До окончания срока Атамбаева
осталось

№27 от 10.12.2015

На прошлой неделе в Армении прошел референдум по изменению Конституции и переходу к парламентской форме правления. Предварительные итоги голосования говорят о том, что армяне поддержали новое государственное устройство. Мы это уже проходили в 2010 году. Вопрос, зачем нам это было нужно не вызывал на тот момент никаких сомнений — мы хотели покончить с президентским правлением, когда одна семья может узурпировать всю власть в стране. То есть все дело было в перераспределении власти между его ветвями, так сказать, больше демократии. Но что получилось на самом деле, мы тоже теперь знаем. Вот и президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев, выступая перед депутатами вновь избранного парламента 5 ноября этого года, поделился сожалениями. Он считает, что мы не до конца воплотили идею парламентской страны. «Фактически мы и сегодня стоим одной ногой в парламентской, а другой ногой в президентской форме правления», — сказал он, добавив, что мы должны продолжить путь и внести дополнительные изменения в Конституцию, чтобы ограничить полномочия президента. А пока, судя по его заключению, действующая Конституция в Кыргызстане не может удерживать его от произвола. «Слишком много в нашем основном законе противоречий, которые можно по-разному интерпретировать», — говорит Атамбаев. Это очень сильное признание, при том, что у него еще есть время и возможность «порулить» на этих противоречиях. Чем он и занимался все эти годы своего правления.

Армянская оппозиция, протестуя накануне референдума против изменений в Конституцию, объясняла это тем, что их президент Серж Саргсян, таким образом, хочет продлить свою власть, используя переход на новую форму правления. Согласно принятой в воскресенье новой Конституции, функции президента уменьшаются, а реальное управление страной переходит в руки премьер-министра, как правило, возглавляющего правящую партию.

Мы живем уже 5 лет, сменив 5 премьеров — Атамбаева, Бабанова, Сатыбалдиева, Оторбаева, Сариева. При том, что правит все время одна партия — СДПК. Жить не стало лучше, может только чуть веселей. Зато президент, по его же выражению, произвольничал все это время, как хотел. Но не Конституция со своими противоречиями была в этом виновата, а администрация президента, которая манипулировала парламентом, как хотела.

На этих парламентских выборах в Кыргызстане Атамбаев лично участвовал в пиар-кампаниях СДПК. Ему нужно удержаться у власти, чтобы более или менее плавно завершить свой срок. И он полагает, что большинство в парламенте ему это обеспечит. Еще ему важно — кто придет к власти после него. Чтобы гарантировал ему свободу и безопасность. Чтобы не надо было бежать из страны, как его предшественникам.
Так что хотел бы Атамбаев изменить еще в Конституции? Есть предположения — избрание президента КР Жогорку Кенешем. Азимбек Бекназаров уже заявил, что «президент, депутат Текебаев и другие депутаты уже начали работать над тем, чтобы президента избирал парламент». Такие усилия предпринимаются под видом того, чтобы в Кыргызстане была полностью установлена парламентская система, считает политик. «Атамбаев уже намекнул об этом. Им не выгодно, чтобы избирало население, а через нынешний парламент они могут провести в президенты своего человека», — считает Бекназаров.

Однако Текебаев, один из инициаторов внесения изменений в Основной закон страны, утверждает, что «некоторые политики неправильно истолковали выступление главы государства в Жогорку Кенеше». «У меня недавно была встреча с президентом, и я могу сказать, что он не выступает за то, чтобы президента избирал парламент», — сообщил прессе лидер «Ата-Мекен».

Ну, предположим, Текебаев не пресс-секретарь Атамбаева, чтобы передавать общественности официально мнение президента. К тому же у него свои виды на предстоящие президентские выборы. «Единственный, кого с уверенностью можно назвать претендентом на эту должность — Омурбек Бабанов, — считает политолог Марат Казакбаев. — Но кандидаты занимают выжидательную позицию, потому что не знают, насколько изменятся полномочия президента».

Вопрос в том, насколько российско-турецкий конфликт может подпортить для нас экономическую ситуацию. Могут ли нас ожидать социальные бунты. И тогда уже будет не до споров  у кого в Кыргызстане будет больше власти — у президента или премьер-министра.

Замира СЫДЫКОВА.

0 826

Минсоцразвития Кыргызстана уже больше 7 лет играет с судьбой воспитанника  Военно-Антоновского детского дома.

Истории о том, как брошенные дети и сироты из Кыргызстана обрели полноценные семьи за границей не редкость. Еще чаще нас пугают  страшилками о том, что детей из стран  третьего мира вывозят на Запад и продают «на органы». Никаких документальных свидетельств, правда, тому нет. Но, как известно, чем чудовищней ложь, тем охотней в нее верят.

ruslan-amerikanskie-roditeli-slojnost-usynovleniya

Не мы такие, судьба такая

«Я передумал и хачу иметь семью штобы у меня были мама и папа, собака и хачу научиться кататься на веласипете», — маленький Руслан уже не первый год пытается доказать чиновникам банальные вещи: каждый ребенок хочет жить с любящими его людьми, а не в интернате. Сколько еще будут красть у него детство сотрудники Минсоцразвития?
10 октября Руслану исполнилось 10 лет. Три десятки – магические цифры, однако никакого волшебства в его жизни не произошло. Потому что в Кыргызстане решают не цифры, а люди – чиновники.

Десятилетний мальчик с улыбкой смотрит в камеру и четко произносит: «Я хочу, чтобы меня усыновили. Хочу к родителям». Может быть на этот раз до сотрудников Минсоцразвития дойдет смысл его слов, который они не могут (или не хотят) уловить с 2008 года.
Родители у Руслана есть. Верней, есть люди, которых он так называет – любящая его семейная пара из США.  Иностранцы готовы усыновить мальчика и увезти из интерната в США. Но не выходит.

