До окончания срока Атамбаева
осталось

№2 от 21.01.2016

В южной столице мэрия «попросила» крупнейшие вузы оформить подписку на «Российскую газету». Понятно, что подобные просьбы вышестоящих чиновников рангом пониже расцениваются, как прямое указание к действию. Кто и зачем прививает студентам Оша любовь к «старшему брату»?

Накануне в соцсетях распространили письмо службы по связям с общественностью Ошского муниципалитета, датированное 11 января 2016 года, где они просят оформить  подписку на официальное издание правительства Российской Федерации «Российская газета». Подробные указания, кто и сколько экземпляров газеты должен приобрести, получили руководители государственных и муниципальных организаций и предприятий.
Все учебные заведения Оша должны покупать газету, каждому мэрия установила свой лимит: ОшГУ – восемь экземпляров, по пять – Ошский филиал российского государственного университета, а также Технологический университет, Государственный юридический институт, гуманитарный педагогический институт, Государственный социальный институт. Ошскому сельскохозяйственному техникуму предписано покупать два экземпляра газеты, медицинскому и строительному колледжам,  а также торговому колледжу и музыкальному учебному учреждению – по одной газете, а вот Городское управление образования должно приобретать 25 экземпляров «Российской газеты».

Стоит отметить, что стоимость подписки на 1 месяц составляет 262 сома, на квартал – 787 сомов, на полгода – 1 тыс. 575 сомов. Сумма не большая, но почему на те же деньги не подписаться на местные издания – «Эркин Тоо», «Кыргыз Туусу», задаются вопросом в соцсетях.

В Ошской мэрии все отрицают, мол, ни на кого не давили, не принуждали, а только попросили. В ведомстве, как выяснилось, полный бардак. Глава пресс-службы и вовсе не знает, кто от ее имени и без ее ведома разослал письмо. «В тот момент, когда было отправлено письмо, меня на работе не было, я была на больничном. Ввиду продолжения сотрудничества с газетами мои сотрудники отправили просьбу о подписке в письменном виде. Но и в письме нет ничего принудительного, там выражается только наша просьба», – пояснила журналистам руководитель службы по связям с общественностью Гульжамал Жороева.

По ее словам, вице-мэр Оша Замирбек Аскаров очень обеспокоен фактом, что письмо распространили в соцсетях. «Мы до этого тоже работали с различными газетами, в том числе с такими изданиями, как «Российская газета», «Эркин Тоо», «Кыргыз Туусу». Они просят нас помочь в распространении их газет. Мы им в свою очередь помогаем таким образом. До этого мы делали это в устном порядке», – сказала также Жороева.

Похоже, чиновница, и вправду, не видит разницы между «Российской газетой» и «Эркин Тоо». Или делает вид, что газеты правительства РФ и КР – одно и то же. О какой информационной безопасности в Кыргызстане можно говорить в таком случае?

М.Н.

Из воспоминаний Исы Ахунбаева.

«…Отец мой был пастухом у скотовода средней руки Самсонова Александра, который жил в селе Тору-Айгыр среди кыргызов. Семья Самсоновых была единственная семья из русских в этом селе и крепко сроднилась с торуайгырскими кыргызами, которые называли Самсонова просто Сайоке.

В 1916 году в Северной Киргизии началось восстание. Как помню, взрослые говорили о том, что борьба происходит между кыргызами и русскими. И кыргызы стали вооружаться топорами, косами, дубинками и другими подобными «оружиями». Ходили различные толки, но разобрать что к чему было невозможно.

Люди собирались толпами, ездили из аила в аил, посылали верховых, чтобы получить какие-нибудь сведения о восстании. Никто не работал, все были растеряны и озабочены. И мы, мальчишки, прекращая привычные для нас игры, старались быть около взрослых, подслушать их разговоры.

Было понятно одно: нужно бежать, но куда? Никто не знал. Число собравшихся бежать увеличивалось. Были среди них знатные люди, вожаки и аксакалы различных родов. На многочисленных сборищах решили бежать в Китай.

В каждой семье началась подготовка: чем вооружаться, что с собой брать, а главное — на чем передвигаться. Это заботило всех. Готовили седла, потники из кошмы, сбрую… Большинство просили у богачей лошадей, волов.

Нужно было решить еще один важный вопрос: что делать с Самсоновыми? Некоторые настаивали на том, чтобы забрать весь его скот, сжечь дом и ликвидировать семью Самсоновых, мотивируя тем, что Самсонов — русский, капыр, а борьба идет между русскими и кыргызами, что русские убивают кыргызов, хотят забрать молодых кыргызов в солдаты.
Большинство же говорили, что хотя Самсонов русский, капыр, но он очень хороший русский. Ведь он проживает в этом селе более 10 лет, и плохого от него никто не видел, он со всеми торуайгырскими кыргызами в хороших отношениях, бывает в гостях и приглашает к себе в гости, поэтому его трогать нельзя. Отдельные прямо говорили, что Самсонов не капыр, хоть он и не молится по мусульмански. И кто считает его капыром, тот сам капыр.

После длительных обсуждений, наконец, решили: Самсоновых не трогать, а обеспечить продуктами питания, одеждой и спрятать в Чоц Кызыл Капчыгае, что означает Большое Красное Ущелье.

Самсоновы жили на берегу Иссык-Куля по большому тракту, поэтому нужно было их перевезти поближе к горам. Выбрали около десятка человек для помощи, лошадей по количеству членов семьи Самсоновых (а их было 13—11 сыновей, жена и сам). Больше всего такое решение пришлось по душе мальчишкам, которые всегда дружно играли с детьми Самсоновых в альчики.

Спустя некоторое время после совета Самсоновы были уже у подножия гор. Специально для них поставили юрту, где они и жили. Около недели шли сборы у Самсоновых. После полудня к ним приходило много людей, варилось мясо, без конца кипел самовар, разговаривали, пили чай, ели мясо, уходили и приходил новый поток людей. Все были озабочены, некоторые что-то шепотом говорили Самсонову.

