.
Бекназаров: Че не берешь трубку, друг мой?
Атамбаев: Как, взял же.
Бекназаров: Сейчас вот твой Кулматов пошел, и на то, что я говорю, отвечает типа: кто он такой. Все что ты говорил, тоже отрицает. Теперь без обид, друг мой. Ты делаешь все, что ты хочешь, я тоже буду делать, как я захочу. Думал, мы с тобой хорошо сядем и поговорим, не получается нормального разговора у нас с тобой. Я вот сегодня заметил насчет Конституции, вы тут типа насчет «большой партии» начали разговор вести. Я тоже побывал на местах, я тоже создаю свою партию. Если попытаетесь со мной что-то сделать, совершу третью революцию. Сил для этого у меня хватит.
Атамбаев: Азике, ты другим угрожай, только мне не угрожай.
Бекназаров: Нет, это не угроза, это по дружбе.
Атамбаев: Я вот, например, того кого ты просил, поставил на ветеринарию. А вот те твои ребята, которых ты хотел на таможню, оказались ворами. Мне воры там не нужны.
Бекназаров: А я вот тебе докажу кто вор.
Атамбаев: Хорошо, докажи мне.
Бекназаров: Вот я сейчас даю санкцию и возбуждаю уголовное дело и посажу Кулматова сегодня. Я отвечаю!
Атамбаев: Это твое дело. Давай, сажай.
Бекназаров: Сейчас я даю команду. Я расследую всех твоих ребят и делаю анализ.
Атамбаев: А я расскажу, почему ты их сажаешь.
Бекназаров: Расскажи, расскажи, давай. Вдвоем расскажем. Надо будет я тебя на теледебаты вызову. Потому что вы с самого начала так делаете.
Атамбаев: Если тебе делать нечего, иди, давай.
Бекназаров: Я понял, кто вы такие.
Атамбаев: Стыдно соперничать из-за двух таможенников.
Бекназаров: Не два таможенника. Вон оттуда Жээнбеков просил, вот этого поставьте. Вы взяли от него 400 тыс. долларов и поставили другого.
Атамбаев: Кого поставили?
Бекназаров: Кого поставили? Вот Сооронбай плачется, на то место вы своего поставили.
Атамбаев: Не мои ребята поставили, а твои поставили.
Бекназаров: Нет, не мои ребята поставили. Я принес представление от Сооронбая, они сказали, кто такие, и выбросили бумагу. Твои Кулматовы. Хорошо, уберите меня с поста вице-премьера, если сил хватит.
Атамбаев: Слушай, с тобой никто не соперничает.
Бекназаров: А если не хватит сил, увидимся тогда сейчас.
Атамбаев: С тобой никто не соперничает. Только меня не пугай, а.
Бекназаров: Слушай, тебя никто не пугает. Просто вы оказались «тихушными засранцами», хуже людей Бакиева. Сегодня хотел вас с Отунбаевой посадить и сказать все. Я видел ваши дела — с Джалал-Абада и Баткена. Я выйду на теледебаты с вами, пока вы меня не убрали. У меня закончилось терпение. Всех старых крахоборов ставите.
Атамбаев: Слушай, те ребята, которых ты ставишь, новые, да?
Бекназаров: Мои ребята готовы где угодно перед судом предстать и все доказать. Попробуют так твои ребята сделать? Вот человека Сооронбая, у которого вы взяли 400 тыс. $ плачется, вы взяли другого человека.
Атамбаев: Ну, если есть человек, который взял, возьмите и посадите его. Кто против?
Бекназаров: Посадим.
Атамбаев: Я, например, ни от кого ни тыйына не брал.
Бекназаров: Не вы одни революцию свершали, чтобы всяких назначать, и наш вклад есть. Вот с Токтогула пришел, плачет, был твоим представителем там 7 марта, шел на пули. А вы его противников назначаете на должности.
Атамбаев: Ну, друг мой, я же не вмешиваюсь в дела Токтогула.
Бекназаров: Если не вмешиваешься, он сидит у тебя в приемной, в приемной Отунбаевой, а вы его не принимаете. А других ставите, одного за другим и назначаете.
Атамбаев: Я всегда принимаю.
Бекназаров: Вот он ходит там. Я звонил Болоту и говорю: вот этот ваш избиратель бегал.
Атамбаев: Слушай, я всегда принимаю.
Бекназаров: Говорю, ваш представитель был там. Не веришь, спроси Болота. Я сам звонил ему.
Атамбаев: Конечно, я приму его сейчас.
Бекназаров: Хорошо раз так, до 7-8 апреля мы шли вместе. Здесь вы другую игру начали. Я вот как в 2005 году, не останусь вскормленным Бакиеву. Тоже начну свою игру.

Кому предназначался этот миллион?

Бекназаров: Алло.
Сариев: Азимбек Анаркулович.
Бекназаров: О?
Сариев: Тот Кубан пришел ко мне, говорит, что все сдали Нацбанку. Как мы теперь сделаем насчет процедур? Если мы, скажем, сдай миллион, они же упадут все. Прокурор должен дать санкцию.
Бекназаров: Тогда давайте все выльем к вам. Все в Минфин.
Сариев: Тогда надо сдать и написать за минусом один миллион. Надо под предлогом «хранение», вытащить тогда сейчас, да?
Бекназаров: Ну, значит такой путь надо. Такой вот секрет.
Сариев: Ну, вы же прокурор. Вы же должны думать, как это сделать. Срочно надо.
Бекназаров: Ну, срочно, значит надо так и сделать, все вам отдать. Но от вас все равно какая-то бумага нужна.
Сариев: Не, нужна бумага, что мы получили. Там сейчас 19 млн. 600 тыс. $, а нужна бумага, что мы получили 18 млн. 600 тыс.
Бекназаров: Да. Кубан сидит сейчас у тебя?
Сариев: Да Кубан у меня сидит.
Бекназаров: Поговорите с Кубаном и сделайте это. А мы все это сделаем, как секретный. Мы же имеем права сделать такое решение.
Сариев: Нет, они говорят, что не дадут. Вот он ходил в Нацбанк. Если я им скажу, отдайте, они все упадут ведь.
Бекназаров: Конечно, поэтому берите себе.
Сариев: Нет, надо провести это через казначейство. Нам надо туда провести. Но тогда он же все зафиксирует. Получится, что потребуется постановление правительства. Тогда не получится секретным его сделать.  И если нам сдадут, надо сдать, как за минусом один миллион.
Бекназаров: Ладно, проведите, как за минусом. Потом выпустят постановление. Но ведь в нем надо написать, кто от кого взял. От вас же кто-то должен получить, должны сказать, что оттуда брали. В тот раз мы также сделали.
Сариев: Нет, так не пойдет. В тот раз мы все без всякого постановления взяли же и отдали им под предлогом спецоперации. А потом через  5 лет проведут расследование и скажут ведь, что эти все съели.  Поэтому там не должно оставаться бумаг. Все надо порвать. Написать нужно вместо 19 – 18 и так все должно пойти.
Бекназаров: Поговори с Кубаном.
Сариев: Есть ведь такое, что будем делать?
Бекназаров: Поэтому вот твой вариант хороший. Вместо этого бизнесменов надо привлечь и найти пока. Надо им их интерес сделать. Так легче.
Сариев: Конечно, конечно.
Бекназаров: Это легче будет. Ну, у тебя же есть такие люди.
Сариев: Нет, ну такие люди есть, но надо ведь обязательства от них получить. Вот тогда помните, вы меня брали и мы пошли — чего только не сделали. Это только вы знаете и только я знаю. Многие ведь этого не понимают даже.
Бекназаров: Ну, вот есть ведь бегающие такие, найди их?
Сариев: У меня нет. Но если вы скажете, будут разговаривать, но потом ведь скажут — они там что-то сделали. Все ведь сейчас боятся.
Бекназаров: Ну, поговоришь, потом ведь выйдет разговор с их расчетом и выйдет их интерес. Подумайте, и я подумаю здесь.
Сариев: Нет, сейчас, он там ждет ведь. Если я не отдам в 15.30, он умрет.
Бекназаров: Ну, ты от себя пока сделай там чего-нибудь. Потом ведь туда ведь все скинем.
Сариев: Ой, мой друг, такого у меня нет. Тогда я вам давал ведь на мелочи туда-сюда. Вы же видите меня.
Бекназаров: С Кубаном поговори. Я тоже тут с ребятами посоветуюсь.