Родители мальчика умерли, когда ему было 8 месяцев. В 2006 году вместе с Русланом сиротами остались пятеро его родных сестер и братьев. Младших раскидали по интернатам, в том числе Руслана, он попал в дом малютки, а старшие остались на произвол судьбы. «Родители умерли, когда мне было 13 лет, — рассказывает Тамара, старшая сестра Руслана. – Меня сразу определили в Военно-Антоновский интернат. Там я пробыла недолго, сбежала оттуда, мне там не нравилось».

Сейчас у Тамары растет своя двухлетняя дочь. Молодая мама старается дать ей все, что в ее силах и возможностях, но они у нее ограничены. «Живу я где придется, сейчас временно проживаю у своей троюродной сестры. Муж уехал в Россию делать гражданство. Я работаю, за деньги убираюсь в квартире. Понимаете, что у меня нет возможности забрать Руслана к себе. Навещать его тоже я часто не могу, в последнее время совсем не езжу», —  говорит она.
В Бишкеке у Руслана живет еще один родной человек – брат Сергей. Ему 20 лет. Он, как и сестра перебивается временными заработками, кочует по съемным квартирам и забрать младшего к себе тоже не может.

Самый старший – 26-летний Виталий отбывает наказание в колонии за убийство. Еще один брат – Павел скончался в 2001 году, ему было 19 лет. Старшая сестра Марина пропала без вести.

Когда в 2008 году американская семья захотела усыновить Руслана, его не отдали. В базу данных на усыновление он попал, как круглый сирота, но позже выяснилось, что есть родные. «Я неоднократно говорила, что не против усыновления Руслана. Пусть лучше он в семье живет. Что я могу ему дать, сама мотаюсь с ребенком по съемным квартирам?!» — отмечает Тамара.

По ее словам, мешают некие бюрократические проволочки. Однако Res Publica выяснила, что виной всему не законодательство, а желание самих чиновников заволокитить это дело. С какой целью?


 

Накормить детей
В Кыргызстане, по последним данным, зарегистрировано 118 государственных и 66 частных детских домов и интернатов.  Всего в них содержится 11,5 тысяч  сирот и брошенных детей.
Как рассказал Res Publica глава фонда “Защита прав детей сирот” Игорь Беляев, на каждого ребёнка отчисляется из бюджета примерно 11 тысяч сомов в месяц. “При этом, по закону, на ребенка должен быть открыт банковский счет, куда перечисляется 25 % от этой суммы. Когда сирота выпускается из интерната, ему должны отдать эти деньги. Практикуется такое только в Ак-Суйском детском доме, в остальных же никто из выпускников ни разу эти деньги не получал. Куда уходят эти средства — понятно”, — говорит Игорь Беляев.
Он также отметил, что после окончания интерната, выпускники до достижения возраста 21 год, по закону, должны получать ежемесячное пособие в размере 2 тысячи — круглые сироты и 1,5 тысячи — социальные.
Ежедневно на питание одного ребенка-сироту интернату выделяют от 50 до 100  сомов, на лекарства — 16 сомов. “Сумма не везде одинаковая, к примеру, в Краснореченском интернате — это 110 сомов, а в Нарынском — 60-70 сомов. В частных детских домах предусмотрено 50 сомов на питание. В некоторых городах деньги выделяют местные власти, в других — спонсоры”, — уточнил Игорь Беляев.
Правозащитник замечает, что на такие деньги прокормить детей невозможно, потому активисты постоянно устраивают акции по сбору средств, продуктов питания и одежды
для сирот.


Страшилки западные…

Истории о том, как брошенные дети и сироты из Кыргызстана обрели полноценные семьи за границей не редкость. Еще чаще нас пугают  страшилками о том, что детей из стран  третьего мира вывозят на Запад и продают «на органы». Никаких документальных свидетельств, правда, тому нет. Но, как известно, чем чудовищней ложь, тем охотней в нее верят.

К тому же подливают масла в огонь правозащитники, пристрастно отслеживая каждый случай с международным усыновлением и обвиняя чиновников Минсоцразвития в продаже детей. Скандалы на этой почве в КР вспыхивали не единожды. После каждого чиновники вводят мароторий на международное усыновление, заставляя родителей и детей ждать годами, пока власти придумают, как сделать этот процесс более прозрачным. Однако действенных мер по борьбе с коррупцией в этой области еще не изобрели.

Последний громкий скандал разразился в 2011 году, когда при получении взятки задержали сначала замминистра соцразвития Гульнару Дербишеву, а позже и главу ведомства Равшана Сабирова. Чиновников уличили в том, что они вымогали деньги за детей, проще говоря, продавали здоровых детишек иностранцам. Те были вынуждены давать крупные взятки кыргызским чиновникам, потому что иного способа воссоединиться с ребенком, к которому прикипел сердцем, нет.

Однако неоднократные проверки и «хлопушки» не принесли должного результата. В Минсоцразвития схемы по-прежнему действуют и даже стали более изощренными. Яркое тому подтверждение – случай с Русланом.

По словам родных, мальчика заставили написать заявление, в котором он, 10-летний ребенок(!) заявляет, что хочет остаться в интернате и не желает быть усыновленным иностранцами. «Как он может быть против усыновления этими людьми, если он их знает. Они приезжали к нему, когда он еще был в доме малютки. Они постоянно общаются по скайпу, присылают ему посылки, любят его», — говорит Тамара.

На вопрос, не боится ли она, что ее брата увезут и она его больше не увидит, женщина отвечает: «Это очень хорошая семья, приличная, я бы сказала. Я с ними тоже знакомилась, общались через переводчика. Когда они приезжали, мы с моей троюродной сестрой встречались с ними. Я опасалась, что они могут меня обмануть, но сестра, ей 34 года, тоже сказала, что ей семья понравилась. Они его очень любят. Плачут, когда общаются по скайпу. Если бы ненормальная семья была, или хотели бы что-то сделать с Русланом, стали бы добиваться именно его столько лет? Нет. Уже давно бы махнули рукой и взяли другого ребенка. Мало что ли у нас брошенных и сирот. А они привязались к нему, хотят именно его забрать. И мы хотим, чтобы у него было будущее лучше, чем у нас», — говорит Тамара.