Словом, происходило что-то непонятное, но все же встречи эти были похожи на прощание. В одно прекрасное утро Самсоновых около кыргызских юрт не оказалось. Было вполне понятно, что доверенные люди тайком, ночью, спрятали их в заранее выбранном месте.
В этот день началось великое бедствие — бегство кыргызов в Китай. Это было, кажется, в начале сентября 1916 года. Торуайгырцы уходили через Рыбачье и Тонский перевал. Свирепствовал холод, кончились продукты питания, начался падеж скота. Подох и мой бурый Торпок (бычок), на котором я бежал. Я остался пешим. А самое главное, что мне врезалось в память: кончилась у всех соль. Наверное, самое трудное в жизни — остаться без соли.
Люди шли, не зная в какой части Китая они найдут пристанище. Посоветовавшись, решили, что род Бокотоя направится в Кульджу, а роды Барака и Торпока — через суровый перевал Бикирты в Уч-Турфан. Так и было сделано. По диким ущельям Тянь-Шаньских гор, кто верхом, кто на волах, а основная масса пешком, навалив на себя жалкие пожитки, уходили в соседний Китай. Вместе с людьми двигался скот богачей. В этом хаосе движения многие по дороге гибли. Вдогонку безоружным свистела пулеметная очередь царских карателей.
Ущелья были усыпаны трупами беззащитных детей, женщин, стариков. А оставшиеся в живых уходили все дальше в горы через перевал.

Вот и еще один — Ак-Огуз (Белый Бык), самый высокий, с вечным нетающим льдом и снегом. На этом перевале мучения людей стали еще тяжелей.

Верховые и пешие — женщины и дети — не могли идти по зеркальному скользкому льду, они скатывались в пропасть, их уносили свистящий ветер и снежные обвалы. Но кое-кто сумел преодолеть перевал и люди оказались на территории китайского города Уч-Турфан. Часть беженцев, направившихся в сторону Кульджи наткнулась на огонь китайских пограничников и многие из них там так и погибли. Жизнь кыргызов на китайской земле была тяжела и трагична.

На этой неделе Жогорку Кенеш КР в срочном порядке рассматривает денонсацию Соглашения с российской стороной по строительству двух гидроэнергетических проектов. В ходе обсуждения выясняется, что кыргызская сторона осталась еще и должна 37 млн долларов российской компании «Русгидро». Редакция попросила прокомментировать данные обстоятельства эксперта по энергетике Эрнеста КАРЫБЕКОВА.

Поразительное свойство кыргызстанских чиновников все свои промахи относить на других. Сегодня они винят Россию в отсутствии денег и пытаются денонсировать соглашения по совместным гидроэнергетическим проектам, как Камбаратинская ГЭС-1 и Верхненарынский каскад ГЭС. Государственные телеканалы, радио и СМИ, которые легли под власть, 3,5 года восхваляли власть за эти проекты, делая им медвежью услугу.

Во-первых, проекты были предложены кыргызской стороной. Не Россией.

Во-вторых, более 3 лет назад мы предупреждали о том, что строительство Камбар-Атинской ГЭС-1 и Верхне-Нарынского каскада ГЭС, как первоочередных энергетических объектов в Кыргызстане, в настоящее время явно ошибочно, и приведет к появлению очередного кыргызско-российского феномена наподобие скандала вокруг “Оборонсервиса” и в финале к дискредитации кыргызско-российских отношений.

Эти проекты по многим причинам сегодня мало перспективны, не решают серьезных накопившихся в регионе водно-энергетических проблем и экономически неэффективны. Данные проекты, в лучшем случае, являются следствием торопливости, непродуманности и низкой квалификации готовивших их специалистов.

В третьих, стоимость Верхне-Нарынского каскада ГЭС в технико-экономическом обосновании (ТЭО) была искусственно увеличена ориентировочно на 250 млн долларов США. ТЭО делала российская сторона, а заказчик в данном случае — кыргызская сторона, молча согласилась. Попахивает на совместный коррупционный сговор.

В четвертых, с соседями в ЦА регионе по проекту Камбаратиская ГЭС-1 не были сняты вопросы попусков и распределения трансграничной воды Нарын-Сырдарья, совместного рационального использования водно-энергетических ресурсов Центральной Азии.
В пятых, Кыргызстан подписал и ратифицировал эти соглашения на условиях строительства Камбаратинской ГЭС-1, Верхненарынского каскада ГЭС за счёт привлечённых кредитов, при этом ответственность стороны делили 50% на 50%. Россия не инвестировала в данные проекты. В подписанных соглашениях российская сторона участвовала в привлечении внешних заимствований, то есть кредита. А кыргызская сторона молча согласилась на эти условия. Если кредит, то зачем нам нужен был партнёр?

В шестых, до сих пор никто так и не может ответить на вопрос: «Кто купит дорогую электроэнергию этих ГЭС?» А ведь это главный вопрос, на который нужно было самим ответить до момента предложения проектов Российской Федерации. Пока наши особо одаренные чиновники от власти не ответят на данный вопрос нечего говорить о каких-либо инвесторах на данные проекты.

В седьмых, согласно поговорке, что «в политике и картах друзей не бывает», наша сторона, кыргызские переговорщики при подписании вышеназванных соглашений сами сдали все позиции Кыргызстана. Три с половиной года назад Кыргызстан очень нужен был для России. Для РФ очень важно было, чтобы КР очень скоро вошла в Таможенный союз, а потом и в геополитический блок — ЕАЭС. Это было связано с угрозой национальной безопасности Российской Федерации. Базы НАТО очень опасно приблизились к границам РФ. Поэтому для России существенно важно было обеспечить отдалённость внешних границ от военных баз НАТО. Близкое расположение стратегических наступательных сил других военных блоков к границам РФ обеспечивает полное покрытие стратегических наступательных сил самой России. Примером может служить проект установки ПРО в Восточной Европе. Это отдельная тема, и к ней мы можем вернуться в другой раз.

Вернёмся к кыргызско-российским отношениям. К тому времени Таможенный союз уже существовал два года в составе трёх стран: Беларуси, России и Казахстана, а Кыргызстан уже два года находился в таможенной изоляции от этих государств. Российская сторона предложила помощь взамен на скорейшее вступление КР в ТС и далее — в ЕАЭС. Также российская сторона предложила вывести Центр транзитных перевозок в аэропорту «Манас», выкупить силами «Газпрома» «Кыргызгаз» вместе с долгами ориентировочно в 42 млн долларов США за один американский доллар. Кыргызстан предложил со своей стороны проект строительства Камбаратинской ГЭС-1, Верхненарынского каскада ГЭС. Через три с половиной года, Кыргызстан оказался в проигрыше. Кто виноват? Наши переговорщики!
В восьмых, все, кто участвовал в подготовке документов и в принятии решений по данным интеграционным проектам должны понести наказание. Это тогдашние чиновники: премьер-министр Жанторо Сатыбалдиев, Жоомарт Оторбаев, министр энергетики Осмонбек Артыкбаев, ныне он восседает в качестве депутата парламента от фракции СДПК, члены правительства, аппарат президента, аппарат правительства, руководители энергокомпаний. В общем, все те участники, которые готовили эти документы и непроходные проекты, подставив тем самым два государства, два народа!