Последние 5 лет не народ избирает депутата, а лидер партии. Отсюда и безответственность парламента. Они формируют правительство, а потом ни за что не отвечают. Вот почему 15 августа Ордо Кенеш и выступил с обращением  к народу голосовать против пяти партий, которые ничего не смогли изменить.

— Эрнест, вы независимый эксперт по энергетике. И тут я вижу вас среди аксакалов на Курултае. Расскажите, пожалуйста, об этом поподробнее.

— Мы сформировали секретариат и политсовет Курултая в январе месяце. Объявили об этом в пяти газетах тиражом 95 тысяч экземпляров. И распространили Концепцию очищения и обновления вместе с проектом новой народной Конституции.

Первый народный Курултай собрал 478 участников. Из аксакалов у нас Дастан Сарыгулов. Есть гражданские активисты — Зульфия Марат. И очень много сподвижников в регионах. На прошлой неделе 15 августа мы провели Ордо Кенеш из 85 человек, которые приехали из различных регионов республики. Обсудили Концепцию очищения и обновления, проект новой Конституции и третье — Баба Мазар. Это касается идеологии, которой у нас до сих пор нет, и связано напрямую с нашей историей. Мы должны вспомнить своих баатыров, которые в разных регионах защищали свою нацию. Для этого мы попросили на Южных воротах землю  у президента на создание комплекса Баба Мазар. Мы говорим, что с периода советской эпохи у нас все поменялось. Я считал себя манкуртом, но появилась идея народного Курултая и все изменилось.

Сегодня в мире все подчинено политике транснациональных корпораций: они скупают месторождения, приватизируют природные ресурсы, поделили общество по партиям.

Экономическая программа нынешней власти в Кыргызстане ведет к экологической катастрофе. Ледники на Кумторе решением премьер-министра уже режут. Таш-Кумыр, Майли-Суу, Каджисай — города-призраки. Там уже все разработали, что могли, и забыли. Тоже может произойти со всей страной.

Мы предлагаем другую программу — это орошение земель, развитие сельского хозяйства, чтобы быть конкурентоспособными хотя бы на рынке ЕАЗС. Мы хотим производить продукты питания премиум класса, участвуя на аукционах.

— Давайте вернемся к тому, как это сделать. Все говорят о потенциале страны, но продолжаем оставаться отсталой, не наращивая то, что есть. Не поощряя этот бизнес кредитами, сокращением барьеров для развития.

— Потому что не меняется система. Чиновник приходит на короткое время и не может мыслить долгосрочно. Кредитование под 20 с лишним процентов не придает ответственности за конечный результат. Малый и средний бизнес может развиваться, но это небольшой рынок. Надо объединяться, укрупняться, заказчиком должно быть государство и государство должно создавать крупные производства. Инфраструктура полностью должна быть под госуправлением. Как можно отдать стратегические ресурсы в частные руки? Представьте, что пять ГЭС на Нарыне будут отданы в частные руки. Зимой эти частники будут продавать электроэнергию, тогда на лето на ирригационные нужды воды не останется. И это уже конфликт, война. Не только у нас, но и в регионе.

— Что надо менять в системе, в госуправлении?

— Чтобы поменять систему, надо создать условия — изменить Конституцию, правила жизни, по которым мы будем жить. В нашем проекте — президентское правление. Президент будет избираться народом, но должен будет пройти через сито Курултая. Президент отвечает за внутреннюю и внешнюю политику. 45 депутатов избираются народом и не занимаются политикой, они разрабатывают законы. У них нет зависимости от президента, он не может их распустить. А президент не зависит от парламентариев, они не могут объявить президенту импичмент. Закон должен быть однозначным, не так что прокурор по одному и тому же закону видит в человеке преступника, а судья его отпускает за отсутствием состава преступления. Ревизия должна коснуться всех законов, а от каких-то надо вообще отказаться и переписать.

Ежегодно Курултай должен собираться, чтобы взять  отчет у президента, Генпрокурора, председателя Верховного суда,  Счетной палаты и Спикера. Если Курултай выразил неудовлетворение работе президента, он может обратиться к народу через референдум. Если и народ не поддержит, то все расходы на референдум этот человек будет возмещать из своего кармана. Четыре месяца проект обсуждался. Все поддержали.

— А почему вы не пошли с этими идеями на выборы?

— Мы считаем, что партийная система делит народ и разрушает общество. Последние 5 лет не народ избирает депутата, а лидер партии. Отсюда и безответственность парламента. Они формируют правительство, а потом ни за что не отвечают. Вот почему 15 августа Ордо Кенеш и выступил с обращением  к народу голосовать против пяти партий, которые ничего не смогли изменить. Они занимались только тем, что вытаскивали из тюрьмы преступников, потратили 150 млн сомов из бюджета на всякие комиссии по Кумтору, продавали воду из Токтогулки. В январе 2011 года она была полная. В ноябре 2014 года воды уже не было, слита, и мы подали иск в генпрокуратуру на тех премьер-министров, министров, которые опустошили этот стратегический объект всей Центральной Азии. Уже семь месяцев мы ожидаем ответа, но никакой реакции. Теперь думаем подать на Генпрокуратуру за бездействие.