…и кыргызские реалии

Сегодня судьба 10-летнего мальчика не зависит от его родных, «кровных», как их называют в Минсоцразвития, а полностью в руках чиновников. «У мальчика есть родственники. К тому же он написал отказ, то есть он не хочет, чтобы его усыновляли», — пытается заверить меня глава управления защиты семьи и детей Жаныл Жумабаева.

По ее словам, «американцы, которые хотят усыновить Руслана, даже еще документы не подавали». «С заявлением они не обращались. Попадет ли этот мальчик в базу данных, ответ пока дать не могу. Это будет решать районное управление», — сказала чиновница.
Она подтверждает, что родственники воспитанника интерната не против, чтобы его усыновили иностранцы и даже обратились с соответствующим заявлением. «Нам нужно опять с мальчиком переговорить отдельно. Без присутствия воспитателей Военно-Антоновского детского дома и родных, чтобы на него не оказывалось давление, и узнать его мнение», — пояснила Жаныл Жумабаева.

К тому же, подчеркнула сотрудница министерства, они не имеют права разглашать информацию о том, кто состоит в базе данных. «Он снят с базы в 2008 году, потому что имелись родные братья и сестра. Недавно они предоставили свое согласие, что они не возражают против усыновления. Но сегодня мы ставим задачу перед районными управлениями соцразвития, чтобы они проводили поиски биологических родителей, воссоединяли ребенка с кровными родственниками, как того требует резолюция комитета ООН. Биологические родственники стоят на первом месте. И только в случае, когда все меры исчерпаны по воссоединению ребенка с биологическими родителями, рассматривается вопрос о передаче ребенка сначала на национальное усыновление. И только после того, как на национальном уровне нет граждан, желающих взять его, только после этого рассматривается вариант международного усыновления», — пояснила чиновница.

«Это неправда!» — заявляет Тамара. По ее словам, Руслан уже неоднократно писал заявления, что он хочет быть усыновленным именно этой семьей, потому что полюбил их, как родных маму и папу. «Почему они не хотят, чтобы жил с теми, кто его любит, там, где он не будет ни в чем нуждаться, я не знаю», — вздыхает Тамара от бессилия.

В департаменте соцразвития подтверждают, что письмо Руслана направили в министерство. С мальчиком неоднократно беседовал психолог, он посетил воспитанника 11 ноября и собирался вновь поехать 9 декабря.

«В присутствии воспитателей он говорит, что не хочет уезжать из интерната. Потому мы хотели с ним поговорить наедине», — уверяет Жаныл Жумабаева.

Министр соцразвития Кудайберген Базарбаев от проблемы отстранился. Попытки встретиться с ним не увенчались успехом. Чиновников Кыргызстана сложно застать на месте, то они в командировке, то на торжественном мероприятии, а то и вовсе на поминках. Причем выезжают всем штатом, а посетителям только остается по пустым коридорам гулять.

Семь лет, как семь кругов

Между тем, усыновители уже семь лет ждут, когда воссоединятся с Русланом, которого уже фактически считают своим сыном. «Они специально начали изучать русский язык, чтобы разговаривать с ним. Уже знают много слов. За столько-то лет выучили», — говорит Тамара.
Сколько еще таких детей, ждущих милости и снисхождения кыргызских чиновников, неизвестно. Пару лет назад также, пройдя все круги ада, воссоединилась со своей приемной мамой-иностранкой воспитанница интерната для слабослышащих. Девушке уже исполнилось 18 лет, когда чиновники и суды Кыргызстана дали добро на усыновление.
Чего добились чиновники, отобрав детство у ребенка? Должны ли дети страдать, лишь только потому, что у кого-то антиамериканские настроения? Именно эти настроения витают в Сокулукском департаменте соцразвития. Сначала они не отдавали Руслана в базу данных для усыновления, ссылаясь на близких родственников, а теперь на что?

Тамара рассказала все о своей неблагополучной семье. И таких у нас в стране немало. На что обрекают Руслана все, кто замешан в этой бюрократической машине по международному усыновлению? Тюрьма, жизнь без работы и жилья? Когда в 16 лет он выйдет из интерната, то уже никому не будет дела до его судьбы.

Махинур НИЯЗОВА.

Выдача паспорта за 5 минут, зарубежного — за 15, зарегистрировать брак за 15 минут, а развестись — и за 10…  «Это что-то из области фантастики!» — могут воскликнуть многие из нас, кому хоть однажды приходилось прибегать к услугам ГРС — Государственной регистрационной службы. На сегодня в Грузии, наряду с развитыми западными странами, качественно, просто, а главное быстро предоставляются все административные услуги.

Есть надежда, что кыргызстанцы тоже увидят свет в конце коррупционно-бюрократического тоннеля. Ассоциация «Таза Шайлоо» в рамках программы GGPAS при финансовой поддержке USAID  намерена оказать помощь в продвижении реформирования системы оказания услуг гражданам.

Команда международных экспертов уже работает в Бишкеке. Вахтанг Горделадзе, эксперт из Грузии намерен со своими кыргызскими коллегами   внедрить у нас, так называемое, «новое поколение сервисов». Для этого понадобилось тщательно  исследовать не только саму систему ГРС, но начать анализ того, насколько граждане довольны или, напротив, не довольны качеством услуг, среди которых выдача паспортов, свидетельств о рождении, о смерти, о заключении брака, регистрация движимого и недвижимого имущества и т.д.
Всего в качестве предмета исследования выбраны 22 вида услуг. А анализироваться они  будут посредством использования двух методов — это анкетирования и проведения Фокус — групп (ФГ).

По итогам прошедшего в Бишкеке двухдневного тренинга «Методология оценки удовлетворенности гражданами услуг ГРС» были подготовлены 20 модераторов, которые и должны будут выявить, насколько граждане довольны или нет  качеством предоставления услуг ГРС. Отметим, что дополнительно 20 модераторов обучат на юге страны.
Вахтанг Горделадзе, международный консультант: «Нас пригласил USAID, чтобы мы оказали помощь Ассоциации «Таза — Шайлоо» разработать методологию для оценки сферы оказываемых населению услуг. По каким параметрам оценивать? Какие факторы должны определить эти параметры? На что должны модераторы обращать внимание в ФГ? Какого рода информация от респондентов поможет  им собрать качественные данные? Как обрабатывать эти данные, чтобы потом на их основе подготовить единый отчет, который, в свою очередь, ляжет в  основу конечного документа — Рекомендации по улучшению системы оказания услуг со стороны ГРС?