В девятых, власть все время врет, как и с уроном воды в Токтогульском гидроузле, списывая все на природу, как и в кыргызско-российских энергопроектах теперь сделали виноватыми Россию. Завтра окажутся на их месте арабы, китайцы и т.д. Например, инвестиции в миллиарды долларов Россия из бюджета перечисляет Ирану. Не кредит, а бюджетные средства! Переговорщики в Иране максимально защищают национальные и государственные интересы и, в отличие от наших, чётко понимают значимость своей страны в стратегическом партнёрстве с РФ.

В десятых, крупные ГЭС в Кыргызстане сегодня возможно построить только за счёт собственных денег всех участников проектов. Но никак не на кредитные деньги. Проекты весьма дорогие, а кредит нужно возвращать с процентами в установленные сроки. Значит, нужно продавать электроэнергию по очень дорогой цене. Вопрос в том, кто её купит? Ответ: никто! Участниками проекта наряду с нами могут быть та же Россия, Узбекистан, Казахстан, Таджикистан, Туркменистан. Гидротехнические проекты очень важны для стран Центральной Азии для рационального и эффективного использования водно-энергетических ресурсов региона в интересах всех стран.

В связи с сегодняшней неспокойной военно-политической ситуацией в мире сохранение мира и максимальной степени интеграции стран ЦА должно стать целью номер один для лидеров России, Кыргызстана, Узбекистана, Казахстана, Таджикистана, Туркменистана. А совместные интеграционные проекты в гидроэнергетике и других областях экономики, культуры только укрепят наши братские узы и безопасность в регионе. Поэтому не нужно спешить с денонсацией, а следует начать переговоры по новому соглашению финансирования данных ГЭС бюджетными или фондовыми ресурсами участников проектов. Ещё раз подчеркну — только не кредит! Потому что себестоимость электроэнергии на Верхне-Нарынском каскаде, согласно ТЭО, недешевая — 6,6 центов за кВт/ч. Вместе с доставкой населению она обойдется в 5 сом. Тем более, что собственной генерации на сегодня хватает только, чтобы покрыть нужды внутренних потребителей, а на экспорт остается пару миллиардов киловатт час.

Турки строят в Грузии три гидроэлектростанции общей мощностью 223 МВт за 526 млн долларов, а Верхне-Нарынский каскад мощностью 237 МВт оценили в 727 млн долларов. Нормальные люди из железа собаке не строят будку, а эти из морских контейнеров построили так называемый пионерский лагерь ориентировочной стоимостью 37 млн долларов. Зимой в этой зоне температура опускается до — 57 (абсолютный максимум), а летом поднимается до +40 градусов. За 37 млн долларов в Бишкеке можно построить целый микрорайон… Мы не раз выступали, чтобы Счетные палаты РФ и КР в лице Татьяны Голиковой и Эльмиры Ибраимовой провели проверку целесообразности подобных трат. Мы обязаны это требовать, потому что это кредитные деньги, выплата 50% из них ложится на наши с вами плечи.

Кукловоды в очередной раз обвели всех вокруг пальца. «Что за клоуны собрались в Жогорку Кенеше?!» — негодует народ и все яростней критикует главный законодательный орган, который погряз во внутрифракционных скандалах. Сценаристы же этого «мандатного цирка» злорадно потирают руки: опять все шишки на депутатов.

5:1 в пользу РАЖ

Битва за депутатские значки началась сразу после оглашения результатов парламентских выборов-2015. Многие члены партий остались ими недовольны, и стали предъявлять претензии лидерам, дабы те обеспечили их местами в ЖК. Тут-то и пригодились заявления кандидатов, которые те писали еще на заре предвыборки. Оказывается, с каждого желающего влиться в ряды претендентов на депутатские мандаты лидеры партий взяли письменное обещание, дескать, добровольно слагаю с себя полномочия депутата. Первым в ход пустил эти «филькины грамоты» Омурбек Бабанов. Сразу несколько кандидатов он просто выкинул из списка, освобождая места для «весовых».

Не секрет, что предвыборные списки почти всех партий формировались по принципу у кого кошелек увесистей, тот в топе. Но были и те, что стали кандидатами, не заплатив ни копейки. Их набрали дабы выдержать квоты — гендерную, молодежную, по этническим меньшинствам и ЛОВЗ. Вот их то теперь первыми и принуждают освободить места для более платежеспособных.

Девять депутатов тогда оспорили в суде действия лидера «РАЖ» и ЦИК, четверым — Рада Туманбаева, Аида Исмаилова, Курманкул Зулушев, Алиярбек Абжалиев — мандаты вернули. Пятый — Жыргалбек Саматов. Почти три месяца судебных тяжб, три справки (иди разберись, какие из них подлинные, а какие поддельные) ФМС России о наличии российского гражданства и его отсутствии.  С трудом, но бывшему атажуртовцу все же удалось отбить кресло из-под Болотбека Ибраимжанова и занять его.

Обидевшись Бабанов исключил Саматова из фракции. Это, пожалуй, все, на что способен лидер «РАЖ».

Не успели утихнуть страсти вокруг оппозиционной фракции, как в мандатную битву вступил член коалиционного большинства — «Кыргызстан».

-2 в «Кыргызстане»

В некоторых партиях во время предвыборки, говорят, претенденты и вовсе подписывали пустые бумажки. Такие «бланки» позже заполнялись по усмотрению лидеров фракций. Так было и в случае с «Кыргызстаном».

Верховный суд сегодня рассмотрит жалобу Центризбиркома и поставит точку в этом скандале…, если не всплывут новые обстоятельства доселе неизвестные.  На сегодня же известно, что троих членов фракции хотели втихаря вышибить из Жогорку Кенеша. Слабыми звеньями стали Чолпон Эсенаманова, Эльмира Джумалиева и Урмат Ишенбеков. Последний смог отстоять свое право на мандат, в отличие от женщин. Гендерный баланс теперь парламентской фракции блюсти нет надобности, потому и указали двум представительницам прекрасного пола на дверь. Их места заняли мужчины — Алмазбек Токторов и Урматбек Самаев.

Заседание в тот день, 11 января, ЦИК провел без участия претендентов на «вылет». В повестке дня значился только вопрос о добровольном сложении полномочий члена «Ата-Мекена» Жоомарта Сапарбаева. Однако буквально за считанные минуты до начала заседания внесен дополнительный вопрос — лишение мандата членов «Кыргызстан».
«На заседание этот вопрос внесли внезапно. Повестка дня должна быть известна хотя бы за день до заседания. При этом ничто не мешает пригласить на заседание депутатов, которые слагают с себя полномочия, потому что мы уже убедились, что ситуации бывают разными. Но есть и другая точка зрения — мои коллеги считают, что мы не должны вмешиваться во внутрифракционные дела», — так прокомментировала СМИ произошедшее заместитель председателя ЦИК Гульнара Джурабаева.