Вы знаете, мы проиграли суд по энерготарифам, но без всяких оснований и объяснений. Я вышел с суда и подумал, может Робин Гудом себя объявить? Тарифы подняли на 300 процентов, воровство процветает. Создали агентство в правительстве по ТЭК для того, чтобы оно считало убытки и вешало их на тарифы. Таким образом, государство участвует в этой коррупционной схеме, когда потери и расходы разносят на тарифы.

Или когда по 2,8 цента продавали Казахстану, а за 9 центов покупали у них обратно. Посредникам продавали по 2,8 цента, когда оптовые цены составляли 4,5 цента. Разница в 2,7 цента почти за 6,6 кв.часов — это практически около 140 млн долларов. В чьих карманах осели? Вот так увлеклись. Но ни одного энергетика не посадили. Что опять Акаев с Бакиевым украли? А потом говорят, что народ не доволен властью.

О судебной системе я уже говорил, сам на себе убедился. То есть антинародных действий этих пяти фракций предостаточно. Почему мы должны за них голосовать? Их надо всех судить, тех кто не голосовал по новым энерготарифам, а отдал все на откуп правительству.

— Вы рассказывали, что через партию «Ар-Намыс» пытались изменить положение в энергетике.

— Да. Пытались. Я был тогда заместителем политсовета у Кулова. Решили использовать право законодательной инициативы и через парламент провести два законопроекта об эффективном государственном управлении в энергетической отрасли. Но, к сожалению, Кулову не помог даже административный ресурс председателя коалиционного большинства. Он не смог их внести даже в повестку дня парламента. А потом развел руками, видишь там все выступают против. Вот вам и партийная система. Они там все зависимы друг от друга. Они за 5 лет уронили роль государства до такого уровня, что дальше не куда. Посмотрите на внешний долг. Почему они не создают совместные предприятия под иностранные инвестиции? Могли бы с соседями энергетические мощности увеличивать, чтобы сохранять воду в Токтогулке для общих целей.

Помните, ведь «Кыргызгазу» Узбекистан газ никогда не отключал. Как только «Газпрому» продали за 1 доллар, через один день отключили газ.

— Логично. Они же не с «Газпромом» договор заключали, а с Кыргызстаном.

— Да, поэтому «Газпрому» продавать не будем, сказали они. Дальше больше: с Россией собираемся Камбарату построить, и этим давить на Ташкент, но весь смысл в том, что Камбарата-1 экономически не выгодна. Ее хотят построить на кредитные ресурсы, а у них условия одинаковы во всем мире — сроки возврата. Если взять стандартные условия, то чтобы построить Камбарату-1, то нужно около 5 млрд  долларов, а чтобы возвратить эти заемные средства через 15-20 лет, то надо продавать киловатт по 10 центов. Это 6-7 сомов. Таких оптовых цен нет  во всем мире на рынке. Поэтому Камбарата-1 неинтересна. Это просто к приезду Путина в 2012 году сдули пыль со старых проектов и предложили России. А им было все равно, что обещать. Им надо было, чтобы мы авиабазу Ганси убрали, вступили в ЕАЗС, в общем, геополитика. Появился проект и Верхненарынского каскада ГЭС. Его вообще завысили на 200-300 млн. долларов. Теперь ИнтерРАО не знают, как сказать нам, что денег не будет. Не выгодно. А эти революционеры трубили, что «новый мир» построят. Пять лет прошло — они упустили время. А могли бы на дешевой собственной электроэнергии новые производства открыть.

— Так как же все-таки добиться изменений?

— Решения Курултая имеют рекомендательный характер, но мы если соберем 300 тысяч голосов, то можем требовать проведения референдума по Конституции. Мы должны менять систему, должны перераспределить ответственность в государстве. То, что сейчас происходит, полный бардак.

В любом нормальном государстве у общества есть два рычага — прозрачные выборы и свободная пресса. У нас гарантий о том, что выборы пройдут честно нет. А на прессу все время оказывается давление. А сделать 100 тысяч людей инакомыслящими у них уже не получится. Власть будет бессильна, поэтому надо объединяться вокруг идеи.

— А вы не боитесь, что это смахивает на новую революцию?

— Ничего подобного. Мы предлагаем мирные пути — Курултай (всенародное собрание), референдум. Люди на две революции пошли просто за несколькими людьми, такой переворот может произойти и без нас. Возьмите эти выборы. На 120 мест претендует 11 партий, у которых по 200 человек в списках. Простая арифметика — не пройдут около 2 тысяч. Будут возмущаться. Мы не говорим еще о нарушениях. Биометрике. Поэтому мы  предлагаем объединиться вокруг идеи очищения и обновления. Иначе мы можем потерять государство.

Беседовала Замира СЫДЫКОВА.

С инициативой об отмене ряда привилегий, которые предоставлены народным избранникам, выступила группа гражданских активистов, в состав которой входят журналисты, бизнесмены и представители неправительственных организаций. Член инициативной группы Азамат Тынаев отметил, что единомышленников становится все больше.