То есть целью данного проекта является не только создание инструментариев оценки,  в данном случае, степени удовлетворенности граждан услугами ГРС, речь идет о разработке целого пакета рекомендаций по улучшению каждого из исследуемых нами 22 видов услуг».
Алмаз Абдыкеримов, координатор проекта: “Проект одинаково важен для всех участников процесса — простому народу, который получает услуги, а также  государству, предоставляющему нам услуги в системе регистрации. Причем, государственные органы должны ориентироваться не только на то, как они сами видят процесс представления услуг, исходя из утвержденных стандартов и внутренних процедур, но здесь уместно употребить слово «перезагрузка», когда госорганы  должны будут научиться ориентироваться больше на ожидания клиентов.

«Насколько клиенты удовлетворены действующими процедурами выдачи документов со стороны ГРС?». Думаю этот вопрос, вынесенный во главу угла, позволит им что-то пересмотреть в своей работе, поскольку клиенты укажут им на определенные недостатки. Возможно, клиенты недовольны качеством самих услуг, качеством предоставляемых документов или же уровнем сервиса. В развитых странах процесс оценки удовлетворенности граждан предоставлением услуг проводится на постоянной основе, с использованием специальных мониторинговых (оценочных) механизмов.

Наш проект — это первая ласточка, попытка создать в Кыргызстане подобный механизм с последующим его внедрением.

Во всем мире используют набор стандартных параметров, критериев, на основе которых проводится опрос населения. Опрашивают людей с помощью анкетирования или же методом проведения Фокус-групп на предмет того, насколько их устраивает или не устраивает та или иная услуга, предоставляемая им государством.

Критерии при этом могут быть разными — устраивает ли граждан сроки выдачи тех или иных документов, устраивают ли доступность,  месторасположение офисов, когда их располагают в другом населенном пункте, создает трудности, связанные с тем, что приходится долго добираться до них.

При этом долгий маршрут приходится проделывать неоднократно, в случае того, что запросят дополнительные документы или возникнут какие-либо другие
причины.

Также оценивается степень информированности граждан — насколько государственные или муниципальные органы предоставляют информацию для потребителей. Допустим, гражданам вовсе необязательно ездить в  тот или  орган, чтобы получить информацию, а достаточно просто позвонить или получить информацию посредством интернета, посетив ведомственный сайт.

Отметим, в рамках проекта GGPAS,  в 7 областях и двух городах Бишкеке и Оше состоятся всего 80 Фокус — групп для апробирования новой методологии оценки 22 видов услуг ГРС.
По результатам исследования будет подготовлен аналитический отчет. Документ будет вынесен на широкое общественное обсуждение, с целью получения дополнительных рекомендаций, замечаний и предложений  для улучшения качества государственных услуг и обслуживание населения Государственной регистрационной
службой.

Президент Атамбаев заявил, что Кыргызстан по уровню свободы слова занимает ведущее место в Центральной Азии. А в рейтинге свободы прессы Freedom House КР занимает 149-строчку. По статистике, ежегодно в Кыргызстане на журналистов и СМИ подается в суд больше 20 исков в год. По некоторым обращениям уже приняты решения, другие процессы тянутся годами.

Орунбеков и Ботобеков задолжали миллионы

Журналисту Дайырбеку Орунбекову необходимо до 12 декабря выплатить 2 миллиона сомов президенту Алмазбеку Атамбаеву и опубликовать опровержение во всех СМИ одной из своих статей.

Поводом для иска представителей президента стала статья под заголовком «Когда будет дана политическая оценка Ошским событиям, забытым Алмазбеком Атамбаевым и закрытыми Розой Отунбаевой?», опубликованная на сайте Maalymat.kg. Суд признал содержание публикации не соответствующим действительности и порочащим честь президента. Вот что на этот счет думает сам автор статьи:

— Я против такого решения суда. Но несмотря на нечестность властей и несправедливость суда я решил выплатить компенсацию. Народ для этого собрал деньги. Сейчас сумма собранных средств составляет 12 тысяч сомов. Ну а моя зарплата и финансовое положение не дают мне возможность выплатить эту сумму в короткие сроки.

Представителю власти проиграл суд еще один журналист и общественный деятель — Уран Ботобеков, интервью с которым было опубликовано на сайте «Кабар ордо». Ныне советник президента Икрамжан Илмиянов посчитал, что публикация порочит его честь и достоинство, и подал иск. Городской суд удовлетворил претензии чиновника и обязал Ботобекова выплатить 1,8 миллиона сомов. Журналист говорит, что будет до конца отстаивать свои права, но, несмотря на это, он заявляет, что не доверяет власти и судам:

— Мы будем бороться в рамках закона. Но я понял, что пока не будет проведена судебная реформа и власти не перестанут использовать суды в качестве политического инструмента, добиться справедливости невозможно. Суд взял под арест не только мой дом, но и жилье моей матери. Где логика? Какое отношение к моей деятельности имеет моя мать?
По мнению специалистов, если Орунбеков и Ботобеков не выплатят компенсации, им может грозить тюрьма.

Свобода только на словах?

Иски на журналистов подают не только представители действующей власти, но и оппозиционеры, депутаты, политики, чиновники. Например, с газетой «Азия ньюс» судится политик Адахан Мадумаров. Он заявляет, что журналисты, против которых он подал иск, не признают суд, игнорируют его, не являются на заседания, а Фемида закрывает на это глаза. По мнению Мадумарова, это говорит о том, что суды прислуживают небольшой группе людей из власти, а журналисты безответственно относятся к свободе слова:

— Например, журналисты уже третий месяц не являются на суды по моему иску. Никакие меры не предпринимаются, чтобы обязать их являться на процесс. Суды не сами не чисты. Если оклеветать кого-то из власти, суды проявляют активность и быстро принимают решения. А нам говорят, что «суды у нас свободные и принимают решения самостоятельно».
В среднем в год на журналистов подается около 20 исков. В основном претензии предъявляют политики или госслужащие.