Эсенаманова и Джумалиева буквально прибежали на заседание уже под занавес, когда решение было принято, устроили скандал, но повлиять на членов Центризбиркома не смогли. На вопрос журналистов, почему они не явились на обсуждение, теперь уже экс-парламентарии ответили, что не знали о намечающейся своей отставке.

Из кулуарных бесед с депутатами стали известны некоторые подробности произошедшего. Выяснилось, что 11 января Эсенаманову к себе пригласил лидер фракции Канатбек Исаев под предлогом попить чаю. Во время беседы главный «кыргызстанец» сказал, что ему надо отлучиться на 15 минут и вышел. Через некоторое время Чолпон Эсенамановой позвонили из ЦИК и сообщили, что в настоящее время рассматривается вопрос о лишении ее мандата. Депутат пулей полетела в Центризбирком, но не успела. У входа столкнулась с Исаевым, но тот не захотел даже разговаривать со своей однопартийкой и объяснить свой, откровенно говоря, не-мужской поступок. «С лидером партии мне поговорить не удается, он избегает меня, на звонки не отвечает», — говорит Чолпон Эсенаманова и недоумевает, на каком основании ее лишили мандата. Уверяет, что никаких заявлений не писала. Она обратилась в суд и первую инстанцию уже выиграла. Слово за Верховным судом.

С такими друзьями и враги не нужны

Если увольнение Эсенамановой еще как-то можно оправдать молодостью и неопытностью, то лишение мандата Эльмиры Джумалиевой и вовсе вызывает множество вопросов. Когда в прошлом созыве парламента развалилась фракция «Республика», из нее ушли Бакыт Торобаев (нынешний лидер фракции «Онугуу-Прогресс»), Алтынбек Сулайманов (сейчас главный в «Бир Боле») и Канатбек Исаев. Последний, помнится, впал в немилость к главному республиканцу и покинул ряды партии, прихватив с собой верных товарищей, в том числе Джумалиеву, которая всячески поддерживала его и не только морально. Объединившись, они создали депутатскую группу «Ынтымак». Но «дружба», как это обычно бывает в политике, продлилась недолго. В преддверие выборов начался бизнес.

При распределении мест в списке кандидатов Джумалиевой досталось «проходное» 12-е место тоже, очевидно, не по большой дружбе, а на определенных условиях. Когда же пришел срок их исполнять, она, видимо, заартачилась. За это и поплатилась мандатом. Как говорится, ничего личного, только бизнес.

Тихий омут «Ата Мекена»

К слову, мандатный скандал не обошел стороной и фракцию «Ата Мекен». Но то ли опыт лидера, то ли отвлеченность на другие политобъединения, но отставка Жоомарта Сапарбаева прошла без лишнего шума. Коллеги молодого экс-депутата отмечают, что он давно хотел покинуть их ряды. А сейчас как раз подвернулся случай, нашелся желающий занять его место.

По другой версии, Сапарбаева «ушли». И сделали бы это раньше, мол, была договоренность, что он сдаст мандат сразу после выборов или на стадии предвыборки вместе с тезкой — Джоомартом Оторбаевым. Тот вроде бы поначалу согласился, а после передумал. Как лидер «Ата Мекен» смог его уговорить, — неизвестно. Уж в умении убедить оппонента Омурбеку Текебаеву опыта не занимать.

Дамоклов меч

Сейчас же в стенах главного законодательного органа царит смятение. Молодежь опасается, что их могут лишить мандатов по примеру коллег без уведомления и объяснения причин. Впрочем, более зрелые политики тоже не застрахованы и могут быть запросто выкинуты за борт.

Битвы за мандаты еще предстоят. На очереди «Бир Бол», который также может лишиться двух депутатов-женщин.

Если верить источникам в Белом доме лидеры фракций уже между собой решают, кем заменят вице-спикера Бакыт Есенбаеву, которая стоит первой в списке на вылет. О том, что бывший директор ОсОО «Токмакский авторемонтный завод №2» покинет ряды фракции, говорили и ранее. Вместе с ней уходить собиралась и экс-телеведущая Лунара Мамытова. Но тогда в «Бир Боле» эту информацию опровергли. Подтвердятся ли на этот раз сведения?
Как бы то ни было, мандатные скандалы отвлекают внимание общественности и СМИ от более насущных проблем. А их в КР достаточно. Неизбежно на страну надвигается кризис во всех отраслях. Заморозились крупнейшие энергетические проекты: вот-вот будут денонсированы соглашения о строительстве Верхненарынского каскада ГЭС и Камбар-Аты. Россия, ранее обещавшая вложить деньги в их строительство и запуск, отказалась. Правительство КР в спешке ищет другого инвестора.

Растет в цене доллар, обесценивается национальная валюта. Стремительно растут цены на ввозимые товары, в то время как местные производители несут колоссальные убытки от того, что не могут экспортировать свою продукцию в страны ЕАЭС.

К тому же, в 2016 году на граждан навесили тяжелую ношу под названием «страховка». С февраля в стране начнется кампания по обязательному страхованию автогражданской ответственности и жилья, а это, как минимум, 4-5 тысяч сомов с каждого кыргызстанца.
Но эти промахи правительства и президента кукловоды усиленно вуалируют при помощи ручного парламента, педалирующего тему отъема мандатов.

Махинур НИЯЗОВА.

О том, что имидж — ничто, в Кыргызстане давно уже знают не понаслышке. И подтверждений тому вдоволь — и перевороты, и сбежавшие президенты, и интрижка с «Кумтором», из-за которой страна уже потеряла порядка 350 млн долларов. То у нас «Зима не будет», зато будет «биоробот Путин», то ослиное мясо, то Кыргызстан — страна Санта-Клауса, то конкурент Олимпийским играм.

Заграница также подливает масла в огонь. Джон Керри придумывает новую страну — Кырзакстан. Газета «Нью-Йорк Таймс» пишет Кырзбекистан, который быстро преобразовали в игру-симуляцию на сайте National States. Мол: «Кырзбекистан — это молодая, безопасная страна, которая известна своими высокими налогами. Сострадательному народу Кырзбекистана — их около 5 миллионов кырзбекистанцев — запрещено почти все, кроме участия в выборах, на которых они голосуют робко и консервативно». Вроде игра, вроде мы ни при чем, а у вас от такого описания нет осадка на чувстве собственного
достоинства?

