До окончания срока Атамбаева
осталось

Общество

Более 100 человек вышли вчера на митинг за доступное жильё с лозунгом «Мне нужен дом». Участники акции разошлись после того, как милиция заявила, что митинг несанкционированный и задержала его организаторов.

Около 10 тысяч человек объединились в коалицию жилищно-строительных кооперативов и договорились с китайскими инвесторами, которые готовы построить многоэтажный дом.
Однако информагентство «Заноза» утверждает, что коалиция не сотрудничает с китайскими инвесторами. По информации издания, организатор митинга и учредитель коалиции Нурлан Асанов ранее обвинялся в мошенничестве.

Каждый месяц участники коалиции собирают членские взносы и тратят их на  представительские расходы и проведение подобных акций. Свой дом хочет каждый гражданин страны. В прошлом году правительство запустило программу «Доступное жилье». Но достаться оно может только работникам бюджетных учреждений: врачей, учителей и соцработников.

Соб.инф.

По итогам первого полугодия Национальный статистический комитет зафиксировал в Кыргызстане рост бедности. По сравнению с прошлым годом число живущих за чертой бедности увеличилось на 1,5%.  Наметившуюся было тенденцию к снижению бедного населения эксперты (37% в 2013 году, потом 30,6% в 2014-м) связывают со вступлением в Таможенный союз. К примеру, только во втором квартале 18,2% руководителей предприятий (по сути, каждый пятый) были вынуждены сократить число работников из-за финансовых затруднений. Еще 16,6% — уменьшили объемы производства. Главной причиной называют недостаточный спрос на продукцию внутри страны и неплатежеспособность населения.

Сказывается на ситуации и снижение роста мировой экономики в целом. К примеру, на текущий год прогноз Всемирного банка показывает не более 2,4% роста в развитых странах, а для развивающихся планку вообще снизили до 0,4%. Нашей республике прогнозируют снижение роста ВВП до 3,4% в текущем году и до 3,1% в следующем. Подъем можно ждать только в 2018 году.

Но помимо глобальных проблем у бедности в Кыргызстане есть причина и куда более прозаическая. Как это ни парадоксально звучит, но в стране никто официально не борется с бедностью. Ни у одного государственного органа нет четко закрепленной функции и координирующей роли в сфере преодоления, а самое главное, профилактики бедности.
Нет-нет, национальные программы по борьбе с этим недугом у нас принимали. Например, в 1998 году утвердили семилетнюю программу «Аракет». Примечательно, что данной программе предшествовали экономически успешные годы. Один только 1997-й чего стоил, когда валовый внутренний продукт в промышленности вырос на 87%. А вот на населении экономические достижения никак не отразились. В то же время экономического подъема 60% остались жить в бедности, а 20% в нищете.

Такой же эффект можно было наблюдать и от Комплексной основы развития, первым этапом которой стала Национальная стратегия сокращения бедности на 2003-2005 годы. Когда, например, в Баткенской области снижение бедности до 41,2% в 2001 году обернулось в 2004 году 77,8%.
То есть, о том, что снижать бедность необходимо, указано во всех национальных документах. И задействованы, вроде как, все органы власти. Вот только у семи нянек дитя всегда без глазу. А без персональной ответственности государственный воз никогда с места не двигается.
На сегодняшний день единственным функциональным механизмом поддержки нуждающихся остаются государственные пособия, которые выдает министерство труда и социального развития. Причем, по малообеспеченности помощь оказывается только детям. За двадцать лет количество получателей смогли сократить с 1 млн. детей до 287,8 тысяч. Только за последние три года из состояния малообеспеченности выведено более 74 тысяч детей. И все-таки каждый восьмой ребенок в стране живет в бедности.

А по данным  ЮНИСЕФ, в Кыргызстане масштабы детской бедности куда как значительнее. В новом докладе Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) “Положение детей в мире, 2016 год: справедливые возможности для каждого ребенка”, указывается цифра в 46% или более миллиона детей! 21 ребенок из тысячи умирает, не достигнув пяти лет. По этому показателю мы находимся на 89 месте в мире из 193 стран. 13% маленьких кыргызстанцев страдает от хронического недоедания.

При этом речь не идет о полном отсутствии питания или социальной защиты. Современное понятие «бедность» – понятие многогранное, оно включает доступ к доходам, трудоустройство, образование, здравоохранение, чистую питьевую воду, полноценные продукты питания, развитую инфраструктуру на местном уровне и т.д.

Именно поэтому новый проект правительства Кыргызской Республики и Всемирной продовольственной программы по преодолению бедности направлен на улучшение местной инфраструктуры и внедрение сети доходоприносящих проектов.

Рассчитанный на два года проект «Продукты в обмен на труд» начался в 2014 году. Его стоимость составила 16,9 млн. долларов, а главным спонсором выступила Россия. По проекту 44 тысячи малоимущих семей или 220 тысяч человек получали продукты (муку и растительное масло) в обмен на общественно полезную деятельность или обучение.

«Мы просили малообеспеченные семьи сделать общественно-значимую работу – заложить сады, почистить каналы, восстановить дорогу или мост. Работу определяли сами местные сообщества. Всего было реализовано 490 проектов в 27 айыльных округах. Это порядка 170 сел. Например, в Таласской области малоимущим выделяли земельные участки на территории лесхозов и айыльных округов, давали саженцы фруктовых деревьев, обучали. Люди заложили сады, урожай будет принадлежать им, земля на первые 5-10 лет предоставляется безвозмездно. А пока ждут фруктовый урожай, между деревьями можно выращивать картофель и другие овощи. Это уже дополнительный доход. И таким агролесным работам тоже обучали. В результате малоимущие семьи получили источник стабильного дохода – собственные сады и огороды, и, что важно подчеркнуть, знания», — рассказал министр труда и социального развития Кудайберген Базарбаев.
Итоги проекта оказались действительно впечатляющими. Было восстановлено 572 км ирригационных сетей, благодаря чему в эксплуатацию введено более 47,3 тыс. гектаров сельскохозяйственных угодий. Установлено около 3000 габионов для укрепления берегов рек и защиты домов и угодий от наводнений. Были организованы кулинарные и кондитерские курсы, курсы для парикмахеров, электриков и сварщиков, а также курсы кройки и шитья и по сборке мебели. 1 300 человек смогли получить новую профессию. В результате каждый третий участник проекта смог либо открыть свой бизнес, либо устроиться на работу.

Усон Бакиров вместе с женой и пятью детьми живет в селе Кашкалдак Ноокатского района. Несмотря на то, что двое старших уехали на заработки в Россию, особо дохода в семье нет. Единственным «кормильцем» долгие годы является небольшой земельный надел, на котором семья выращивает, как и остальные сельчане, «традиционные» картошку и кукурузу.

Ситуация изменилась, после того как Зулпуевский айыльный аймак вошел в программу развития.
«Вместе с ответственным за проект работником а/о Нематиллой Эшенкуловым создали несколько жааматов. В них вошли малоимущие семьи. Мы прошли курсы по рыбному делу. Потом на нескольких участках разбили восемь прудов. Эксперт по рыбному делу специально приезжал из Узгенского района. Он посоветовал нам сорта рыб, которые смогут прижиться в нашей местности, — беломор, карп. Кроме того, им не нужен специальный уход. Эта рыба питается корнями травы, которая растет вокруг пруда», — рассказал Усон Бакиров.