Медиа-представитель Акмат Алагушев отмечает, что посещение судебных процессов по делам десятка журналистов стало его основной работой:

— Например, на газету «Азия ньюс» подал иск бывший губернатор Жусубалы Торомаматов. Кроме того, с изданиями «Дело №…», «Учур» и «Акипресс» судятся руководители, бизнесмены и представители властей. Большинство обращаются в суд с требованием опровержения опубликованного. Однако есть и те, кто требует компенсации морального ущерба.

Несмотря на такие судебные разбирательства, власти Кыргызстана не перестают утверждать, что свобода слова в стране не ограничивается, и даже гордятся этим.
Вчера, 8 декабря, в своем поздравлении работников телевидения и радио с их профессиональным праздником президент Алмазбек Атамбаева отметил, что «бесспорно, по уровню свободы слова Кыргызстан занимает ведущее место среди стран Центральной Азии». «Действительно, у нас нет запретных тем, которые не осмелились бы освещать и обсуждать наши СМИ», — сказал он.

Однако, согласно рейтингу по свободы слова Freedom House, опубликованном в начале года, Кыргызстан входит в число несвободных стран.

Azattyk.org

0 259

Антитурецкая кампания, захлестнувшая Россию с подачи Кремля, не делает различий между властной бюрократией и простыми людьми, между экономикой и культурными связями и даже между понятиями «турецкий» и «тюркский». А это грозит оттолкнуть от Москвы ее самых преданных союзников в Центральной Азии.

В конфликте с Анкарой из-за сбитого Су-24 Москва не стала ограничиваться санкциями и развернула кампанию против всего, что связано с Турцией, не делая особых различий между властной бюрократией и простыми людьми, между экономикой и культурными связями и даже между понятиями «турецкий» и «тюркский».

Министр культуры Владимир Мединский направил правительственную телеграмму главам нескольких российских регионов (Алтая, Башкортостана, Якутии, Татарстана, Тывы и Хакасии), в которой потребовал «незамедлительно прекратить» все контакты с международной организацией ТюрКСОЙ. Организация эта, занимающаяся сохранением и развитием материальных и культурных памятников тюркских народов, попала под раздачу российского начальства, видимо, за то, что ее штаб-квартира расположена в Стамбуле, хотя ее генеральным директором уже много лет является бывший министр культуры Казахстана Дюсен Касеинов.

Безусловно, тюркские регионы России подчинятся окрику из Москвы и свернут свое сотрудничество с вражескотюркской структурой. Но вот куда распоряжения российского Минкульта не дойдут, так это в государства Центральной Азии, где проживает тюркоязычное население: Узбекистан, Туркменистан, Казахстан, Кыргызстан. Забавным свидетельством этого стало вручение в Ашхабаде медали ТюрКСОЙ президенту Туркменистана Бердымухамедову, которое произошло 30 ноября, через два дня после московского запрета на участие российских тюрков в организации.

Посредничество Назарбаева

На российскую антитурецкую кампанию в Центральной Азии официально отреагировали лишь в Казахстане. Дуайен президентского корпуса СНГ Нурсултан Назарбаев, обращаясь с посланием к народу Казахстана, призвал Москву и Анкару «найти общий язык и не портить отношения, которые складывались много лет». «Как бы трудно ни было, я считаю уместным создать комиссию, определить виновных, наказать, признать ошибку и восстановить отношения», — сказал казахстанский елбасы. При этом он однозначно дал понять, что не видит вины России в инциденте с Су-24: «Российский бомбардировщик не нападал на Турцию, не шел на Турцию, шел воевать с террористами». Это не мешает ему общаться с турецким президентом Эрдоганом, чтобы также и от его имени озвучить готовность искать компромисс с Москвой.

Предлагая себя в качестве миротворца в конфликте с Турцией, Назарбаев, как и в случае войны на Украине в прошлом году, демонстрирует лояльность по отношению к Путину и России. «Я с пониманием отношусь к позиции российского руководства», — говорил он о действиях Кремля по отношению к Киеву. В Москве, впрочем, ни тогда, ни сейчас предпочитают не замечать этих дружественных сигналов. Напротив, это молчание порождает хор полных недоверия язвительных реплик в ура-патриотической прессе: мол, знаем мы этого Назарбаева, помним, как он несколько лет назад распинался в Стамбуле в верности тюркскому миру, вспоминая о временах российского колониального владычества над казахами.

Москва с недоверием относится к стремлению казахской элиты к евразийству. Вспомним прошлогодние высказывания Путина, предлагавшего Астане принять идею распространения «русского мира» на свои территории. Вспомним и то молчаливое, но явное отторжение, которое это предложение встретило в Казахстане. Видимо, сформулированная больше 20 лет назад в Москве идея Назарбаева создать на обломках СССР Евразийский союз вовсе не подразумевает отказ большинства населения Казахстана от принадлежности к тюркскому миру с тем, чтобы раствориться в «русском мире». Тем более после того, как этот «мир» насаждался силой оружия на востоке Украины.

Когда посчитаем нужным

Возможность быть частью тюркского мира не означает, что он должен быть противопоставлен русскому миру или исключен из сосуществования с ним, как бы ни стремилось к этому нынешнее руководство России. Однако фактически мы видим, что антитурецкая кампания, захлестнувшая Россию с подачи Кремля, грозит перерасти в антитюркскую. И это отвращает от Москвы ее самых преданных союзников в Центральной Азии.

Обратите внимание, как уже вторую неделю после инцидента с Су-24 и гибели российских военных отмалчивается руководство Кыргызстана и его президент Алмазбек Атамбаев — тот самый, который все последние годы не уставал выискивать малейший повод, чтобы продемонстрировать лояльность Кремлю и лично Путину, и, разумеется, поддержал его сирийскую военную кампанию. Единственный из партнеров по СНГ.