Вот и начало нынешнего года прошло в лучших кыргызстанских традициях. Сначала разразился чучук-гейт. Затем крим-история с цыганами-трансплантологами. Еще была анти-рекламная статейка о наших дорогах «Зачем ехать в Киргизию», в которой «воспеты»: «налет «совка» аэропорта «Манас», ларьки, которые были в Москве в дособянинский период, повсеместное незнание правил дорожного движения, отсутствие в Бишкеке приличных машин, инфраструктура в целом по стране на уровне каменного века» и т.д. И во всех случаях нас показывают, мягко говоря, не в самом привлекательном свете.
История британского сварщика, который неучтиво сравнил чучук с «конским пенисом» «порадовала» весь мир сразу после новогодних праздников. Как сварщика хотела растерзать толпа рабочих «Кумтора», как он пролежал четыре часа в реанимобиле, как его пытались вывезти с рудника. Была погоня с засадой, плакаты «Разыскивается» (завидная оперативность), извинения британца перед видеокамерой и депортация из страны. Причем, если бы не последовавшая за его публикацией реакция Кыргызстана, так и остался бы британец малоизвестным парнем с одной из миллионов страничек на Facebook. Теперь же ему предлагают даже фильм снять по его истории.

Конечно, весь мир узнал о чучуке (так часто в Google это слово не запрашивали последние 12 лет), но, может быть, стоило по другому разрекламировать свое национальное блюдо? Например, «бренд Японии» специально разрабатывал Штаб стратегии интеллектуальной собственности правительства. В его основу легли блюда японской национальной кухни. Судя по увеличивающимся ресторанам суши по всему миру, в том числе и в Кыргызстане, можно сделать вывод об успешности стратегии.

Вторая история неполного месяца нового года касается якобы попытки цыган продать двоих детей на органы. Поскольку дети оказались гражданами России, история получила международное звучание. Не в пример тому, как историй о несчастных детях Кыргызстана хватает максимум на несколько минут «аханий» в социальных сетях.

Здесь сюжет еще интереснее. Двое детей — Аня 14-ти и Тимофей пяти лет остаются без матери (причину смерти ведущей асоциальный образ жизни женщины еще предстоит установить милиции). Зато в наличии имеются старший брат, проживающий в Кыргызстане, и две бабушки в Германии и в России.

После смерти матери старшая девочка забрала младшего брата и ушла от отчима жить к знакомой своей матери, чья дочь, в свою очередь, являлась классным руководителей девочки. Дедушка и бабушка в Грозном, которым сообщили о детях-сиротах, от них отказались. А вот родственница из Германии долгое время поддерживала деньгами и подарками. Поскольку у детей российское гражданство, то, согласно законодательству Кыргызской Республики, в известность были поставлены российские дипломаты. Детям, у которых не оказалось свидетельств о рождении, выдали документы и с согласия проживающих в Бишкеке родственников, которые присутствовали при передаче детей российскому консулу, отправили в Новосибирск. За что министерство труда и социального развития нашей республики получило письмо с благодарностью за проделанную работу лично от посла России в Кыргызстане.

А вот по прилету детей в Новосибирск в этой истории появились цыганские банды, которые хотели продать детей на органы и от которых детей храбро отбивали российские дипломаты. «За детьми шла настоящая охота, отбить их удалось только с помощью полиции и дипломатов», — такую информацию размещает министерство здравоохранения Новосибирской области у себя на сайте. Историю берет под свой контроль Омбудсмен Павел Астахов: «Вообще, история очень страшная. Часто рассказывают всякие сказки, слухи, что детей куда-то продают “на органы”, а это конкретная ситуация, когда они в одном шаге были от того, чтобы случилось непоправимое».

Вот такой черный пиар из ничего. Единственное лицо цыганской национальности, фигурирующее в деле, это мальчик, с которым девочка Аня дружила в школе. И дружбу с которым не одобряла ее мать, пытавшаяся отношения прекратить. А в результате за Кыргызстаном прочно вот уже вторую неделю закрепляется новый имидж страны, где детей продают на органы. Конечно, наши ведомства сработали хорошо, но информационная война проиграна в очередной раз. Счет с начала года 3:0 не в нашу пользу.

В очередной раз можно убедиться в том, что за почти 25 лет независимости наша страна, к сожалению, так и не научилась отстаивать собственное имя. И более — позиционировать свою привлекательность. А ведь продвижение собственного бренда — задача номер один в современном мире.

О том, что страны могут быть приравнены к брендам и торговым маркам, заговорили лет 12-14 назад. И сегодня в подсознании каждого есть образы: Испания — это фламенко и архитектура Гауди, Италия — винокурни и кухня, Швейцария — высокое качество, часы, шоколад, Австрия — музыка, Франция — гастрономия, Россия — природные ресурсы, балет, живопись и так далее. И это не просто красивые слова.

Согласно глобальному исследованию национальных брендов, в 2015, как, впрочем, и в предыдущие годы, первое место заняли США. Стоимость их бренда в данное время превышает 19,7 трлн долларов, на втором месте находится Китай со стоимостью в 6,31 триллион долларов. В пятерку самых дорогих брендов входят также Германия (4,17 трлн долл.), Великобритания (3,01 трлн долл.) и Япония (2,54 трлн долл.).

Россия в прошлом году опустилась на 18-е место со своими 810 миллиардами (против 1,18 трлн долл. в 2014 году). Из стран Центральной Азии в данный рейтинг попал только Казахстан — 45-е место, чей бред стоит 145 миллиардов долларов. Некогда бывшая в нем Украина стремительно скатилась на 53-е место: с 80 до 44 млрд долларов. Из стран СНГ в рейтинг вошли еще Азербайджан с 41 млрд долларов и Грузия с 12 млрд долларов. Последняя, по мнению многих экспертов, стремительно набирает обороты по продвижению собственного бренда. Чего стоит только возрождение «Боржоми» — пятьдесят миллионов долларов и десять лет работы. Или то, как активно рекламируется отдых в Грузии.
Также интересным моментом 2015 года стало то, что после снятия санкций взлетел Иран — его национальный бренд эксперты оценили почти в 160 млрд долларов. Еще в прошлом году значительно выросли в цене бренды Камеруна, Танзании, Кении и Замбии.