В конце прошлого года семья Бакировых запустила в первый в районе пруд 150 кг. Сегодня, по подсчетам главы семейства, рыба весит уже порядка двух тонн. Сбывать продукт Усон Бакиров планирует в августе. И даже подготовил специальный прилавок на местном рынке.

У Бактыбека Момужанова из села Кызыл-Ураан Уч-Терекского а/о Жалал-Абадской области история схожа. Восемь человек в семье, единственный источник дохода – земельный участок. Весной этого года Бактыбек Момужанов попал в проект и прошел тренинги по пчеловодству. Теперь у него собственная пчелоферма из 30 ульев.

А в г.Кадамжае вот уже несколько месяцев работает в собственной парикмахерской Абдрашит из села Орозбеков. В его весьма небогатой семье денег хватало только на еду, так что о получении какой-то профессии Абдрашит и мечтать не мог. «Я с детства работал. С ранней весны до поздней осени пас скот. Думал, так всю жизнь проведу. Потом в селе курсы открыли, два месяца отучился. Местные власти выделили помещение. Пришлось продать две овцы, чтобы купить инвентарь. Теперь у меня 5-6 клиентов в день. Но это только начало», — рассказывает Абдрашит.

Таких история в проекте развития «Продукты в обмен на труд» много. Взять хотя бы села Кызыл-Сай и Ак-Добо Таласской области. 90 женщин, которые прошли обучение шитью и войлочному делу, сегодня не только изготавливают сувениры на продажу, но даже участвуют в выставках в Бишкеке.

Все эти истории пусть маленького, но чьего-то личного успеха сложились в общую эффективность проекта «Продукты в обмен на труд». А с этого года даже запустили пилотный проект в Кочкорском и Базар-Коргонском районах, на которых будут отрабатывать меры по преодолению бедности совместно десять министерств и ведомств. Главными инструментами выбраны – знания и возможность их претворить в жизнь. Общая сумма пилота составила порядка 1,7 млн. долларов.
И уже на днях Министерство труда и социального развития, Министерство сельского хозяйства, пищевой промышленности и мелиорации, Министерство образования и науки, Кыргызский национальный аграрный университет им. К.И.Скрябина, Агентство начального, среднего и профессионального образования и ВПП ООН запустили программу краткосрочных курсов для малоимущих. Всего будет запущено 64 курса по различным дисциплинам, в основном сельскохозяйственного направления — животноводство, растениеводство, хранение и переработка сельхозпродукции. На обучение выделено 100 тыс. долларов. Если программа пилотов себя оправдает, то этот компонент войдет в масштабную программу развития на 2018-22 годы стоимость 40-45 млн. долларов.

«Например, те, кто посадили сегодня сады, уже говорят о необходимости создания цехов по переработке продукции. Поэтому мы планируем провести мини-индустриализацию сел. Преодоление бедности возможно, если человеку дать не рыбку, а удочку», — считает министр Кудайберген Базарбаев.

Какое будущее ждет эту программу вывода страны из бедности, как говорится, «война план покажет». И, возможно, однажды, в Кыргызстане с бедностью начнут не только бороться, но и предотвращать ее. Потому как оказавшиеся за чертой бедности, конечно, могут рассчитывать хоть на какую-то поддержку государства. А вот тем, кто сегодня живет у этой черты, в так называемой «зоне риска», руку помощи протягивать пока некому.

Жеӊишбек кызы Дениза.

Известная телеведущая Ассоль Молдокматова собрала в единый круг творческую, политическую и дипломатическую элиту страны и зарубежья. Именитые кинорежиссеры, актеры, политики прошлись по красной дорожке в новом центре Арт Ордо. 

Как отметила А. Молдокматова, влияние кинематографа на культуру и искусство бесспорно, высказываются даже предположения о значимости влияния кинематографа на политику и экономику. Во многих странах киноиндустрия является значимой отраслью экономики. Производство кинофильмов сосредоточено на киностудиях.

Этот вечер имел свою особенность. По задумке автора была создана платформа для общения актеров и зрителя, где стерты грани недоступности. Красивая джазовая музыка от группы Алика Бабаджанова, кыргызские танцы от народного ансамбля «Азия-Нур», выступление артистов Русского Драматического театра имени Чингиза Айтматова, исполнение саундтреков актерами и именитыми исполнителями и в центре обсуждения — главное: отрывки, трейлеры фильмов, которые определяют вехи кыргызского кинематографа, начиная с советской эпохи. Фильм Садыка Шернияза «Курманжан Датка», Альгимантаса Видугириса «Очкарик», Эрнеста Абдыжапарова «Боз салкын», Мирлана Абдыкалыкова «Сутак», Асхата Табалдиева «Биртууганчик», Актана Арым Кубата «У любви свои небеса». На сцене зрители увидели актеров, сыгравших главные роли.

«На культовом вечере кино мы с владельцами Ордо Терраса, — поделилась Ассоль Молдокматова, — решили изменить привычную траекторию лотерейного розыгрыша призов и каждому народному артисту КР — Геннадию Базарову, Назире Мамбетовой, Жамиле Сыдыкбаевой подарили современные сотовые телефоны. Актеры, творческие личности заслужили внимания, почета, восхищения. Спасибо за их титанический труд и талант, за то, что дают нам почву для размышлений и работают, принося в жертву здоровье и в целом жизнь».

Также сотовый был вручен Почетным консулом Литвы, сыном именитого кинорежиссера Стасом Видугирисом — монтажеру советской эпохи Ракые Шаршеновой.

Приятный теплый, удивительный вечер завершился показом отрывков из полюбившихся фильмов с актерами, ушедшими из жизни. Зрители, стоя скандировали, воздавая дань уважения, любви, восхищения.

«Их любили миллионы зрителей, — завершая культовый Вечер кино, произнесла телеведущая. — Фильмы с их участием пользовались популярностью. Они были поистине народными артистами, и этого звания не мог лишить их никто. Они ушли из жизни, но никогда не уйдут из нашей памяти.

Наши замечательные артисты…
…Они уходят, не допев куплета,
Когда в их честь оркестр играет туш:
Актёры, музыканты и поэты —
Целители уставших наших душ…».

Послы Франции, Индии, Казахстана, Украины были тронуты до глубины сердца и выразили восхищение талантом выдающихся творческих личностей Кыргызстана. Вечер оставил у присутствующих глубокий неизгладимый след, а кино придало новый смысл и придало силы вновь идти вперед!

На вечере выступил известный режиссер, создавший киноленту «Курманджан Датка» депутат  Садык Шер-Нияз.

«О кыргызском кино и его возрождении говорим не только мы сами, а наши соседи и даже авторитетные источники из-за рубежа. Hollywood Reporter, Variety и другие издания, имеющие многомиллионную аудиторию, говорят об уникальности кино Кыргызстана. Еще одним подтверждением является тот факт, что пять кыргызских картин участвовали в кинофестивалях группы “А” и собрали массу наград», — отметил он.

По словам генерального директора телеканала “НТС” Усена уулу Джайнака, у зрителя из Кыргызстана всегда был спрос на родное кино, и канал прилагает массу усилий для того, чтобы и старые киноленты, которые незаслуженно забыты, и новые фильмы демонстрировались по телевидению.

Планируется, что такие киновечера станут в Бишкеке регулярными.

Толкун Сагынова.

Каждый двенадцатый трудоспособный кыргызстанец на сегодняшний день — безработный. С начала года более 75 тысяч человек официально обратились в службы занятости в поиске работы. Из них порядка 16 тысяч были трудоустроены на постоянную работу, чуть более 8 тысяч – временно. Еще 11,5 тысяч кыргызстанцев направили на переобучение. Таковы официальные данные Министерства труда и социального развития за первое полугодие текущего года.