Киргизского президента, про которого в родной стране только ленивый не говорит, что весь его бизнес «родом из Турции», где он любит проводить свой отпуск, можно понять: он оказался в щекотливой ситуации выбора между Москвой и Анкарой. Атамбаев предпочел выжидать.

Точно так же ведут себя в Ташкенте. Впрочем, причины тут немного другие. По отношению к Узбекистану, самой многонаселенной тюркской стране Центральной Азии, Турция в начале 1990-х стремилась занять место «старшего брата», заместив Россию. Узбекский лидер Ислам Каримов поначалу отнесся к этому весьма благосклонно, но вскоре, когда Анкара стала настойчиво продвигать среди узбеков идеи пантюркизма, Ташкент резко свернул свои связи с Турцией. Кроме того, Каримова не устраивало и то, что турецкие власти предоставили убежище ряду его политических противников, в первую очередь лидеру партии «Эрк» Мухаммаду Солиху.

Отношения Ташкента с Москвой тоже никогда не были безоблачными. Причины этого самые разнообразные, среди них — никогда не исчезавшая настороженность узбекского руководства относительно истинных намерений Москвы в Центральной Азии, да и вообще на постсоветском пространстве.

Показательным тут был разговор между Путиным и туркменским президентом Бердымухамедовым, состоявшийся на днях в Тегеране на саммите стран — экспортеров газа, буквально накануне гибели Су-24. Бердымухамедов, почему-то от лица «казахских коллег», выразил обеспокоенность пусками российских ракет на Каспии. На что Путин ответил, что «все усилия, которые предпринимает Россия по борьбе с терроризмом, ложатся бременем прежде всего на Россию» и что после крушения российского самолета над Синаем «мы будем делать это до тех пор, пока посчитаем нужным для того, чтобы наказать виновных».

Здесь прекрасно всё: и готовность Бердымухамедова быть туркменским «почтальоном» со ссылками на казахских друзей, у которых, очевидно, нет других каналов связи, чтобы донести свою обеспокоенность ракетными пусками с Каспия до самого Путина, и слабо завуалированные путинские упреки в адрес партнеров, уклоняющихся от присоединения к Москве в активных действиях против терроризма, и главное — четкий сигнал Путина: мы и впредь не будем вас, партнеров по СНГ, спрашивать, что нам делать в этой ситуации.
Именно эта решительность российской политики и была, в частности, предметом полемики, состоявшейся в середине октября на саммите СНГ в Казахстане в закрытом от публики режиме.

На встрече в Тегеране с президентом Ирана Рохани Путин фактически подтвердил, что ракетные пуски с Каспия по целям в Сирии были согласованы с иранским руководством. Ничего подобного он не сказал в отношении других каспийских стран: Казахстана, Туркменистана и Азербайджана.

Другой маршрут

Нужно ли говорить, что в Ашхабаде также выразительно отмалчиваются, стараясь дистанцироваться от конфликта между Россией и Турцией. А между тем у туркменских властей свои счеты к туркам, которым в свое время было разрешено открыть свои школы в Туркменистане, ставшие питательной средой идей пантюркизма и даже радикального исламизма. Есть у Ашхабада претензии и к турецкому бизнесу, играющему основную роль в подготовке инфраструктуры к Азиатским играм — 2017, которые должны пройти в Туркменистане.

Более того, у всех стран региона есть что спросить у президента Турции Эрдогана. Речь идет о функционирующем в Турции механизме переправки волонтеров из стран Центральной Азии в Сирию — воевать за запрещенное в России «Исламское государство». Источники в международных организациях сообщают о двух лагерях на турецкой территории вблизи сирийской границы, через которые проходят будущие боевики ИГ, прежде чем попасть в Сирию. Кроме того, стало известно о нескольких госпиталях неподалеку от сирийской границы, где лечатся раненые игиловцы.

А пока лидеры России и Турции меряются амбициями, экономическая деятельность в рамках ЕАЭС, угнетаемая политическими запретами, скукоживается и теряет все те преимущества, ради которых создавался этот союз. Казалось бы, почему должна страдать торговля между Казахстаном и Турцией, если Москва вводит санкции против Анкары? Но как только об этом стало известно, на российско-грузинской границе были остановлены полторы сотни фур с турецкими товарами, идущими транзитом через Россию в Казахстан. То же самое происходило после введения российского эмбарго на товары из Евросоюза в прошлом году. Россия окружает себя враждебным соседством на юге и на западе, практически не оставляя Центральной Азии шанса быть за пределами этого пояса враждебности.

Неудивительно, что в ответ государства Центральной Азии ищут способы снизить свою зависимость от российского посредничества. На днях стало известно об учреждении Турцией и Китаем совместно с Казахстаном, Азербайджаном и Грузией консорциума по транспортировке грузов из Китая в Европу в обход России. Соответствующее соглашение было подписано 28 ноября в Стамбуле в ходе презентации возможностей Транскаспийского транспортного маршрута Китай — Турция — Европа.

Аркадий Дубнов.

В газете «Res Publica» печатаются отрывки из книги Эдварда Д.Сокол «Восстание 1916 года в русской Центральной Азии». А кроме этого статьи отдельных ученых и общественных деятелей. В номере от 19 ноября 2015 года имеется материал Жылдызкан  Джолдошевой: «1916 год это очень сложная, но необходимая тема». С одной стороны Жылдызкан Джолдошева  предлагает изучать эту тему, но в тоже время пишет: «Невольно поднимается тема геноцида целой нации! Я считаю, что это был геноцид целой нации, поэтому это очень тонкий вопрос». Конечно, радует, что она здесь же оговаривается: «Поэтому надо быть очень осторожными в подаче материала. Информация должна подаваться на столько, насколько сможет воспринять общество. Это как в еде когда ее слишком много, то может появиться обратная реакция. Т.е. информацию о тех событиях нужно подавать дозировано». Полагаю, что это не верно, надо давать этот исторический материал  всесторонне и полно, объективно отражая события,  на это и направлен Указ президента Атамбаева «О 100-летии трагических событий 1916 года».