Так что стоит за этой оценкой? Безусловно, инвестиционная притягательность, инвестиционный климат, компании со своими всемирно известными брендами. В США это Apple, Coca-Cola, Disney, McDonald’s, Nike, Starbucks и др. Также исследователи изучают глобальное общественное мнение на предмет известности миру — какие ассоциации возникают при упоминании названия страны, какие ценности транслирует страна миру, изучают качество жизни самих граждан. Учитывается имидж экспортируемых продуктов и услуг, культурное наследие, привлекательные места для посещения, гостеприимство и дружелюбие местных жителей. И эти позиции продвигаются в рекламе государства.
Как, например, в рекламном ролике под названием «Я ненавижу Таиланд», который показывает, что доброта населения и слаженность госсистемы помогли обворованному парню выжить в этой стране. А лучшим примером успешного бренда может служить Нью-Йорк, который почти 40 лет позиционирует себя скромным, казалось бы, логотипом I love NY. Однако этот бренд из трех букв знают во всем мире.

«Общественное мнение о стране является одной из важных составляющих национальной гордости. Имидж страны, в которой мы живем, не может существовать отдельно от нашей самоидентификации и нашей самооценки», — говорит профессор департамента городского и регионального планирования Университета Калифорнии Роберт Кеверо.

А вот Саймон Анхольт, разработавший систему индексирования рейтинга стран, считает, что люди уважают только те страны, которые уважают себя сами. А уважать себя, означает еще и не позволять очернять, оскорблять, возводить поклеп. И с этих позиций необходимо начинать продвижение страны в мире. Особенно, если делать ставку в своем развитии на туризм.
Но пока нас нет в рейтингах национальных брендов, да и реальной стратегии рекламирования себя, своей природы, своей культуры, своей национальной кухни. Огромное количество разрабатываемых в разные годы эмблем и слоганов не выходят за пределы нашей страны. Да и, если честно, помнят их сами авторы да организаторы конкурсов. Если спросить сегодня любого кыргызстанца, назвать символ нашей страны, то из утвержденных вряд ли что вспомнит. А ведь нам есть что позиционировать — Иссык-Куль, горы, национальное гостеприимство, тот же чучук. Главное, себя достойно преподнести, а не на волне скандалов, сплетен или насмешек.

Жеӊишбек кызы Дениза.

Не прошло и полугода после вступления Кыргызстана в Евразийский экономический союз, как премьер-министр Темир Сариев заявил на прошлой неделе, что кыргызстанцам “надо затянуть пояса, так как Россию ожидает кризис”. Своими словами премьер-министр подвел итог дискуссиям о целесообразности присоединения нашей страны к ЕАЭС: оказалось, мы сделали это для того, чтобы крепко затянуть пояса.

Россия действительно вошла в начальную стадию глубочайшей экономической катастрофы. Российский валовой внутренний продукт сократился за прошлый год в два раза, объем оттока капитала из страны за последние два года составил свыше 220 миллиардов долларов, пенсионные накопления конфискованы государством, резервный фонд скоро будет исчерпан, резко вырос уровень бедности.

Российские экономические проблемы похоронили надежды кыргызстанцев на получение выгод от евразийской интеграции. Власти обещали нам лучшие условия для трудовых мигрантов, рост экспорта в ЕАЭС и российские инвестиции.

Однако в реальности поступления от мигрантов сократились на 30%, экспорт упал на 20%, а российские инвестиции так и остались на бумаге.

“Без ЕАЭС было бы еще хуже”, говорят нам сторонники путинского евразийского проекта. Это ложь. Без ЕАЭС, по крайней мере, не выросли бы цены на импортные товары народного потребления и не пострадали бы наши производители. То, что без ЕАЭС было бы только лучше, убедительно доказывают наши соседи — Узбекистан и Таджикистан, показавшие в прошлом году более высокие темпы роста, чем Кыргызстан. “Проблемы ЕАЭС связаны с неблагоприятной экономической ситуацией в мире”, — говорят нам пропутинцы. Это тоже ложь. Кризис существует только в ЕАЭС. В Америке, Европе, Азии и Африке экономический рост имеет место, несмотря ни на какие сложности.

Можно ли было предвидеть, что путинский евразийский проект закончится таким фиаско? Конечно, можно было. Кыргызстан вошел в ЕАЭС, когда уже был оккупирован Крым, когда Запад уже наложил свои санкции, когда уже обрушилась цена на нефть и обвалился рубль. Все вменяемые эксперты, как отечественные, так и международные, предупреждали руководство Кыргызстана о том, что присоединение к мертворожденному политическому проекту по восстановлению СССР лишено экономической целесообразности.

Но наши власти посчитали иначе, и теперь народ Кыргызстана расхлебывает последствия их близорукой политики. Нужно отчетливо понимать, что экономическая болезнь России будет длиться не год, и не два, и не пять лет, а пока не сменится существующий российский политический режим, пока эта страна не встанет на путь мирного развития, основанного на демократии, правах человека и свободной рыночной экономике. Пока этого не случится, Россия будет по-прежнему зависеть от цены на нефть (вполне возможно, опустившейся на долгое время) и изнемогать под грузом коррупции, неэффективных государственных корпораций, демографических проблем и социальных противоречий. Российские проблемы тяжелым камнем повиснут на шее у Кыргызстана.

Да, и вне ЕАЭС Кыргызстан испытывал бы сейчас экономические сложности. В этом-то и заключается главная экономическая проблема нашей страны. Она в том, что за 25 лет суверенитета Кыргызстан так и не смог преодолеть своей чрезмерной зависимости от бесперспективной сырьевой экономики России. Если Кыргызстан меньше зависел бы от России, мы меньше страдали бы от ее проблем.

Поэтому стратегической задачей Кыргызстана является диверсификация нашей экономики, ослабление ее зависимости от России, углубление экономического партнерства с другими странами. Наши же власти поступили ровно наоборот.

Слова премьер-министра о “затягивании поясов” прозвучали крайне тревожно для миллионов граждан нашей страны, еле сводящих концы с концами.

Надеюсь, что Кыргызстан избежит третьей революции, но руководящие сейчас государством лидеры должны заплатить политическую цену за свою провальную политику. Стратегическая программа интеграции с путинской Россией не оправдалась. Все, кто продвигал эту программу в Кыргызстане, должны считаться политическими банкротами.

Данияр Айтман.

Во второй инстанции стартовал процесс по уголовному делу в отношении бывшего спикера парламента Ахматбека Келдибекова. Коллегия Бишкекского горсуда под председательством Ирины Воронцовой начала рассмотрение двух жалоб. Апелляцию подали обе стороны – и прокуратура, и обвиняемый.

На первом же заседании суда коллегия опросила около 10 свидетелей, заседание длилось почти восемь часов. Похоже, власти торопятся осудить неугодного политика. Или скорость нужна дабы к весне исключить еще один повод для критики со стороны оппозиции?