При этом на сегодня в стране имеется 18,2 тысячи рабочих мест. А на начало года эта цифра вообще зашкаливала за 55 тысяч. Парадокс, не так ли? В стране одновременно есть армия безработных, конкуренция 14 человек на одно рабочее место, но также имеются тысячи возможностей трудоустроиться.

Почему же так происходит? Ответ прост: спрос не совпадает с предложением. Вот уже не один год первые строчки самых востребованных на рынке труда профессий занимают учителя и врачи. По итогам прошлого года стране требовалось более 1000 врачей и 2 340 учителей! Вот только уезжать работать в регион молодежь не стремится. Заработная плата молодого специалиста на стимул, мягко говоря, не тянет. В отношении медиков даже программа «Депозит молодого врача» не сработала. Повышение депозита с трех до восьми тысяч сомов явно тускнело на фоне роста цен или стоимости жилья. Кроме того, работать в слабо укомплектованных региональных школах и больницах могут только настоящие энтузиасты еще советской закалки. Капитализм такому не учит.

Куда девается армия «белых воротничков» никто особо не исследовал. И вопрос, зачем учить невостребованных специалистов, долгие годы витает в воздухе без ответа. В Кыргызстане насчитывается 50 высших образовательных учреждений, в которых обучается порядка 220 тысяч студентов. При этом в СУЗах на рабочих специальностях учится всего 92-93 тысячи человек. Кстати, ежегодно отчисляется порядка 6-7 тысяч студентов. Рекордным на отсев оказался 2011 год – 31 тысяча человек.

Куда делись бывшие выпускники, никто, конечно же, не отследил. Да и в целом, абитуриентам и их родителям, которые часто отдают последнее за контракт, статистику последующего трудоустройства, никто не показывает. Но лично мне не понятно, как можно трудоустроить, к примеру, 3,5 тысячи юристов, которых вузы выпускают ежегодно?

По данным Счетной палаты, трудоустраивается в стране ежегодно всего 9% выпускников университетов. То есть, более 200 тысяч человек, пять лет зубривших науки, пойдут в лучшем случае переучиваться или будут работать не по специальности. По подсчетам эксперта Кубанычбека Койчуманова, обучение одного студента в год обходится родителям где-то в 60 тысяч сомов. То есть за пять лет выходит 300 тысяч сомов на человека, а на всех тех, не смог найти работу, — 60 млрд. сомов или около 900 млн. долларов. Вот это я понимаю – богатая страна! И это еще без учета почти 22 млрд. сомов, которые заложены на образование в государственном бюджете. И без денег спонсоров, которые уже 25 лет выделяются на реформирование образовательной системы.

Столь легковесное отношение к главному капиталу страны – человеческому капиталу не может не удивлять. Ситуацию прокомментировала Гайша Ибрагимова, генеральный директор Центра развития квалификаций:

— Кыргызстан имеет великолепную демографию, более 60% населения дееспособны, из них 45% составляет молодежь. То есть, страна располагает единственным возобновляемым ресурсом. Опыт таких стран, как Япония и Южная Корея, показывает, что, благодаря правильному использованию человеческих ресурсов, можно осуществить экономический и социальный прорыв. В настоящее время для Кыргызстана человеческие ресурсы являются как потенциалом развития, так и источником угроз. Если молодежь не будет иметь современной  квалификации, которая обеспечит им конкурентоспособность на рынке труда, то она потенциально пополнит ряды криминала и террористических организаций, станет источником  социального напряжения.

— Какой вы предлагаете выход из ситуации?

— Для формирования человеческого капитала в соответствии с требованиями рынка труда  и экономики страны в Кыргызстане необходимо разработать, апробировать и внедрить Национальную Квалификационную Систему на основе компетенций.

Что это такое? Начнем с того, что в наших условиях в модернизации нуждается само содержание понятия «квалификация». Действующая система квалификации определяет квалификацию работника через приблизительное соответствие уровней формального образования, соответствие учебных программ и их продолжительность, диплом  и  стажа работы (МСК-97). Это называется «входные параметры квалификации». То есть, действующая система квалификации не отражает компетентность работника, его способность решать задачи и нести ответственность.  Именно это является причиной   безработицы среди выпускников профессиональных учебных заведений. Они что-то знают, но ничего не умеют,  так как учебные заведения не  имеют заказа в виде профессиональных стандартов, от работодателей.

То есть, работодателю нужно либо переучивать выпускника, либо нанимать человека более старшего возраста. Поэтому у нас везде висят объявления, нужен опыт работы не менее лет. Но где его взять в 20 лет? Вот и получается замкнутый круг.

— И новая Квалификационная система сможет этот круг разорвать?

— Эта система позволит перейти от рынка дипломов к рынку квалификаций. Необходимо начать определять рейтинг профессиональных учебных заведений, изменять их тип в случае несоответствия уровня образования заявляемому уровню квалификации. Кроме того, нужна новая компенсационная система, которая максимально учитывает личный вклад каждого работника в любой сфере. Система компенсаций должна поощрять человека развиваться, постоянно самосовершенствовать свои навыки.

Разработка новой квалификационной системы в Кыргызстане уже началась. Плюсы ее очевидны для всех. Особенно важны две составляющие – компенсационная и социальная. Сегодня в стране все еще существует миф о выгодности дешевого труда. Хотя экономике он обходится в разы дороже. Он малопроизводителен, не развивает работников, убивает инициативу, консервирует низкий уровень организации и условий труда. Дешевый работник опасен для окружающих. Дешевый труд, обуславливающий низкий уровень жизни, приводит работника к потере ответственности не только перед предприятием, обществом, но и перед самим собой. Такому человеку нечего терять.

Точно также и современная система социальной защиты должна своевременно включать новые профессии или новые функции в старые профессии в нормативные документы. Но все это еще только разрабатывается. Самое примечательное, что именно кыргызстанские эксперты разработал подобную систему для соседнего Казахстана. Вот и получается, сапожник без сапог, трудовые ресурсы без труда.

Пока же очередные абитуриенты штурмуют альмаматеры, родители затягивают пояса, а новая волна выпускников устремилась по родственникам и знакомым в поисках работы.
А еще только по Бишкеку на начало года подали заявки на 63 грузчика, 71 электромонтера, 229 водителей, 312 поваров и 693 швеи. Нет-нет, вовсе не надо всех усаживать в токари-столяры, но штамповать разводящих сессии врачей или многочисленных экологов-дизайнеров-менеджеров  вряд ли лучше…

Жеӊишбек кызы Дениза.

Накануне на центральных улицах Бишкека появились огромные баннеры. На фото сопоставляются девушки в кыргызской национальной одежде и парандже. «Кайран элим, кайда баратабыз?» («Несчастный мой народ, куда катимся?»),– вопрошает неизвестный автор. Сей посыл в обществе восприняли весьма неоднозначно.

Раскол на почве религиозных тем и светскости государства в КР разгорается не в первый раз. Не так давно в информационном пространстве повздорили депутат парламента Жанар Акаев (СДПК) и бывший муфтий Чубак Жалилов. Сторонники как первого, так и второго (коих оказалось в разы больше) несколько дней буквально воевали на просторах интернета – в соцсетях. До того на два лагеря кыргызстанцы поделились из-за конфликта между активистом Данияром Айтманом и экс-депутатом Турсунбаем Бакир уулу. Вчера нам подкинули новый повод.