Общественное движение считает, что народных избранников нужно полностью лишить права пользоваться служебными автомашинами, квартирами; ограничить зарубежные командировки за счет госбюджета; лишить права на бесплатный проезд в общественном транспорте; поставить верхний предел для зарплат депутатов; привязать зарплату к официально принятому в КР размеру минимальной оплаты труда, либо прожиточному минимуму; лишить права пользоваться льготами на санаторно-курортное и лечебное обслуживание. Депутаты также как и другие граждане должны пользоваться этими услугами на общих основаниях, подчеркивают активисты.
Азамат Тынаев отметил, что ЦИК, рассмотрев их заявление о проведении общереспубликанского референдума по вопросу отмены привилегий, отказало им в регистрации, пояснив, что их требования в филологическом смысле нечетко определены. Инициативная группа не согласилась с трактовкой ЦИК, и обратилась в суд, который буквально через день провел свое заседание, где поддержал позицию ЦИК.
«Но мы будем продолжать нашу инициативу, более того, мы активизируемся перед выборами. Мы будем напоминать обществу о своих целях, а самое главное, с этим вопросом будем напрямую выходить к кандидатам в депутаты. Я думаю, надо постараться, чтобы отношение кандидатов к этому вопросу стало одним из критериев их оценки для электората. Зачем они идут в парламент? За какими-то благами, социальными маркерами, как корочка, высокие зарплаты, заграничные командировки, машины с персональными водителями, большой штат помощников, которые всю работу за них делают, пишут законы, если пишут, чаще всего копируют чужие законы. А в это время мы убеждаемся, что они успешно занимаются бизнесом, причем чаще всего нелегальным. Журналисты даже писали, что у некоторых депутатов есть сауны, которые на самом деле являются подпольными борделями. Шило в мешке не утаишь», — заявил журналист.
По его мнению, вопрос полного снятия льгот и привилегий — это один из социальных механизмов, который должен способствовать тому, чтобы депутатское кресло не было средством для защиты бизнеса, лоббирования личных интересов, для защиты от правосудия.
«Чтобы с такой точки зрения кресло депутата потеряло свою привлекательность, свой магнетизм для такого рода людей. И, в конечном счете, это поспособствовало бы тому, что в депутаты пробивались люди без денег, без сильных бизнес интересов, а честные граждане, которые хотят полностью реализовывать все те возможности, которые дает наша формально открытая политическая система», — сказал Азамат Тынаев.
Инициативная группа намерена добиваться того, чтобы партии открыто провозглашали свои обещания покончить с «социальным уродством» — привилегиями и льготами депутатов ЖК.
По словам Тынаева, борьба с привилегиями депутатов — первая ступень. Следующим этапом будет борьба с привилегиями, лишними неконтролируемыми расходами института президента и правительства.

Проект CASA-1000 появился на фоне разрыва кооперационных связей стран Центральной Азии в энергетической сфере. Цель проекта CASA-1000 предполагает организацию экспорта имеющегося летнего излишка электроэнергии из Таджикистана и Кыргызской Республики в Пакистан и Афганистан. Так было заявлено в 2011 году. Однако в настоящее время ситуация в водно-энергетической сфере Кыргызстана изменилась.

Кыргызстан уже два года импортирует электроэнергию в вегетативный период из Таджикистана и Казахстана. По этой причине экспорт электроэнергии из Кыргызстана в ближайшее время не возможен. Инвестиции в систему электропередачи из Кыргызстана в Афганистан и Пакистан в объеме 209 млн долларов США могут оказаться неокупаемыми.
Следует отметить, что прогнозируемые объемы экспорта электроэнергии из Кыргызстана так малы, что дальность ее передачи, риски, связанные с передачей электроэнергии делает проект не целесообразным.

Практика показывает, что прогнозы наполняемости Токтогульского водохранилища и избытка электроэнергии в вегетативный период в Кыргызстане не совпадают с реальным положением дел. Субъективный фактор управления сводит на нет все научные расчеты.
В то же время следует отметить, что в Таджикистане нет проблем с выработкой гидроэлектроэнергии в вегетативный период. Страна ежегодно наращивает экспорт электроэнергии в Афганистан.

Важно также учесть, что основной экспорт электроэнергии предназначен для Пакистана. От Кыргызстана до Пакистана более 1200 километров. Для Кыргызстана это означает транзит через две страны (Таджикистан, Афганистан). Соответственно, это предполагает плату за транзит, технические потери электроэнергии. Такое положение обеспечивает конкурентное преимущество электроэнергии из Таджикистана.

В проекте CASA-1000 Таджикистан имеет преимущество. Страна территориально граничит с импортерами (Афганистан, Пакистан). Гидроэнергетические мощности Таджикистана в 1,7 раза превышают гидроэнергетические мощности Кыргызстана.

В качестве рисков для Кыргызстана можно отметить не тарифные ограничения со стороны стран транзита, демпинг цены на электроэнергию со стороны конкурента.
В то же время, есть старая альтернатива. Поставки электроэнергии в Казахстан, Узбекистан. Есть все линии электропередач. Странам выгодно получать сравнительно дешевую гидроэлектроэнергию, чем электроэнергию с тепловых электростанций. Может пора договариваться с соседями?

Кыргызстану целесообразно сосредоточиться на завершении каскада Верхненарынских ГЭС. Это выгодный инвестиционный проект. Есть обязательства ОАО «РусГидро». Не хватает капитала? Целесообразно подать заявку в Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Организовать выпуск государственных облигаций внешнего займа. Увеличение генерации электроэнергии даст возможность экспортировать гидроэлектроэнергию в Казахстан, Узбекистан, Россию. Это выгодно всем.

Т.А.Станбеков,
кандидат
экономических наук

В последнее время везде очень много дискуссий о девальвации тенге и его последующем влиянии на кыргызский сом и на кыргызскую экономику. В данном посте хочу вкратце привести описание основных процессов в регионе и мире, предшествующих и сопутствующих девальвации тенге и сома.

Форекс война соседей

Начнем с Казахстана. Казахстан на днях отпустил в свободное плавание тенге, в результате чего произошла девальвация тенге почти на 33%, основной причиной, конечно, выступила низкая цена на нефть. Доля экспорта природных ресурсов в общем экспорте Казахстана достигает 90%, даже супер сырьевая экономика России не может «похвастать» таким уровнем, у нее около 80%. Поэтому снижение цен на нефть и вызвало такое резкое снижение курса валют нефтезависимых стран, так называемых петрократий (petrol – нефть с англ.)
Но, несмотря на такие обстоятельства, Казахстан насильно удерживал свой валютный курс с последней девальвации февраля 2014 года. Это все происходило на фоне выборов и так далее. А после выборов не могли же они просто, в буквальном смысле, сжигать миллиарды долларов на поддержание сильной валюты. Нет смысла. Выборы ведь прошли. Согласно последнему заявлению президента РК, в результате поддержания курса тенге они сожгли около 28 миллиардов долларов.
Китай. Перегретая экономика Китая в соответствии со всеми законами экономики переживает цикл снижения, а как мы все знаем из учебников экономики, экономический рост цикличен. При этом слишком оптимистичные прогнозы тоже делают свое дело. Замедление роста экономики Китая привело руководство Китая к принятию срочных мер. После того как многие меры были исчерпаны, Китай для стимуляции экспорта девальвировал юань. Многие до этого эпизода говорили, что юань может заменить доллар в роли резервной валюты, и как же теперь? Спросите об этом Аргентину, которая держала в юанях сумму, эквивалентную 33,7 миллиардов долларов. Считайте, за пару дней эти резервы сократились на 4-7 миллиардов долларов. Поэтому о замене доллара юанем в обозримом будущем говорить не приходится. При этом в первый день Центробанк Китая убеждал, что девальвация разовая, и так три дня подряд. Доверие инвесторов – очень немаловажный фактор в принятии решений об инвестировании в какую-то валюту. Хотя МВФ еще собирается рассматривать включение юаня в резервную корзину валют, в компанию к американскому доллару, японской иене, евро и фунту стерлингов, данное решение, конечно, зависит от рыночных намерений Китая и уровня доверия к юаню.
Россия. Сильно зависимая от цен на нефть, слабая сырьевая экономика России подверглась сильнейшим колебаниям рубля. Девальвация составила около 100%.
То есть вы представили ситуацию Казахстана, который окружен девальвирующимися соседями, у которых в результате этого значительно подешевел экспорт, и их товары начали вытеснять казахские товары на внутреннем рынке, так что девальвация тенге – необходимая мера для поддержания конкурентоспособности казахских предпринимателей.
Этот процесс удержания курса и последующего его отпуска в свободное плавание можно представить, как процесс натягивания резины рогатки, которую все время тянули в одну сторону, но понимали, что это временно и что момент отпуска резины недалек. И камень из рогатки полетит очень сильно и ударит тоже сильно. Он и полетел, и он ударил.
А вообще, почему в Казахстане и России используют девальвацию как нормальный инструмент управления экономики, а не как тонкую ее настройку – это вопрос, на который не ответил только ленивый. Когда экономика несбалансирована и недиверсифицирована, когда она требует структурных реформ, когда внутри страны отсутствует добавочная стоимость, такие шоки будут постоянны. Но эта тема требует совсем отдельного освещения и совсем в другой раз.