Напомним, в ноябре 2015 года Первомайский районный суд признал экс-депутата виновным в незаконном учреждении спецпредставительства Жогорку Кенеша в Москве и приговорил к штрафу в 3 миллиона сомов. Келдибеков считает, что вина его в суде не доказана, потому, не согласившись с приговором, он обжаловал его.

Гособвинение же посчитало вердикт суда слишком мягким. Ведь изначально прокуратура просила 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Бывшему спикеру вменялись тяжкие статьи, в том числе 303-я – «Коррупция» УК КР, которая предусматривает до 20 лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности до трех лет.
Однако одного только желания властей посадить Келдибекова оказалось мало. Опытные адвокаты и неопровержимые доказательства невиновности сделали свое дело. Судье Абдразаку Боромбаеву ничего не оставалось, как оправдать экс-депутата. К тому же, по двум эпизодам суд был вынужден производство прекратить за истечением сроков давности и из-за недоказанности. Но служитель Фемиды нашел повод и зацепился за третий эпизод – по спецпредставительству. Несмотря на выступления в суде действующих и бывших депутатов о том, что это было коллективное решение, за которое проголосовали 80 народных избранников. Такие показания дали 60 (!) парламентариев из разных фракций. Это, правда, не помешало суду первой инстанции принять незаконное и необоснованное, по мнению самого подсудимого, решение.

Во второй инстанции свидетелям приходится вновь подтверждать свои показания. Ничего за прошедшие два месяца не изменилось. Они также тверды в своей позиции, что дело шито белыми нитками и ничего незаконного в действиях тогдашнего Торага нет.
«Я не ставлю под сомнение законность открытия спецпредставительства», — заявил накануне в суде депутат ЖК Анвар Артыков. Опытный юрист подчеркнул, что любое, принятое парламентом решение, законное.

Его поддержал и бывший парламентарий Исмаил Исаков. Он напомнил, что тогда профильные комитеты еще не были сформированы и, в соответствии с регламентом, решено было голосовать поднятием руки. «На заседании присутствовала и представитель президента Аида Салянова. Она сидела молча, а, значит, поддерживала инициативу», — отметил экс-депутат.

Исаков призвал не забывать в каких теплых отношениях мы состоим с Россией. А открытие спецпредставительства нужно было в первую очередь нашим мигрантам – кыргызстанцам, вынужденно покинувшим родину в поисках заработка.
Опросили в суде и нынешнего депутата, члена фракции «Бир Бол» Акылбека Жапарова. В декабре 2010 года, на момент принятия решения об открытии спецпредставительства, он был председателем комитета по бюджету. Этот вопрос его касался напрямую, о чем парламентарий и сообщил суду. «Я проголосовал «за» и каких-либо нарушений не видел. В то время никаких возражений правительства, администрации президента, Минфина, МИД и Счетной палаты тоже не было», — подчеркнул Жапаров. Отчего теперь возникли претензии и возражения? Политическая ситуация того требует?

Депутат отметил, что правительство тогда имело право внести протест, но не сделало этого. Подтвердил согласие кабмина и экс-парламентарий Омурбек Абдрахманов. «Проект документа об открытии спецпредставительства был принят не только депутатами и спикером, но и изучен правительством, подписан президентом. Если прокуратура считает, что проект незаконным, то должны привлечь и других высокопоставленных лиц», — заявил бывший депутат.

Представитель же МИДа Данияр Саякбаев заявил, что внешнеполитическое ведомство выступало против открытия спецпредставительства, поскольку это противоречит международному праву. Но слова чиновника тут же опровергли другие свидетели. «Постановление парламента перед разработкой изучается и утверждается правительством, в том числе МИД. Вопросы увеличения бюджета и финансирования проектов обязательно закрепляются разрешением кабинета министров. Я не слышал, чтобы кто-нибудь со стороны властей не был согласен с постановлением проекта по открытию спецпредставительства», — сказал в суде бывший депутат Равшан Жээнбеков.

По ходу дела решили допросить и осужденного депутата Хаджимурата Коркмазова. Он также подтвердил, что «спецпредставительство было очень нужно». «У нас очень много трудовых мигрантов в Москве. Им очень нужно представительство. Я бы согласился сам там работать, но заболел и уехал на лечение», — сказал экс-нардеп. Однако его показания гособвинитель поставил под сомнение, мол, в суде первой инстанции он давал совершенно иное мнение. Свидетель пояснил, что на момент принятия этого решения был кандидатом в депутаты по списку партии «Ата-Журт» и ожидал присяги. «Я находился в стенах парламента и отслеживал все пленарные заседания и обсуждаемые там вопросы», — уточнил Коркмазов.
Сегодня процесс продолжится и вновь галопом по Европе: планируется допросить еще около 10 свидетелей. Что нового пытаются накопать на Ахматбека Келдибекова власти? Ответ лежит наповерхности.

Махинур НИЯЗОВА.

Продолжение, начало в № 1-28 за 2015 год, №1 за 2016 год.

5. Бегство повстанцев в Китай.

Первыми, кто бежал в Китай после оглашения высочайшего повеления, были дунгане или китайские мусульмане. Дунгане в Российской Центральной Азии были расселены большей частью в Семиречье, их крупнейшие поселения находились недалеко от городов Каракол, Верный (Алма-Ата) и Пишпек (ныне Фрунзе). Так называемый «опиумный долг» был особым поводом для недовольства как среди дунган, так и уйгуров. Хотя опиум выращивался этими народами еще до войны в Джаркентском, Пржевальском и Пишпекском уездах и представлял собой товарную культуру, он составлял лишь малую часть выращиваемых ими культур.
Однако во время войны, ввиду необходимости этого препарата для фронта, царское правительство принудило их культивировать исключительно мак и покупало по очень низким ценам; закупами урожая занималось казначейство, какие-либо другие продажи были строго запрещены, любые нарушения преследовались местной администрацией и специально созданными полевыми судами. Состоятельным дунганам удавалось, однако, вести контрабандную торговлю с западным Китаем. Незаконный поток опиума в Синьцзян создавал проблему для китайских властей не только во время царского режима, но также и во время большевистской революции.

Впервые дунгане перешли границу в середине июля в направлении Аксу и Кульджа. Это были люди (от 70 до 80 человек) подлежавшие призыву. Дунганам помог в этом тот факт, что во время их сорокалетнего пребывания в России они поддерживали торговые и родственные отношения с основными общинами дунган в Синьцзяне, и, таким образом, они могли бы воспользоваться этими отношениями, чтобы скрыться от следствия и преследований. Это важно, поскольку у русских были сильные юридические позиции, и они могли в противном случае истребовать возвращения этих беженцев.