Эксперты связали появление баннеров в столице накануне визита в КР канцлера Германии Ангелы Меркель неслучайно. По их мнению, это может сыграть на руку властям, дабы выпросить у гостьи финансовой помощи на борьбу с религиозными радикалами и экстремистами.

В Духовном управлении мусульман Кыргызстана назвали затею провокационной, которая вносит раскол среди народа, и призвали не поддаваться. «Национальная одежда кыргызов соответствует всем религиозным канонам, а национальные ценности совпадают с мусульманскими. ДУМК считает, что баннер, установленный на улицах Бишкека, вносит раскол среди народа. Муфтият просит граждан не поддаваться на провокации и не выходить за рамки приличия», — говорится в официальном сообщении муфтията.

Провокацией назвал баннеры и известный теолог Кадыр Маликов. Он отмечает, что «баннеры, размещенные (возможно с разрешения местных властей) могут очень негативно повлиять на единство общества». «Очень опасная тенденция со специальным заказом расколоть общество. Прошу правоохранительные органы (и особенно ГКНБ) обратить внимание на данные баннеры и их заказчиков! Так как согласно статье 299 Уголовного кодекса КР (О разжигании межрелигиозной межконфессиональной ненависти, оскорбления религиозных чувств и т.д.) такие действия ведут к разжиганию вражды и раскола на своих и чужих в одном государстве. Это очень опасная затея! Незнание специфики Ислама, агрессивность в отношении к религиозным атрибутам и чувствам верующих, может привести к очень плохим последствиям, учитывая ситуацию в мире и в регионе в связи с ростом радикализации. В социальных сетях вновь разгорается ненависть и оскорбления на религиозной основе. Все граждане хотят мира и стабильности в обществе и требуют законного расследования и привлечения к ответственности с прозрачным освещением. И это делается перед приездом канцлера Германии А. Меркель в Бишкек», – отмечает теолог.

С ним, однако, не согласен директор Государственной комиссии по делам религий Орозбек Молдалиев. По его мнению, «ничего провокационного в баннерах нет». «Какая здесь может быть провокация? Там приятной внешности девушки в национальной одежде… Мы должны правильно понять призыв на рекламном щите. Он относится и к тем, кто носит черное одеяние. Одетые в черное люди — это своеобразный вызов обществу. Многие приходят к нам и говорят, чтобы мы запретили такое одеяние. Мы отвечаем, что не можем, так как мы — демократическое государство. То, что граждане обсуждает это, считаю правильным. Кто-то опасается, что общество расколется на части. Но ведь общественное мнение так и рождается — через споры, обсуждения. Оттого что каждый будет по отдельности, закрытым, проблема не решится», – считает чиновник.

С ним солидарен и политолог Токтогул Какчекеев. В интервью журналистам он заявил, что «полностью поддерживает посыл авторов баннеров». «Изображение на плакате не содержит того, что могло бы ущемить кого-либо. Можно верить и быть мусульманином, но за спиной должна оставаться история, культура, ценности и традиции», – считает он.

Кто является автором плаката сейчас пытаются выяснить компетентные органы. В мэрии открестились от билбордов, дескать, городские власти сдают щиты в аренду и за содержание баннеров ответственности не несут, контент, по данным пресс-службы, регулируется законами о рекламе и госязыку. «Рекламный щит сдали в субаренду просветительскому фонду, руководство которого верующее и читает намаз, и считает себя в первую очередь кыргызами и патриотами страны», – уточнили в городском муниципалитете.

По некоторым данным, заказчиками баннеров является Фонд развития духовной культуры «Ыйман», созданный по распоряжению президента страны Алмазбека Атамбаева. Его члены позиционируют себя как мусульмане-патриоты. Когда фонд создавался, в январе 2014 года, пресс-служба главы государства сообщала: «фонд «Ыйман» создан в целях поддержки инициатив, направленных на повышение духовного потенциала и религиозного просвещения граждан, а также оказания содействия государству и гражданскому обществу в укреплении межконфессионального согласия, веротерпимости, выработке эффективных форм и методов противодействия проявлениям религиозного экстремизма».

Баннеры стали ярким примером «укрепления межконфессионального согласия и веротерпимости».

Соб. инф.

Очередной, седьмой по счету с 2010 года, министр внутренних дел карьеру на новой должности начал с проституток. С подачи Кашкара Джунушалиева в Бишкеке начата беспощадная борьба с «ночными бабочками». Складывается ощущение, что все силы милиции брошены на это поле битвы, будто с преступностью и криминалом в стране покончено и проведена успешная реформа милиции. Или, может быть, значительные изменения и произошли, но общественности о них неизвестно? Об этом Res Publica побеседовала с координатором движения «За реформы и результат!» Тимуром Шайхутдиновым.

– Сегодня у всех на слуху только борьба с проституцией. А что еще нового привнес в деятельность милиции недавно назначенный глава МВД?

– Пока рано что-либо говорить о планах Кашкара Джунушалиева. Новый министр недавно подписал приказ о вежливом обращении с гражданами, создано Главное управление информационных технологий… Пожалуй, это все.

– С чего, по вашему мнению, нужно начать менять милицию и отношение населения к ней?

– Сейчас важно провести анализ: что было сделано в предыдущих попытках реформы, что не получилось. В том числе с ГУПМ. Патрульная милиция – служба, которая напрямую с гражданами контактирует, и уже есть первые отзывы о деятельности этого подразделения.

Но вместо проведения анализа и изучения проделанной работы, со стороны нового руководства МВД начаты некие пиар-инициативы, как борьба с проститутками и приказы о вежливости. Вежливое отношение должно быть по определению. К тому же, в приказе нет механизмов, как обеспечить контроль за соблюдением вежливого отношения.

– Вы упомянули ГУПМ (Главное управления патрульной милиции). Это подразделение создано, в том числе, по рекомендации гражданского общества. Однако уже сегодня звучат нарекания в адрес этой службы…

– Она создана в апреле этого года и уже можно сделать первые выводы. Сама идея хорошая. Но она реализована не в том виде, как изначально заявлялось. Значит, нужно что-то менять. Она не оправдала ожидания и заложенную изначально идею. В чем заключалась главная цель? Во-первых, сотрудники ГУПМ должны были патрулировать улицы, что служит профилактикой преступлений, а также обеспечивает правопорядок и безопасность на определенном участке. Такая практика могла бы обеспечить оперативную реакцию на инциденты. Во-вторых, патруль во многих странах мира является кузницей кадров для всей полиции, то есть все сотрудники начинали свою карьеру с этой службы. В КР же взяли название, но принцип работы сотрудников не изменили. Инспекторы ГУПМ также стоят вдоль дорог, прячутся, останавливают нарушителей, штрафуют. Нет контроля и ясных процедур работы. И самое главное — кадры остались те же.

– Получается, те же ДПС/ГАИ вернулись, но под новой вывеской?

– Думаю, случилось, как всегда – хорошая идея столкнулась с нашей действительностью.  Каждый министр хотел что-то изменить в системе ОВД, особенно, это ярко проявлялось перед их отставками, но из-за отсутствия команды и видения проблемы, все сводилось к одному – значительных изменений в милиции не произошло.

– Что мешает проведению реформ? Нежелание и сопротивление внутри системы или отсутствие политической воли руководства страны?