Что же происходит в мире?

Это все происходит на фоне мировой тенденции усиления доллара по отношению ко всем твердым валютам мира. В конце 2014 года США отказались от политики количественного смягчения – одного из инструментов нестандартной монетарной политики. Суть количественного смягчения в том, что, когда центробанк исчерпывает инструмент стандартной монетарной политики – учетной ставки (прим. автора: учетная, процентная ставка – это ставка, по которой центробанк кредитует коммерческие банки и по которой банки предоставляют друг другу короткие деньги с учетом каких-то своих корректировок), он прибегает к политике количественного смягчения.
Начнем с учетной ставки. В настоящее время в развитых странах учетная ставка примерно равна 0 (в США – 0,25%, в Европе – 0,05%). Это значит, что примерно под нулевой процент центробанк финансирует коммерческие банки, соответственно, даже со своей маржой на кредиты, кредиты коммерческих банков остаются доступными для населения, а дешевые кредиты — это увеличение деловой активности и соответственно, экономический рост. Но когда нужны дополнительные меры для роста экономики, а у тебя уже нулевая учетная ставка, приходит на помощь политика количественного смягчения.
Справка Википедии: «При количественном смягчении центральный банк покупает или берёт в обеспечение финансовые активы для впрыска определённого количества денег в экономику, тогда как при традиционной монетарной политике ЦБ покупает или продаёт государственные облигации для сохранения рыночных ставок процента на определённом целевом уровне»
То есть начиная с 2008 до конца 2014 года ФРС США проводила политику количественного смягчения, то есть впрыскивала в экономику США, а оттуда и в мировую экономику, дешевые доллары, которые стимулировали экономику США и удовлетворяли довольно высокий спрос на доллар в мире.
Но с конца 2014 года на фоне роста экономики США, ФРС отказалась от количественного смягчения, и все финансовые активы, срок зрелости (maturity date) которых подходил, должны были быть выплачены ФРС, деньги начали аккумулироваться в ФРС, соответственно, в мировой экономике наблюдалось уменьшение долларовой массы, и здесь, конечно, начал работать механизм спроса и предложения. Чем меньше долларов, тем больше спроса, чем больше спроса, тем дороже становится доллар.
Вдобавок ко всему, в феврале 2015 года ЕЦБ (Европейский Центральный Банк), наоборот, ввел количественное смягчение, и собирается проводить эту политику, по крайней мере, до сентября 2016 года. То есть в мировой экономике наблюдаются два противоположных эффекта, с одной стороны уменьшение массы долларов, а с другой стороны, увеличение массы евро.
При этом при всем, ФРС США всерьез рассматривает возможность увеличения процентной ставки, а это приведет к дальнейшему усилению доллара. Об этом решении ФРС объявит 17 сентября 2015 года. Но сдается мне, что после девальвации юаня, который приведет к торговому дисбалансу США, ФРС может вполне и передумать о повышении процентной ставки. Учитывая прямое влияние процентной ставки на уровень инфляции, здесь нужно определить, что важнее для ФРС, инфляционное таргетирование или недопущение дальнейшего усиления доллара в целях повышения конкурентоспособности американских предпринимателей. Поживем, увидим.

А что же в Кыргызстане?

В отличие от Казахстана, наш Нацбанк никогда не регулировал курс сома, он изначально был в свободном плавании. Но Нацбанк часто выступает с интервенциями, дабы не допустить слишком резких скачков курса.
Обесценивание сома может быть выгодно тем, у кого доходы в долларах, а большая часть расходов в сомах, а это в основном, экспортеры. А невыгодно тем, кто генерирует доходы в сомах, а расходы в долларах, а это импортеры. Учитывая, что импортируется у нас много чего, начиная с одежды и заканчивая продовольствием, тяготы коснутся многих. А так как без импорта жить все равно не получится, то цены вырастут и ударят по рядовому потребителю. И жить станет дороже, и жить станет не веселее. Хоть и с временным лагом еще подтянутся зарплаты, как-то же надо будет компенсировать потерю доходов работников, особенно, высококвалифицированных. Поэтому после первоначального шока, все встанет на круги своя.
Еще более тяжело придется сейчас естественным монополиям, а именно тем, кто использует заемные средства в долларах и выплаты тоже производит в долларах, а доходы получает в национальной валюте, привязанные в свою очередь к тарифам, которые не могут произвольно пересматриваться.
Что делать?

Как в одноименном произведении Николая Гавриловича Чернышевского, сейчас все мысли руководства Нацбанка должны быть заняты этим вопросом.
С одной стороны, Нацбанку нужно проводить политику, позволяющую плавно снижать курс сома и найти оптимальный уровень обесценивания сома, который позволит нашим отечественным товарам конкурировать с казахскими и российскими товарами на внутреннем и внешних рынках, то есть определить ту точку, в которой, потери наших бизнесменов будут минимальными, а с другой стороны, Нацбанку следует учесть социальную ситуацию в стране. Около 60% кредитного портфеля населения в долларах, и чересчур большая девальвация и ухудшит и без того тяжелую экономическую ситуацию в стране, и грозит всплеском социальной напряженности. Учитывая, что в основном, доходы населения генерируются в сомах, то ситуация становится еще более напряженной.
Бизнесменам, как и во все тяжелые времена, следует оптимизировать бизнес процессы, пересмотреть валютную структуру себестоимости своего товара, и постараться уйти от долларовых контрактов, влияющих на себестоимость. В свою очередь, новые обязательства брать только в национальной валюте.
А что делать нам? Нам надо стараться жить по средствам, рационально подходить к получению кредитов, учиться новому, развивать свои навыки, это ведь никогда не обесценится, и при этом при всем сохранять оптимизм и веру в будущее нашей страны.