При этом не надо путать два понятия: 1. Колониальная политика царизма. 2. Геноцид.

Геноцид — это уничтожение одного народа другим. Например, как это было с армянами в 1915 году,  евреями в 30-40 годы в фашистской Германии и захваченных ею странах. Колониальная политика, это политика порабощения народов, при которой и представители народа участвуют вместе с колонизаторами  в подавлении сопротивления порабощению. Пример тому трагические события на Беловодском участке (занимал территорию нынешнего Сокулукского, Московского и части Жайыльского районов) Чуйской долины. В августе — сентябре 1916 года, когда трудящиеся кыргызы выступили не только против царской администрации, но и кыргызских богатеев. А именно старшины Тулебердиевской волости Асанкула Чолпонкулова, крупного манапа Чолпонкула Тыналиева и ряда других представителей феодальной знати. И именно эти манкурты помогли подавить выступление своего народа!

В разных районах Кыргызстана имелись свои особенности, которые надо учитывать при изучении этого материала. И помнить, что сделала советская власть для народов царской России. Изучение этих исторических событий поможет  стать народу Кыргызстана более сплоченным, единым. Вот для чего нам нужно изучать этот материал!

А.Типеров,
почетный гражданин села Беловодское, историк, адвокат.

(Продолжение, начало в № 1-5, 7-26)

Данный приказ (губернатора Семипалатинской области) мало способствовал тому, чтобы население успокоилось. Казахи продолжали нападать и убивать волостных чиновников, когда те составляли списки призывников, затаптывая сено и корма, изымая стада (русских) крестьян, казахи отказывались собирать сено и зерно колонистов. Наконец, генерал-губернатор Сухомлинов отсрочил призыв до 15 сентября, тем не менее, волнения и беспорядки не утихали.

К тому времени власти успели сформировать казачьи карательные отряды. Для подавления беспорядков управители Семипалатинской и Акмолинской областей координировали свои усилия. Усмирение населения и выполнение Указа о призыве рабочих проходило крайне медленно. Так, с 3 по 20 августа в пунктах  сбора появились лишь 127 человек. До начала 1917 года предоставления рабочих не было.

Зайсанский уезд был главным центром сопротивления выполнения Указа. Вскоре отсюда началось бегство в Китай. 16 июля уездные власти безуспешно пытались разъяснить Указ. Прошение об отсрочке мобилизации, телеграфированное некими киргизами 17 июля, удовлетворили и призыв отсрочили до сентября. Казахи успокоились, но в конце сентября беспорядки вспыхнули вновь. Один сельский чиновник по фамилии Селезнев решил попросить о другой отсрочке до зимы. Данное прошение было телеграфировано высшим должностным лицам. На сей раз результат оказался неблагоприятным: Селезнева арестовали. Его показания интересны с точки зрения того, насколько негативно сказались последствия Указа, как для казахов, так и русских:

«Киргизы [казахи] столкнулись с трудной ситуацией: зимовья не готовы, имущество разрушено русскими колонистами, колодцы не очищены. Киргизы [казахи], так же как и русские столкнулись с катастрофой».

«Главным регулятором цен в общей торговле стала цена на хлеб. С повышением цены на хлеб также повышаются цены на другие товары. Цены на товары начали повышаться с невероятной скоростью: то, что стоило 10-20 копеек утром, поздно вечером продавалось за 40-50 копеек. Подобное повышение цены больно бьет по скромному бюджету семей солдат и резервистов, получающих продовольственное пособие, которое не было достаточным для удовлетворения их потребностей в продовольствии, и, как  следовало ожидать, в Зайсане вспыхнули беспорядки, вызванные женами солдат и закончившиеся разрушением магазина Ерзина [продавца]. После этого, опасаясь того, что жены солдат разграбят все товары в целом, торговые фирмы Зайсана стали беспрерывно отправлять свои товары через границу в Китай и в городе Зайсане начался торговый кризис, о котором не возможно было и представить до призыва киргизов [казахов]».

Беспорядки в Зайсанском уезде закончились в январе 1917 года. Датой начала призыва рабочих было определено 15 января 1917 года.

В Томской губернии казахов начали призывать 17 июля в Бийском уезде. В этом случае казахи стремились избежать призыва бегством в Монголию вместе со своими стадами. Для предотвращения их миграции были направлены войска, которые были встречены на границе вооруженными монголами. Богатые казахи обычно не участвовали в этом движении, но пользовались случаем для того, чтобы выкупить задешево шерсть от тех, кто уезжал в Монголию.

4. Восстание в Семиречье

В области, в которой было самое масштабное и мощное выражение сопротивления русским совпало с тем фактом, что в ней проводилась самая интенсивная колонизация русскими. В Семиречье было 300 000 русских из 500 000 заселенных по всей Центральной Азии.
Вспыхнувшее восстание представляло много трудностей для властей России: все мужчины призывного возраста находились на фронте, поскольку правом освобождения от несения воинской службы наделялись лишь те, кто мог родиться в Сырдарьинской, Ферганской и Самаркандской областях — трех основных областях туркестанского генерал-губернаторства. Из-за военных нужд Россия испытывала тяжкие лишения в большинстве ее гарнизонов; даже те немногие, оставшиеся для службы в гарнизонах, не были из числа регулярной армии. Русским поселенцам-крестьянам выдавались винтовки Бердана, чтобы они могли защищаться от коренных народов и использовать их против каких-либо восстаний, но в конце 1915 года и в начале 1916 года и те были конфискованы для военных нужд фронта. Эти винтовки, около 7 500 штук, оказались практически бесполезны из-за плохого ухода за ними крестьянами. Русские колонии было трудно защищать. Русские поселения создавались в основном вдоль почтовой дороги, ведущей к городу Верный.  Обычно поселки тянулись вдоль линии на 5-6 верст. И наконец, природные особенности области —  степь, пустыни, почти непроходимые горы и ущелья — представляли большие трудности для любой карательной экспедиции.

Восстание казахов и киргизов началось в начале августа, намного позже, чем в других областях Туркестана.