– Реформа милиции всегда отдавалась на откуп самой милиции, которая ограничена в новых идеях. Людям, долгое время проработавшим в системе ОВД, тяжело придумать и предложить что-то новое. В результате серьезных подвижек в реформе не произошло. И связано это с тем, что политическое руководство, вплоть до президента страны, уделяло недостаточно внимания реформе милиции, отдавая министерству право решать, что продвигать, а что нет.
С 2013 года, когда официально начался новый виток реформы милиции, определенные изменения произошли. Предпринимаются попытки изменить подходы в оценке деятельности органов внутренних дел, отходя от пресловутой палочной системы, которая приводит к пыткам и другим противоправным действиям. Есть попытка МВД быть более открытыми с гражданским обществом, наладить диалог и стать ближе с населением, создать новую патрульную службу. Проводятся мероприятия по улучшению имиджа милиции и изменения отношения населения к ней. Самый главный индикатор успешности реформ — это отношение людей. Не экспертов или самих сотрудников. А населения.

Принимаются хорошие постановления, но, когда нет политической воли, чтобы контролировать реализацию этих документов, они забываются. И практически все меры, которые реализованы за три года, оказались полумерами.

– Во всех государственных органах существует проблема кадров. Гражданское общество предлагало несколько мер для изменения подготовки и повышения квалификации кадров. Внедрены ли они?

– Из положительных изменений отмечу, что при Академии МВД появились курсы подготовки выпускников гражданских вузов. Такого ранее не было. В ограниченном количестве туда принимают слушателей.

Плюс внедрение индивидуальной оценки сотрудника милиции. Каждые полгода начальник оценивает подчиненных по определенным индикаторам. Это должно было стать основанием для их профессионального роста. Но поскольку последствия не прописаны, оценка не имеет такого значения, как было заложено. Даже хорошая оценка не приводит автоматически к повышению по службе. К тому же, встает вопрос об объективности этой оценки со стороны начальства. Опять же хорошая идея недоработана. В итоге толковые сотрудники долгое время находятся на более низких позициях, нежели нерадивые работники, которые «растут» из-за связей.

– В то время, как руководство МВД занимается пиаром и разгоном проституток, внутри сама система продолжает загнивать.

– В системе МВД есть такая служба ГУСБ (Главное управление собственной безопасности). Она призвана бороться с преступностью и нарушениями среди самих сотрудников милиции, выявлять коррупционные схемы в ОВД. Но она неэффективна, что признают в частных беседах и сами милиционеры, и зачастую ее деятельность сводится лишь к тому, чтобы обеспечивать контроль лояльности личного состава к министру. Среди реформаторских инициатив, на которые прежний министр не хотел идти, предлагалось сделать ГУСБ гражданской службой, которая не будет подчиняться руководству министерства, а должна стать независимой, даже если формально останется под МВД.

Нами предлагается также сделать гражданским аппарат МВД, который формировался бы через конкурс. При этом, создать при МВД департамент полиции, где работали бы профессионалы в погонах. Последние находились бы в этой модели под контролем гражданского менеджмента, который определял бы стратегию, контролировал финансовые вопросы, а профессионалы занимались бы борьбой с преступностью и обеспечивали правопорядок. Такая модель существует во многих странах.

– Как в МВД отнеслись к вашему последнему предложению?

– Маловероятно, что руководство МВД пойдет на это. Но у Алмазбека Атамбаева осталось всего полтора года, чтобы заложить основу для настоящей реформы правоохранительной системы. Это стало бы его значительным вкладом в развитие государства.

Беседовала Махинур Ниязова.

«Князь Игорь» — жемчужина классического русского оперного репертуара. А ее знаменитые арии и «Половецкие пляски» известны и любимы во всем мире.
Премьера оперы состоялась 23 октября (4 ноября) 1890 года в петербургском Мариинском театре. Опера писалась в течение 18 лет, но в 1887 году композитор скончался, и опера осталась неоконченной. По записям А.П. Бородина работу завершили Александр Глазунов и Николай Римский-Корсаков.

Опера в трех действиях предстала перед столичной бишкекской публикой в новой, третьей редакции, которую осуществили: режиссер-постановщик Искендер Сартбаев, дирижер Нурматбек Полотов, народный художник Кыргызской Республики Маратбек Шарафидинов, балетмейстер – народная артистка КР Марина Ласточкина. На сцену в премьерный день вышел солист Мариинского театра, лауреат Международного конкурса Вячеслав Луханин (Хан Кончак), ведущие солисты кыргызского театра оперы и балета: лауреат Международного конкурса Бакыт Ыбыкеев (Князь Игорь), Оксана Шутова (Ярославна), Асель Бекбаева (Кончаковна).

Как рассказал режиссер-постановщик Искендер Сартбаев, наш театр обращается к постановке этой оперы уже в третий раз. «Впервые это было в 1954, затем в 1986 году. К сожалению, в силу разных причин она сошла с нашей сцены из-за репертуара. Это были годы перестройки, развала СССР. Все это сказалось на состоянии театра. Многие солисты стали покидать труппу. Нашего знаменитого баса Булата Минжилкиева пригласили в Мариинский театр. Солист Вячеслав Луханин тоже уехал в Ленинград. Бас Павел Сукманов покинул Кыргызстан. А эта опера требует присутствия басов и баритонов. В последние годы репертуар сузился. Перестала звучать музыка русских композиторов. К сожалению, и сейчас не звучит французская, немецкая музыка. И поэтому, когда я пришел в театр поговорил с директором Б.Осмоновым мы долго думали и остановились на “Князе Игоре”, ведь в театре уже появилось достаточное количество необходимых солистов. И уже в 1916 году она вновь восстановлена.», — говорит Сартбаев. – «Мне нравится выражение: “В оперу можно либо влюбиться с первого раза, либо возненавидеть и задача наших солистов заключается в привитии любви к оперному искусству”.

Солистка Оксана Шутова: “Это очень сложная постановка. Лично для меня это первая драматическая партия Ярославны. Реальный исторический персонаж, образ русской женщины, которая отправляя в поход своего мужа, своей верностью, ожиданием возвращает его обратно домой. Знаменитый плач Ярославны – это такой сильный посыл солнцу, ветру, Днепру вернуть любимого… Еще хочу добавить, что когда есть контакт с залом, чувствуешь его положительную энергетику, то всегда намного легче петь и быть в роли”.

«Все исполнители много работали и получилась сплочённая и дружная команда. Нурлан Суймоналиев — Галицкий. Мы очень долго искали с ним характер нашей сцены. На мой взгляд, у него получился яркий и интересный образ. В этой редакции открыты все купюры. Исполняются все музыкальные номера в том виде, как они написаны автором. Ещё зрителя приятно удивят половецкие пляски. Они поставлены в новой редакции. Хореограф постановщик Нар. Артистка Марина Ласточкина», — рассказывает Сартбаев. — Каимбек Кускаков, который наряду с Б.Ыбыкеевым поет партию князя Игоря говорит: “Мы полгода готовились к премьере. Это была долгая кропотливая работа. Последний раз опера была поставлена режиссером Арзиевым. В постановке мы использовали те же костюмы, в которых пели Минжилкиев, Мухтаров, Касымов, Муковников”.

По словам директора театра Б.Осмонова, большую материальную помощь в изготовлении новых декораций оказал известный бизнесмен Аскар Салымбеков. Остается добавить. что премьера оперы состоялась при полном аншлаге.

Толкун САГЫНОВА.