Прогноз

Мой довольно тривиальный ретроспективный анализ: на графике видна ежедневная динамика доллара к сому и тенге с 1 января 2014 года по 21 август 2015 года. В прошлом году казахский тенге резко девальвировался на 13-15%, мы в силу близости и зависимости нашей экономики от казахской, последовательно подтянулись, через месяц наша валюта обесценилась на 6-7%. При прочих равных условиях, а с учетом нашего вступления в ЕАЭС, это влияние скорее всего даже усилится. В этот раз девальвация тенге составила 33%, соответственно, наша валюта подтянется и примерно обесценится на 18-20%, и составит примерно 73-75 сомов за доллар.

Чынгыз Джуманазаров,
 Экономист, магистр экономики Высшей Школы Коммерции Лозанны
(HEC Lausanne),  
Швейцария.

Экс-министр финансов Акылбек Жапаров в интервью “ВБ” поделился своим видением причин резкого колебания курсов валют и дал свою оценку экономической ситуации в стране.

— С чем связаны такие скачки курсов валют, были ли для этого внутренние предпосылки?
— Главной причиной досрочных выборов президента Казахстана Нурсултана Назарбаева стали экономические составляющие, так как вхождение в ЕАЭС и начало работы в евразийском экономическом пространстве предполагало конкуренцию между рублем и тенге. Очень многие ошибочно считают, что в едином экономическом союзе все мы заживем счастливо. Такого не будет, победит сильнейший — тот, у кого качественный товар по низким ценам. Все это предполагало, что Казахстан так же, как и Россия, попытается ввести плавающий курс своего тенге и откажется от валютных коридоров для того, чтобы поддержать свой экспортный потенциал.
— А при чем здесь Кыргызстан?
— Ситуация в Кыргызстане показывает, что и Национальный банк, и правительство снова “проспали” ситуацию. Скачок нашей валюты в 3-4 сома говорит о том, что свою роль сглаживания резких скачков курса национальной валюты Нацбанк не выполняет, не предпринимает превентивных мер.
Правительство и Нацбанк запаздывают на целый год в предотвращении системного кризиса в экономике. Это связано не только с нашей валютой, но и с рядом факторов. Самый главный — введение эмбарго для России, резкая девальвация рубля, девальвация тенге. Казахстан и Россия — наши основные торговые партнеры. К моему глубокому сожалению, несмотря на создание единого экономического пространства ни Россия не верит в рубль, ни Казахстан — в тенге. Они продолжают с нами торговать только в долларах. Это очень неоднозначная ситуация. Такая торговля между нашими странами делает нашу экономику очень уязвимой.
В течение 25 лет мы добились того, что 92% товаров импортируем за доллары. Колебания курсов валют России и Казахстана относительно доллара сразу бьет по нам. Мы умудрились импортировать даже продовольствие — 50% поставляется из-за рубежа. Происходит запоздалая реакция из-за того, что не принимаются антикризисные меры — как со стороны правительства, так и Нацбанка.
— Как в данной ситуации должен вести себя Нацбанк?
— Нацбанк с правительством должны проработать программу антикризисных мероприятий. Прежде всего, в пополнении недостатка валют, который ощущает сегодня наша экономика. Почти на $1 млрд сократится объем переводов из России. Поток резко уменьшается из-за сокращения заработных плат. Приток валюты должен был быть сбалансирован притоком прямых инвестиций. Объем прямых инвестиций тоже упал относительно прошлого года. В экономике начинает появляться недостаток самой валюты, отток которой можно было компенсировать увеличением экспорта.
Мы экспортируем, к сожалению, только золото, да и то в виде сырья. Можно было бы поставить жесткие условия тем, кто ежегодно не менее 10% золота вывозить из страны в виде готовых изделий. Пока этого тоже не делается. Так мы могли бы увеличить экспортную составляющую.
— Какой самый перспективный сектор в экономике?
— Сельское хозяйство. Оно может резко увеличить наш экспортный потенциал и приток валюты. Я наблюдаю последние два года за действиями Нацбанка. Они видят только один инструментарий — интервенции на рынок. Таким образом они потеряли из золотовалютных резервов нашей страны порядка $500-600 млн. Они пытаются только монетарными факторами сдерживать инфляцию и стабилизировать курс сома. Эта политика дала сбой. За доллар уже дают 65 сомов, а золотовалютных резервов нет. Именно от этого отказался Казахстан, он не стал “сжигать” золотовалютные резервы. Казахстан девальвировал тенге, но при этом защищает своих граждан. Почему наше правительство не делает этого, для меня большая загадка.
Сегодня 1 млн 800 тыс. вкладчиков Казахстана имеют вклады в национальной валюте. Правительство дает компенсацию таким вкладчикам при скачке курса валюты. То есть, если в течение года люди не снимут свои вклады в тенге, то скачок валюты будет компенсирован. Соответственно граждане спокойны, в тенге вклады резко увеличиваются и в долларах они ничего не теряют. Вот что такое защита национальных интересов и собственных граждан.
— На ком в большей степени отразились эти скачки курсов валют?
— У нас происходят скачки, на которых зарабатывают бизнесмены, особенно в финансовом секторе — банки и обменки. Это те, кто обладает информацией о скачках и понижении. Народ же при этом держит вклады в сомах в наших банках и в итоге остается в дураках. Думаю, что постепенно в Кыргызстане складывается ситуация для системного кризиса, поскольку многие сектора экономики, которые были ее двигателями — торговля, сфера услуг, строительство — идут на спад, а не дают роста ВВП. Вхождение в ЕАЭС лишает многих работы в сфере торговли, а новых рабочих мест не создается. Эта проблематика сегодня умалчивается правительством, диагноз правильный не ставится, а соответственно и лечения нет.
— С учетом того, что мы уже в ЕАЭС, есть ли возможность у Кыргызстана выработать самостоятельную финансовую политику или мы вынуждены идти по пути Казахстана и России?
— Есть возможность регулирования экономики. Это макроэкономический инструментарий. К сожалению, мы одного инструмента лишились — внешней торговли. Таможенная политика полностью ушла из Кыргызстана. Остался один инструментарий — налогово-бюджетная политика. Второй год я предлагаю правительству снизить НДС до нуля со всеми странами-членами ВТО и, в первую очередь, с Китаем. Если ставка НДС обнулится, мы сохраним товарные потоки из Китая. Даже несмотря на то, что увеличиваем пошлины в среднем на 5-6%, растаможка увеличивается не по весу, а по стоимости. Эти условия были бы конкурентоспособными и наши рынки продолжали бы жить. Но этого не делают.
— То есть сегодня наше правительство слепо идет за Казахстаном и Россией, не думая о самостоятельности?
— Оно даже по их пути не идет. Уже в декабре этого года правительство России приняло пакет антикризисных мероприятий. Правительство Казахстана также зимой приняло эти меры. В ноябре — Беларусь. Наше правительство даже этого не сделало, оно просто ждет. Чего? Пока не понятно.
Происходит резкий обвал сома, пожар на ходу пытается погасить Нацбанк, а правительство при этом спокойно сидит. Я не понимаю, как в этой тревожной макроэкономической ситуации кабинет министров может увеличивать дефицит бюджета, то есть расходную часть. Сегодня этот дефицит достигает 22 млрд сомов.
Наше правительство в декабре получило первые $100 млн Российско-кыргызского фонда развития. До сегодняшнего дня ни тыйына не истрачено, ни один проект для увеличения экспортного потенциала не запущен. Парламент занят предвыборным марафоном, президент дал карт-бланш премьер-министру Темиру Сариеву, а воз и ныне там. Деньги, которые пришли для поддержания экономики в такой трудный момент просто лежат, а расходы увеличиваются.
— Если правительство не пересмотрит свою линию, чем это чревато? До выборов в Жогорку Кенеш курс сома будут удерживать любыми способами, но чего нам ждать после?
— Если правительство не выйдет к народу, экономике и бизнесу, не объяснит свои действия по спасению (а говорить сейчас можно уже только о спасении экономики нашей страны), то зима и весна следующего года будут для Кыргызстана очень тяжелыми. Сом может обрушиться, преодолеть отметку в 70-80 сомов за доллар, так как резервов недостаточно. Тогда страну ждут вновь социальные и политические потрясения. Это очередные народные волнения, чего бы очень не хотелось.