Принцип того, что беженцы, перешедшие границу (китайской или российской стороны) должны быть возвращены другой стороне, был выражен с нарастающей силой в ряде договоров между Россией и Китаем, начиная с Нерчинского договора 1689 года. Позиция России, однако, была сильна не только де-юре, но и де-факто. До революции русские сильно утвердились в Кашгаре. Российский генеральный консул, как правило, был дипломатом высокого ранга в сопровождении ста казаков и с очень значительной свитой. Благодаря чему и ввиду относительной близости от Закаспийских центров русской культуры, царское Генеральное консульство имело перевес в Кашгарском обществе.

Второй поток дунган, перешедших границу, был из Пржевальского уезда, где они восстали вместе с киргизами против русских. Их главный центр, Мариинск, был, однако, сожжен 13 августа русскими войсками, и они были первыми, кто сложил оружие и бежали. Согласно одному отчету, дунгане приняли участие в восстании для того, чтобы воспользоваться суматохой и забрать опиум в Китай. Не вызывает сомнений то, что группы китайских торговцев собрались в Мариинске на момент сбора урожая опийного мака, когда вспыхнуло восстание. Интересно отметить, что дунгане за пределами Пржевальского уезда не только не принимали участия в восстании на стороне киргизов, но даже принимали участие в их подавлении на стороне русских.

Дунгане из этой второй волны впервые появляются в городе Учь-Турфан Синьцзяня 15-16 августа и насчитывают лишь несколько человек. Вскоре их число доходит до нескольких тысяч человек в день. Большинство из них были китайскими подданными, занимавшимися торговлей и были разнорабочими на российской территории. Генеральный консул России в Кашгаре вскоре направил в Учь-Турфан драгомана консульства, Г.Ф. Стефановича, в целях принятия им эффективных мер против этого массового бегства. Однако изначально, последний мало что мог сделать, поскольку китайцы не могли ни задержать тех, кто пересекал границу, ни выдворить их обратно.

Наплыв дунган в большом количестве был совершенно неожиданным для китайцев и к моменту появления беженцев в Учь-Турфане там находилось только 60-70 солдат. Самое большее, что можно было бы сделать, это держать беженцев за пределами самого города и обеспечить их едой и провизией, так, чтобы они, вымотанные суровостью дороги, не создавали проблем.

Беженцы киргизы впервые появляются на китайской территории в малом количестве в первые дни сентября. К концу сентября наблюдается массовое бегство из российской территории с началом подавления восставших расширенными российскими войсками. Миграция продолжалась до первой половины ноября. Следовали по двум маршрутам: (1) из части Нарынского подножия через Аксайскую долину по перевалам Торугарт и Келтебук в верховьях реки Кокшал и (2) к югу от Пржевальска через перевалы Бедел и Кайче в оазисы Учь-Турфан и Аксу.

Для многочисленных групп первый маршрут был неосуществим. Труднопроходимые горы, отсутствие пастбищ, представляли постоянную угрозу. Лишь тем из двух ближайших волостей киргизам довелось мигрировать на юг из Нарына. По второму маршруту следовали массы повстанцев. Вплоть до границы должны были быть хорошие пастбища и граница на тот момент была трудноохраняема.

Беженцы из Нарынского участка шли по первому маршруту и это были люди с самого начала малопричастные к восстанию. Их бегство было вызвано опасением пострадать от своих же соплеменников — восставших, которые либо принудили бы их присоединиться к ним, либо ограбили бы их стада. В данном случае восторжествовала добродетель, и вскоре их уговорили вернуться в Россию вместе с почти невредимыми своими стадами.

Совсем иначе сложилась судьба беженцев из Пржевальского и Пишпекского уездов, большинство из которых принимали активное участие в восстании. Они последовали по второму маршруту в Учь-Турфан и Аксу и насчитывали от 100 000 до 120 000 человек. Преследуемые российскими войсками и нагруженные вещами, они сталкиваются с труднопроходимыми перевалами, неся огромные потери в виде многочисленных стад, которые они пытались провести с собой. Вдоль одного только перевала Бедель погибло более 10 000 голов крупного рогатого скота и лошадей. Исходя из оценок одного русского чиновника в Синьцзяне по имевшимся в его распоряжении различных источников информации беженцы из Пржевальского и Пишпекского уездов во время бегства с середины сентября до начала ноября потеряли почти весь российский скот, что они везли с собой. Его показатели: крупного рогатого скота не осталось ни одного; лошадей осталось 10 процентов; из овец выжила четвертая часть; из верблюдов — около половины. Но на том несчастья беженцев только начинались.

Первый период (с начала восстания в начале августа и до последних дней сентября) отношений между китайскими властями и российскими чиновниками расценивался последними, как хороший. Китайское правительство в Синьцзяне было сильно встревожено потоком дунган и других лиц. Были свежи еще воспоминания о восстании дунган в 1870-х годах против китайцев и, кроме того, китайцы отмечали, что большинство последующих проблем в Синьцзяне создавали мигранты из бывшего Кокандского ханства. Даоинь Ма, в то время влиятельнейший человек в Кашгарской области, в полной мере сотрудничал с российскими властями после того, как российский генеральный консул указал на необходимость противодействовать против этого потока беженцев. Из Аксу, Яркенда, Кашгара в Учь-Турфан были направлены войска, которые были увеличены до 300-400 кавалерии и пехоты. Даоинь Аксуйской провинции Чжу Жуй-чи был направлен в Учь-Турфан, где он пребывал в течение трех месяцев, пока не прекратился поток беженцев в китайскую территорию. Стефанович уже пребывал в Учь-Турфане некоторое время, прибыв туда в июле, до того как начались беспорядки. Он убедил даоиня не вступать в какие-либо отношения с уполномоченными представителями повстанцев. Даоинь выставил охранников вдоль всей границы, не позволяя беженцам пересечь ее, и в то же время оповестил всех, что повстанцам не будет разрешено пересекать границу, и что их ходатайства о китайском подданстве не будут рассматриваться. Полученные им прошения беженцев он вручил Стефановичу, который принял меры к тому, чтобы убедить беженцев вернуться в Россию.
Как ни странно, Стефановичу в его усилиях по репатриации беженцев больше всего препятствовали действия российских властей и самих войск в Семиречье. Цитата из отчета российского генерального консула: «… но меры последнего [Стефановича], чтобы вернуть киргизов обратно в Россию, несмотря на желание для этого со стороны киргизов, не достигают своей цели. К тому времени в Пржевальском уезде собралась значительная масса различных войск, и они так энергично преследовали повстанцев, что часто они не отличают их от мирных жителей».

(Продолжение следует).