Мы были и остаемся страной множества недоговоренностей и недомолвок. Например, по сей день не знаем досконально, кто именно стрелял в толпу демонстрантов в апреле 2010 года и кто это вдохновлял или организовал. Почти шестилетнее расследование, многочисленные суды и тонны дел закончились тем, что главных фигурантов не поймали, а тех, у кого куда меньше прегрешений продолжают держать за решеткой. Не знаем и того, кто именно стоял за освобождением Батукаева или кто убил Рыспека Акматбаева, кто из наших чиновников является держателем солидных золотых акций Кумтора и т. п.

Одна из таких недомолвок — трагические события 10 июня 2010 года. О них много написано в прессе, вмешалось и международное сообщество, существуют заключения Государственной комиссии по расследованию причин конфликта на юге республики, Комиссии ООН. Общее мнение таково, что кровавую резню безусловно можно было предотвратить, но все еще слабое и в целом крайне неопытное и разношерстное Временное правительство не сумело это сделать. Оно ограничилось тем, что возложило на одного из своих членов разрешение данного вопроса, чтобы принял опережающие меры, занимался соответствующей профилактической работой и т. д. Но эта комиссия собиралась всего один раз, но и тогда не приняла конкретных решений. А конфликт разгорался не по дням, а по часам.

Существует и другое мнение: мол, Временное правительство пусть даже не формулируя эту мысль, не проговаривая ее, но все же подсознательно желало чего-то подобного, чтобы утвердиться во власти и как-то удержаться, легализоваться. Оно нуждалось объективно в каком-то чрезвычайном событии, в масштабном конфликте. Было ощущение, что никто особо не рвался погасить очаг напряжения в самом начале, наоборот, все ждали, чем все это обернется, к чему приведет, и какой дивиденд можно будет извлечь из происходящего. Другими словами, тут смешалось все: и цинизм новых лидеров, и тайное желание все свалить на ненавистного Бакиева, а также вопиющие непрофессионализм и безответственность. Все были заняты дележом портфелей, полномочий, сокрытием награбленного, кучкованием.

В целом нужно отметить, что произошедшее на юге означало полный и позорный провал кыргызских политиков всех мастей бакиевского периода, приведших страну — каждый по-своему — к этой ситуации. Их пустой и безответственный популизм, граничащий с ультранационализмом, мышиная суета в стремлении понравиться толпе, услаждая ее слух, чтобы зацепиться за кораблик власти даже такой ценой, подспудно подготовили почву для конфликта.

Справедливости ради надо отметить и то, что время и силы членов Временного правительства во главе с Р. И. Отунбаевой с самого начала отнимали не организация нормальной жизни в стране, еще не оправившейся от шока апрельской бойни на центральной площади, а поспешная подготовка к выборам, утешение родственников погибших, расстановка своих людей на нужных должностях и т. д. Поэтому власть занималась чем угодно, но только не предотвращением возможных конфликтов, заговоров.

По понятной причине сказывалось и то, что именно в те крайне напряженные дни в работе ВП не было слаженности, командного духа. Все его действия сводились к тому, чтобы все свалить на Бакиевых, чтобы политическая ответственность за кровопролитие не легла на их собственные шеи. Их можно было понять, да и Бакиевы вновь засветились в этой бойне, но более внимательный анализ событий и их почти молниеносное развитие говорили о многом другом. Это был вполне ожидаемый итог той провокационной, намеренно подрывной работы тех отдельных политиков, которые в целях получения голосов узбекских избирателей на выборах и в погоне за сомнительной популярностью детонировали этот самый масштабный межэтнический взрыв во всей Центральной Азии. Поэтому происходящее на юге вылилось в конечном итоге в стихийную, но отчаянную борьбу кыргызов за страну, за ее территориальную целостность. Это может звучать высокопарно, но это было именно так.

С другой стороны, были забыты уроки истории, а именно уроки событий 1990 года. Как идея сепаратизм все еще сохранился, и это показали новые события в Оше и Джалал-Абаде.

Сепаратисты-провокаторы и криминальные круги, вдохновленные и спонсированные внутренними и заграничными менторами, вновь столкнули лоб в лоб братские народы. Этим самым они нанесли сильнейший удар по республике, по нашему общенациональному единству, по будущему страны. Они свели на нет все идеологические усилия предшествующих лет, не говоря о том колоссальном экономическом, материальном ущербе, людских потерях, которые мы понесли. Ясно, что для залечивания ран понадобятся годы, но произошло то, что произошло.

Трагическим июньским событиям предшествовали многочисленные собрания узбекской диаспоры, а идейными вдохновителями и организаторами были лидеры национально-культурных центров (К. Батыров, И. Абдрасулов, Ж. Салахитдинов). Об этом говорит то, что с конца апреля по 10 июня 2010 года в Оше и его окрестностях проведено более 25 собраний и скоплений народа, в которых участвовало от 100 до 500-600 человек и обсуждались, как правило, межнациональные отношения. Параллельно велась работа по созданию штабов и специальных дружин под видом обеспечения безопасности кварталов и микрорайонов, где проживало узбекское население. Часто умышленно устраивались конфликтные ситуации и драки между представителями кыргызской и узбекской молодежи.

По данным Госкомиссии, «отправной точкой начала массового межнационального конфликта в г. Оше явилось то, что 10 июня 2010 года примерно в 23 часа 20 минут произошла очередная драка между группами кыргызской и узбекской молодежи в игровом заведении «24 часа» возле гостиницы «Алай». Там собралась толпа людей узбекской национальности (по разным оценкам, от 500 до 2 тысяч человек). По словам очевидцев, среди участников столкновений было немало неизвестных в городе лиц, в том числе в черном джипе, из которого были произведены первые выстрелы.

Эта толпа стала поджигать гостиницу «Алай», закидывать камнями здания общежитий ОшГУ, окна близлежащих многоэтажек, коммерческих магазинов и других торговых точек, нападать на проезжающие автомобили и избивать пассажиров кыргызской национальности. Как утверждает Госкомиссия, в 00.30 11 июня 2010 года были запущены сигнальные ракеты, а с 4 минаретов мечетей по громкоговорителю была прочитана молитва (тахиб). После этих призывов в разных частях города и близлежащих селениях начались массовые беспорядки. Было очевидно, что июньские события были заранее организованы. Это подтверждается и тем, что во всех густонаселенных кварталах и микрорайонах, населенных преимущественно гражданами узбекской национальности, появились надписи, обозначающие сигналы бедствия международного стандарта «SOS», «Uzbek zone», «Kyrgyz zone». Причем все они написаны специальной краской аккуратно и однотипно».

С другой стороны, события в Джалал-Абаде во многом провоцировались некоторыми представителями временной власти, которые открыто заигрывали с сепаратистом К. Батыровым и использовали его против того же бакиевского клана, вплоть до поджога его домов руками батыровских людей. Это вызвало резкое недовольство местного населения, которое считало, что эти сомнительные дворцы бакиевых, может, и стоили того, чтобы поджечь, но это должно было быть сделано руками самих кыргызов. К тому же факт поджога дома президента страны именно узбеками явно задел местное население, вызвал недовольство родственников, односельчан. Поэтому Временному правительству не следовало увлекаться сочинением новых мифов и всякой антибакиевской ерунды, а смотреть правде в глаза. И произошло самое худшее.