Максим Цой,
vb.kg.

(Продолжение, начало в № 1-5, 7-11)

Политические предпосылки восстания 1916 года

A. Управление Туркестанским краем

Средняя Азия русского царизма может быть охарактеризована как военно-полицейское государство, управляемое наместником царя (генерал-губернатором), который был наделен весьма большими полномочиями. Были генерал-губернаторы и в других частях России (в Польше, на Кавказе), но ни одному из них не были предоставлены такие широкие полномочия, как их туркестанскому коллеге. Генерал фон Кауфман — первый генерал губернатор Туркестана (1867-1883гг.) был не прочь от великолепия и почестей, оказываемых словно королю, хотя его преемники предпочитали быть более скромными.

В отличие от остальной части азиатской России генерал-губернаторство (высший командный состав) Туркестана подчинялось военному министерству, а не министерству внутренних дел. Поскольку генерал-губернатор был альтер эго военного министерства и был обязан своим званием генерала этому ведомству, их взгляды по вопросам управления краем совпадали, и они управляли им по своему усмотрению, царь обычно был слишком нерешителен в том, чтобы принимать какое-либо активное участие. В такой ситуации ничего не могли поделать не только министерство внутренних дел, но и министерство иностранного дел. Генерал фон Кауфман имел полные дипломатические полномочия, он мог заключать соглашения с ханствами Средней Азии, а его преемники также пользовались широкими полномочиями. Наместники царя, такие как, Ермолов на Кавказе, Алексеев позднее на Дальнем Востоке, значительно усложнили работу по международным отношениям министерства иностранных дел. Ниже по рангу были область или провинция, управляемая губернатором, уезд или район, которым управлял начальник и участок, или подразделение, сформированное в полицейских целях, во главе с приставом или начальником полиции. Все эти должностные лица были военными лицами под общим руководством генерал-губернатора (в чине генерала), начальников и приставов на местах (в звании майора  или полковника).
В дополнение к военной администрации, в крае были размещены многочисленные войсковые соединения.

В 1889 году, спустя год после своей поездки в российскую Среднюю Азию, лорд Керзон написал: «Российская Средняя Азия представляет собой один огромный лагерь, и путешественник в ходе нескольких недель редко обратит внимание на российское гражданское лицо, уходит с чувством уважения к благоразумию, не без особого удивления мирному отношению людей» .

В 1911 году количество солдат сообщается как 125,000 , хотя угроза со стороны Британии миновала. Развороты подобной оккупации были крупными, не считая понесенных военных затрат, которые генерал-губернатор мог не указывать, дабы не показать дефицит в бюджете для российской Средней Азии.

Только в области финансов, образования и услуг почтовой и телеграфной связи было применимо общее законодательство империи. В других областях были введены важные отступления (изменения), исходя из особого положения края. Особенно важными были изменения в нормах по сельскому хозяйству, юстиции и налогообложению.
С центром генерал-губернаторства Туркестана в Ташкенте в его введении находились Ферганская, Сырдарьинская и Самаркандская области, которые управлялись на основе Туркестанского положения или свода законов. Генерал-губернаторству также принадлежали Семиреченская область (которая до 1897 года была под управлением Степного генерал-губернаторства), которой управляли на основании положения об управлении степных областей, и Закаспийская область, управляемой на основании временного положения об управлении Закаспийским краем.

Хивинское и Бухарское ханства находились в вассальной зависимости, пользовались протекторатом России и не были включены в Туркестанское генерал-губернаторство.
Вне ведения Туркестанского генерал-губернаторства были степные области — Акмолинская, Семипалатинская, Уральская и Тургайская, управляемые с Семиреченской, на основании положения об управлении степными областями. Они были под управлением министерства внутренних дел (за исключением Семиреченской). Степной генерал-губернатор руководил Акмолинской и Семипалатинской областями (ранее также и Семиреченской) с центром из Омска. Губернаторы были во главе областей, с военными губернаторами в Семиреченской и Уральской областях. Штаб-квартиры были: главный штаб для Акмолинской и Семипалатинской областей — в Омске; по областям, для Акмолинской области — временно был в Омске, для Семипалатинской в Семипалатинске — г. Верном, для Семиреченской и Уральской — в Уральске, и в Оренбурге — для Тургайской области. Уездные центры по названию тех городов, в которых они находились.