Губернатор Семиреченской области Фольбаум, предвидевший неизбежность восстания, принял соответствующие меры. В июле он разбил область на 17 районов, и в каждом из них назначил командующего войсками. Войска в Верном были приведены в состояние готовности для того, чтобы их можно было направить в любую горячую точку. Были мобилизованы казаки, которые не находились на действительной военной службе. Фольбаум ясно представлял, что могут быть попытки бегства в Китай и поэтому он направил значительную часть своих сил на границу. Он вместе с Куропаткиным определил возможное возникновение места восстания. Были изучены тропы и каньоны, через которые могли пройти повстанцы, и разработан план по принуждению всевозможных повстанцев в узкие горные проходы, где их можно было затем уничтожить.

Эти подготовительные меры получили свое дальнейшее развитие с прибытием Куропаткина в Туркестан. 11 августа 1916 года, спустя несколько дней после того, как вспыхнули беспорядки в Семиречье, Куропаткин направил самую наставительную телеграмму
Фольбауму:

«…Считаю основной целью ваших действий по подавлению беспорядков среди киргизов в целях защиты жизней и имущества русского населения. Для чего вооружите все боеспособное русское население огнестрельным  и другим  имеющимся у вас в наличии видом вооружения, включая топоры, и организуйте их в подразделения из десяти и сотен человек. Часть вооруженных сил должна быть кавалерией. Поручаю сформировать 3 сотни [казачьи] резервных войск  и 4 сотни статуса казачьего. Оставить большую часть сотен в местах их формирования.

Во-вторых, организовать во всех городах и поселках пункты обороны на ближних и дальних отступах; не допускать возможность внезапного нападения.

В-третьих,  усилить противопожарные меры.

В-четвертых, на случай возможного окружения подготовить необходимое количество припасов, воды для поселений и городов.

В-пятых, при нападении киргизов оказать самое отчаянное сопротивление. Помните пример Уральской сотни Серога [казачий командир], отчаянно сражавшейся с ордой из десяти тысяч человек. Количество киргизов, имеющих огнестрельное оружие, вероятно, незначительно. Не довольствоваться обороной там, где можно перейти к наступательной тактике. Атака, особенно в ночное время, храбрыми молодцами 30-50 лет, даже на большую толпу, может привести к самым решающим результатам. Необходимо вызвать панику.

В-шестых, поддерживать почтовую и телеграфную связь, восстановить их там, где они разрушены, организовать верховую конную почту. Везде, где возможно, не прекращать какие бы то ни было работы на полях для того, чтобы урожай в этом году не терпел  неудачу. Произвести необходимый сбор урожая на тех полях киргизов, от которых отказались их владельцы, отведя собранный урожай на счет казначейских припасов.

В седьмых, относительно действий карательных отрядов, уничтожая оказывающих сопротивление и нападение, не допускать ненужной и поэтому вредной жестокости в отношении тех, кто не оказывал сопротивления; не дозволять нашими войсками или русским населением грабежей, под угрозой расстрела. Хорошо охранять весь конфискованный крупный рогатый скот, лошадей и имущество, считая их за собственность Казначейства.

В-восьмых, поручаю Вам организовать полевые суды воинскими формированиями и в городах.

В-девятых, укрепить как можно больше вооруженные силы уездных начальников и приставов, доверить им там, где считаете необходимым, командование и военные силы для подавления беспорядков.

В-десятых, поддерживать отношения с соседними губернаторами и всеми областями. Отчитываться по вашему усмотрению не менее двух раз в день.

Одиннадцатое, примите меры к тому, чтобы использовать все родовые и национальные различия среди местного населения области для борьбы с агитаторами. Без сомнения, есть киргизы и сообщества, лояльные к нам: направьте их  против мятежников.

Двенадцатое, не препятствовать миграции киргизов на китайскую территорию до тех пор, пока вы не справитесь с внутренними проблемами.

Тринадцатое, посылаю Вам значительное подкрепление, но до их прибытия проявите усилия по мерам обороноспособности и эффективности как сами, так и всем русским населением».
Влияние высочайшего повеления на казахов и киргизов Семиречья не отличалось от того, каким оно было от их собратьев в других областях.  Распространялись такие же дикие слухи об истинной сущности призыва. Коренные жители, которых нанимали в качестве рабочих рук и «добровольцев» на фермы русских, побросали работы, обосновывая тем, что им необходимо домой, так как вскоре их отправят солдатами на войну и что нужно подготовить все необходимое дома. В некоторых случаях жены русских солдат выражали свое недовольство, а в поселении Самсоновка они зашли так далеко, что ходатайствовали перед властями  возвратить мужчин насильно на работу, утверждая, что киргизы готовятся к мятежу. Другим обстоятельством, почему киргизы отправлялись по домам, было то, что власти, в своих манипуляциях списков размещали первыми в ряду списков тех рабочих, у которых не было возможности протестовать.

Также как и в степях, был большой спрос на лошадей, на которых можно было убежать. Цены на них на базаре Пржевальска повысились в трех и пятикратном размере.

Меры противодействия возможности восстания были приняты в нескольких направлениях.  Лидер «Алаш-Орды» Тынышпаев и губернский переводчик И.Джайнаков делали все, что могли для того, чтобы разъяснить Указ народу и убедить их сохранять спокойствие. Они широко распространяли газету «Казак(х)». Позиция, которую отстаивала газета, была в том, что статус солдата и служение предпочтительнее, царское волеизъявление доподлинно и надлежит повиновению. Газета склонялась к тому, что если местные жители повинуются высочайшему повелению и будут работать хорошо, то они затем могут обратиться с заявлением о службе в качестве солдат.

Власти пустили в ход все средства к тому, чтобы склонить влиятельные классы  коренного населения в свою сторону. Глава Джаркентского уезда призвал всех мулл к себе на помощь. В своем отчете он выделил деятельность некоего Хусаинбека Юнусова. Этот мулла произносил проправительственные речи в мечетях, и убеждал других мулл, основывая свои действия на максиме Корана о том, что «кем бы ни был правитель — мусульманином или неверующим, подданные должны
повиноваться ему».

(Продолжение следует).