Ради справедливости надо отметить, что за годы, прошедшие с событий 1990 года, кыргызская власть немало сделала для того, чтобы вынести конкретные уроки из ошских и узгенских событий 1990 года. Открывались учебные заведения как среднего, так и высшего уровня на узбекском языке, успешно функционировала Ассамблея народа Кыргызстана, назначались кадры на ответственные должности из представителей узбекского населения страны. Велась активная системная идеологическая работа среди населения. Эта работа получила наивысшую оценку ОБСЕ, а опыт Кыргызстана перенимали соседние республики, хотя кыргызские националисты после событий 2010 года именно акаевскую власть обвинили в том, что она «слишком разбаловала узбеков», зря позволила открывать университеты, колледжи, школы, теле- и радиостанции.
В те дни везде шла односторонняя информационная компания о том, что кыргызы выгоняют узбеков из страны и устраивают чуть ли не геноцид. Складывалось вполне определенное мнение о нашем народе как о беспокойном, диком, необузданном, а теперь и вовсе кровожадном. Очень жаль, что мировое медиапространство было тогда переполнено откровенно негативной информацией о кыргызах, что даже ООН осудила нас за жестокость, за этнические чистки и т. д.
Но удивила, заставила себя по-настоящему уважать официальная позиция руководства братского Узбекистана, от которого очень многое зависит во всем регионе. «Тяжело даже говорить об этих событиях, об убийстве невинных людей, детей, беременных женщин — это не что иное, как варварство, жестокость, — сказал тогда президент Ислам Каримов. — Я уверен, что корни этих кровавых преступлений будут выявлены, им будет дана оценка с точки зрения закона. Если говорить о причинах трагедии, то я против принципа: око за око, кровь за кровь. Не только против, но и считаю, что даже мыслящие таким образом люди — враги нашего народа. В нынешней сложной обстановке как никогда важны бдительность, выдержка и умение трезво оценивать ситуацию». По его мнению, а он наверняка был информирован больше, чем кто-либо другой, в произошедшей трагедии не виноваты ни узбеки, ни кыргызы. Это подрывные действия, организованные и управляемые извне. Силы, организовавшие диверсию, стремились втянуть Узбекистан (надо думать и Кыргызстан) в это противостояние, выдавая происходящее как противостояние между узбекскими и кыргызскими этническими группами. Но кто эти силы, с какой целью они эту резню организовали? Это те вопросы, которыми мы все задаемся, вспоминая кровавые июньские дни, но ответы еще не нашли.

Будь президент Узбекистана легковерным популистом, подверженным эмоциям лидером и переступи хоть один узбекский солдат через кыргызскую границу, мы моментально оказались бы втянуты в полномасштабный межгосударственный конфликт. Он мог постепенно перерасти в настоящую войну… Такой же конфликт вспыхнул бы между Узбекистаном и Таджикистаном, которые давно спорят по ряду очень важных вопросов и по которым пока еще не найдено взаимно приемлемых решений. Руководители этих двух стран давно уже высказались — в ряде случаев в весьма нелицеприятных тонах — в адрес друг друга. И эти высказывания очень серьезно уже отразились в экономиках, в реализуемых планах и т. д. Дело дошло до того, что стали напоминать, сколько таджиков в самом сердце Узбекистана, а сколько узбеков в не менее важных частях Таджикистана. Понятно, на что намек и чем сие грозит не только двум государствам, но в целом региону.

Кыргызско-узбекский конфликт не мог не аукнуться самым серьезным образом и в соседнем Казахстане, который давно находился в выжидательном состоянии и который имеет целый ряд серьезнейших претензий к своему соседу.

Но наихудшие процессы могли развернуться в самом Узбекистане, который с его автономной Республикой Каракалпакстан, Бухарой и Самаркандом, традиционно населенными этническими таджиками, взрывоопасной Ферганой, сильной и скрытой исламизированной оппозицией, пока вынужденной скрываться в мечетях, а то и в подвалах, представляет собой весьма неровную этническую и социально-политическую мозаику.

Итак, подведем итоги. Вряд ли кто из кыргызстанцев мог представлять себе, что стране доведется испытать такое за какие-нибудь пять-шесть последних лет. Антиконституционные перевороты, вынужденное бегство двух президентов, мародерства, кровопролитный межэтнический конфликт… Древний Ош, разрушенный и обгорелый Джалал-Абад, похожий на какой-нибудь афганский город после опустошительного набега талибов. Политики, мало отличающиеся от полевых командиров, малограмотные маргиналы и разные преступные элементы, вставшие у руля целого государства и даже на бедах людей делающие огромные деньги. И народ, до поры до времени вынужденный жить по их указке…

Поистине печальное и невеселое получилось зрелище. Но оно стало закономерным итогом политики «Кыргызстан — дом только кыргызов, остальные — квартиранты», проводимую при президенте №2, итогом высоко поднятого флага национализма худшей формы, квасного, весьма глупого и недальновидного патриотизма.

Самое досадное было то, что все опробованные идеологические наработки прежних лет были отвергнуты Бакиевым, его идеологами, причем совершенно бездумно. Были попытки придумать что-то новое и более продуктивное, что на деле вылилось в переиначивание и пережевывание тех же формул и идеологических постулатов, что практиковалось раньше. Но, к сожалению, это было уже потом, после ошской трагедии.

Таким образом, вопросы без ответов продолжают оставаться. Остается и заключение Комиссии ООН о преступлении против человечности, имевшем место как в Оше, так и в Джалал-Абаде. Остаются не выполненными и рекомендации Государственной комиссии КР о наказании тех, кто не выполнил свой не только служебный, но и гражданский долг. Остается в тюрьме и Азимжан Аскаров, джалалабадский правозащитник — по явно надуманной формулировке. Виновники апрельского расстрела в Бишкеке уже гуляют на свободе, а десятки людей томятся в кыргызских тюрьмах в ожидании справедливости судей. Власть наша живет, скорее, сегодняшним днем, чем завтрашним.

Однако завтра не может не наступить, и придется отвечать за все, что творилось в те дни. Просто промолчать и делать вид, что эти заключения и выводы никого не касаются и что все останется всего лишь словом и сотрясением воздуха — глубокая и опасная ошибка.

Осмонакун Ибраимов, cвободный автор.

Около недели длится информационное противостояние между бывшим муфтием Чубак ажы Жалиловым и молодым парламентарием Жанаром Акаевым (СДПК). Напомним, депутат фракции «Онугуу-Прогресс» Тазабек Икрамов выступил с инициативой изменить время обеденного перерыва для госслужащих, чтобы они могли совершить жума-намаз (пятничную молитву). Депутаты комитета законопроект не одобрили: трое его поддержали, шестеро — нет, среди них и Жанар Акаев.

Бывший муфтий КР Чубак ажы Жалилов выступил с критикой в адрес последних. В радиоэфире он заявил, что «не будет сидеть за одним столом, здороваться и голосовать на выборах» за тех, кто выступил против законопроекта. Отдельно он отметил Жанара Акаева, призвав имамов после смерти депутата не отпевать его по мусульманским канонам, не совершать жаназа. К тому же, богослов выложил в соцсетях список депутатов, проголосовавших против инициативы Икрамова, с указанием их домашних адресов «на всякий случай».

В соцсетях развернулась целая акция в поддержку и того, и другого. Часть пользователей поддерживали экс-муфтия, другая – обвиняла его в радикализме и призывах расправиться с теми, кто не поддержал идею, явно противоречащую Трудовому кодексу и принципам светскости.
В поддержку депутата выступили и многие политики. Комментируя СМИ выпад Жалилова, они заявили о недопустимости давления религиозного деятеля на депутатов и вмешательство в политическую жизнь.