Области Степного края
Области           Уезды
Акмолинск         Омск
Петропавловск
Акмолинск
Aтбасарск

Семиречье    Верный
Копал
Пишпек
Лепсинск
Пржевальск
Яркент

Семипалатинск    Семипалатинск
Павлодарск
Каракалинск
Усть-Каменогорск
Зайсан

Уральск        Уральск
Лбищенск
Гурьевск
Teмирск

Tургай        Актюбинск
Кустанайск
Иргизск
Тургай

Области Туркестана
Области            Уезды
Сыр Дарья           Аму Дарья
Казалинск
Перовск
Чимкент
Аулие-aтa
Taшкент
Фергана               Коканд
Скобелев
Aндижан
Нaманган

Самарканд        Самарканд
Катта-Курган
Ходжент
Джизак

Название уездов соответствовало названию самого важного города в уезде, за исключением Скобелевского уезда, где город Коканд был гораздо более важным городом, чем город Скобелев.

Закаспийскийские области
Центр в Ашхабаде
Уезды                Штаб-квартиры
Aшхабад           Aшхабад
Kрасноводск    Kрасноводск
Maнгишлак       Св.Александровск
Теджен             Каррикент
Мерв                 Мерв

Ниже приставов были подразделения сельских общин, так называемые аксакальства на 1000-2000 домохозяйств и составляющие одну деревню. Даже кочевники группировались в сельские общины, так называемые аулы (примерно по 15-20 кибиток), большие аулы в волости, соответствовавшие некому племенному подразделению. Эти единицы возглавлялись должностным лицом из местных — волостным, аксакалом (в переводе белая борода) или, обычно называли, старшиной (старший). К тому же, из местных был судья, называемый среди сартского населения казий, а среди кочевников бий. Среди кочевников более влиятельным, чем старшина, был служащий и писчий, который был посредником между местными и российскими властями и которого безрассудно использовали в качестве переводчика. В сартских городах дома были поделены по 50. На 50 домовладельцев выбирался Еллик-баши или «глава пятидесяти», в то же время над ним стоял Мин-баши или «глава тысячи», который был подотчетен российским властям. Должностные лица из числа местных назначались русскими, обычно губернатором, но с принятием нового положения в 1886 г. эти должности стали выборными с последующим утверждением российских властей. Старшина не мог избираться более, чем два раза подряд, и срок его полномочий был на три года.

Лучшим звеном в управлении Туркестаном были главы уездов и приставы (2-4 на уезд). Это были офицеры с годами военной службы, хорошо знавшие страну и жителей. Однако было мало возможностей для карьеры. Губернаторами провинций были генералы, сосланные Санкт-Петербургом, и их служба не идет в сравнение с условиями службы британцев в Индии. Жалованья были скудны, надлежащего вознаграждения за службу в чужой, столь отличающейся от России стране, не выплачивались. Количество российских офицеров было совершенно недостаточно для нужд управления краем, в то же время несовершенное знание местных языков вынуждало иметь дело через переводчиков, которые часто преследовали своекорыстные цели. Служба также страдала с самого начала от того, что Туркестан рассматривался как центр для реабилитации тех офицеров, которых понизили по службе или тех, чья репутация была запятнана по тем или иным причинам.

(Продолжение следует.)

О чем говорят разбросанные и в наши дни по ущельям и перевалам кости наших предков, бежавших от истребления карательными отрядами царской России в 1916 году?

Часть ответов на этот вопрос намерена найти Общественно-политическая комиссия, созданная для того, чтобы дать событиям 1916 года точную, четкую, правильную оценку. Для справки, расположена она в Бишкеке на бульваре Эркиндик, рядом со зданием Конституционной палаты. Ею подняты важные вопросы и поставлены не только перед нашим обществом, но и перед президентом России В.В.Путиным.

Дело Комиссии самое передовое, но и от нее ускользает один бесконечно важный ответ, даже несмотря на то, что вопрос о нем озвучен ее же активным участником Азимбеком Бекназаровым. Он говорит: «Отмечались 15-, 20-, 30-, 40-летие Уркуна. 75-летие проводило ДДК (Демократическое движение Кыргызстана), 90-летие – мы, “асабисты” в 2006 году. Тогда впервые начали собирать кости на Беделе, Ак-Шыйраке и хоронить останки. Почему на протяжении 90 лет после 1916 года мы не смогли собрать кости погибших предков и захоронить?».

Вопрос поставлен четко: «почему не собрали и не захоронили кости предков?». И к нему самому возникает законный вопрос: «Если начали собирать и хоронить то, почему до сих пор это святое дело не завершено, хотя бы, в уже известных местах массового истребления наших предков?». Насколько может иметь первостепенную важность политическая оценка тех событий, если не совершен простой человеческий акт уважения и почтения к умершим людям, даже если бы они не были нашими предками? Речь идет не о памяти по нашим предкам, речь идет о самих наших предках, чьи кости лежат не захороненными, а значит и их дух не может покоиться с миром, покинув наш бренный мир.

Так о чем же говорят разбросанные кости наших предков?!

Они говорят о том, что их потомки потеряли чувство святости, человечности, почтения. Они говорят о том, что их потомки изменили ценностям своих предков и их души спокойны при виде чудовищного зрелища сотен и тысяч человеческих останков. Мы живем безразличными друг к другу, мы не знаем, что значит быть одним народом. Все, что мы делаем, продиктовано узкокорыстными интересами и амбициями. Мы все живем в цепях жажды потребительства, которые держат нас на коротком поводке, но иногда тяжело, с трудом, до нашего сознания может пробиться истина о том, что это неправильно. И в этот момент важно сделать попытку прорваться сквозь собственный эгоизм, заставляющий нас жить своим узким кругом забот и интересов, и прислушаться к своему чувству долга перед другими не очень знакомыми нам людьми, которые живут вокруг нас и есть твой и мой народ, с которым каждого из нас связывает слишком многое: и прошлое, и настоящее, и будущее.

Может быть, не случайно, что кости наших предков терпеливо лежали целое столетие не погребенными. Может быть, им суждено было в момент потери нашим народом веры в свои силы, ориентиров в жизни, стать напоминанием о том, где их искать?! Искать во взаимоуважении и взаимопомощи. Сейчас у нас нет других более важных дел, чем отдать священную дань уважения своим предкам и захоронить их останки. В этом деле мы можем проявить уважение не только к ним, но и друг к другу, и сделать шаг к тому, чтобы начать учиться взаимопомощи.

Общественно-политическая комиссия взяла на себя труд начать это дело, им и должна быть предоставлена возможность довести это дело до конца. А всем достойным потомкам их совесть должна указать на их долг содействовать этой Комиссии в выполнении нашего общего долга перед своими предками.

Нурлан Балтабай.