Не стал молчать и сам Жанар Акаев. Он подчеркнул, что «вопрос о продлении обеденного перерыва на пятничную молитву начали политизировать именно в священный месяц Рамазан». «Радикальные молдо, кажется, намеренно подливают масло в огонь. Я тоже держу пост. Поэтому я бы мог не опускаться ниже Чубак ажы и всяких Мотуевых, которые возомнили себя чуть ли не пророками. Ведь все же знают, что им лишь бы зацепиться за религию, особенно за ислам, чтобы на кого-нибудь наброситься. Они обязательно должны ответить перед соответствующими органами», – заявил депутат.

Он отметил, что нет необходимости законодательно продлевать обеденный перерыв в пятницу из-за намаза. «Никогда не следуйте за политиками, которые играют с религией. Всем известно, чем на самом деле занимаются люди, которые на публику совершают намаз. От людей, везде восхваляющих Аллаха, занимающихся популистскими законами, цепляющихся за религию, больше вреда, нежели пользы. Пусть криминал, псевдомолдо и другие не учат нас, как жить», — подчеркнул Жанар Акаев.

«Призывы Чубака Жалилова не поддерживать депутатов, проголосовавших против, не читать жаназу и тому подобное – это экстремизм, такфиризм! Сегодня он призывает называть нас безбожниками, не читать нам молитву, не хоронить, а что будет завтра?» — задался вопросом парламентарий.

Эксперты уже бьют тревогу. По их мнению, конфликт между религиозным лидером и представителем власти может быть использован экстремистскими организациями и радикалами. Они призывают руководство страны осудить выпад радикально настроенного священнослужителя и, учитывая события в Актобе (Казахстан), прекратить заигрывать с религиозными фанатиками.

Соб.инф.

Намедни СМИ Турции распространили сообщение о том, что в аэропорту Стамбула при попытке вылететь в Саудовскую Аравию задержаны 98 граждан Китая с поддельными паспортами Кыргызстана.

Уточняется, что этнические уйгуры, граждане КНР, прибыли в стамбульский аэропорт Ататюрк из Урумчи. «Они приобрели билеты на Северный Кипр, 16 мая предъявили их на пункте паспортного контроля и прошли в транзитный зал. Там группа из четырех человек выдала им поддельные паспорта Кыргызстана», – пишут СМИ со ссылкой на турецкую газету Нurriyet.
Как отмечается, каждый гражданин Китая заплатил по 2,5 тысячи евро за паспорт и по $300 – за авиабилет.

«Полиция задержала подозреваемых и 98 пассажиров перед посадкой на рейс «Турецких авиалиний» в Джидду (Саудовская Аравия). Граждане Китая после окончания официального расследования будут депортированы на родину. Гражданство задержанных четырех человек, продавших им паспорта, не уточняется. По предварительным данным, они граждане КР», – говорится в сообщении.

Позже эта информация подтвердилась. Продавцами паспортов оказались четверо кыргызстанцев, среди которых одна женщина.

В Государственной регистрационной службе при правительстве КР сразу же поспешили откреститься от случившегося. По словам пресс-секретаря ГРС Мелиса Эржигитова, после поступления информации председатель ведомства Тайырбек Сарпашев провел экстренное совещание и через дипломатические каналы запросил серии и номера документов. «Пока рано говорить, поддельные они или выданы незаконно. Но, по предварительным данным, паспорта поддельные. Мы запросили данные по этим документам, чтобы проверить в базе», – пояснили в ГРС.

Случаем заинтересовались в Жогорку Кенеше, на заседании парламента депутаты Алмамбет Шыкмаматов и Кенжебек Бокоев призвали коллег разобраться, заслушать представителей ГКНБ и ГРС и призвать к ответственности виновных в участившихся случаях задержания лиц с поддельными кыргызскими паспортами.

Стоит отметить, что это не первый случай приобретения китайскими гражданами, в частности жителями СУАР, паспортов Кыргызстана для выезда в Европу. Удостоверение личности гражданина КР находили и у одесского «вора в законе» Романа Барбакадзе по прозвищу Ремень. Следствие тогда установило, что Ошский отдел срочного документирования ГРС выдал ему общегражданский паспорт на имя Рамина Алхозова, 1964 года рождения.

Ранее ГРС также уличали в выдаче паспорта российскому лидеру ОПГ грузинского происхождения Илье Самсонии. С поддельным паспортом в свое время были задержаны казахский бизнесмен Мухтар Аблязов и его близкий соратник Мухтар Джакишев.

Убийца звукорежиссера радио «Тумар» Жаныбека Айдаралиева незаконно получил и вовсе четыре паспорта, что затруднило его поиски и поимку. Максат Эралиев сначала поменял фамилию на Аскарбекова, а потом с помощью сотрудников ГРС незаконно внес изменения в данные паспортов, изменив год рождения с 1983-го на 1984-й, а место рождения (Ак-Сууйский район) – на город Каракол.

По факту массовой выдачи (или подделки – в этом будет разбираться следствие) возбуждено уголовное дело. По предварительным данным, все паспорта подделаны под оригинальные действующие удостоверения личности, выданные с 2007 по 2013 годы. «В основном, в поддельных паспортах указаны серии и номера документов за 2008, 2009 и 2011 годов. Оригиналы находятся в настоящее время у граждан Кыргызстана. И эти кыргызстанцы за границу не выезжали. То есть мошенники подделали копии этих паспортов», – пояснили в ГРС.
На вопрос, кто слил злоумышленникам серии и номера действующих паспортов, в ведомстве затруднились ответить.

«Паспорта изготовлены подпольно, не в ГРС», – заявил в ЖК глава ведомства Тайырбек Сарпашев, перекладывая ответственность.

Выяснилось, что 17 из 98 поддельных документов сделаны на основе оригиналов паспортов, выданных в Кара-Сууйском районе, 47 – в городе Узгене, 25 – в Сузакском районе, 5 – в Джалал-Абаде и по одному паспорту в городах Кадамджае и Оше.

Сарпашев пояснил, что мошенники под предлогом проведения лотереи по бесплатной поездке в Умру собрали удостоверения личности у жителей этих населенных пунктов. «По нашей информации, паспортов было намного больше, но они подбирали так, чтобы все подходило по возрасту, полу, и в турфирму, которая занимается путевками, отдали оригинальные паспорта. А получив визы (в Саудовскую Аравию выдают визу на отдельном листке бумаги, не вклеивают ее в паспорт), оригинальные паспорта вернули людям, сказав, что они не выиграли лотерею», – цитируют чиновника СМИ.

После этого, по словам чиновника, копии настоящих паспортов злоумышленники отдали в подпольный цех, и там уже, наклеив другие фото, изготовили поддельные паспорта. «То есть из нашей системы эти паспорта не выходили, и я это ответственно заявляю: персонификация в ГП «Инфоком» не производилась! Тем более специалисты уже сказали, что выявленные паспорта – это очень грубая подделка», — заключил чиновник.

Сейчас правоохранительные органы совместно с коллегами из Турции расследует это дело. Представители ГКНБ КР установили, что один из задержанных продавцов паспортов является гражданин КР по имени Ахмадилла Сайдуллаев.

«Гражданин Ахмадилла Сайдуллаев, 1972 года рождения, бывшее имя Рахматилла Эргашев. Сейчас он находится в Турции вместе с другими задержанными за незаконную миграцию. Его отношение к незаконному изготовлению паспортов подтверждалась не раз в рамках нескольких уголовных дел. В 2008 году он изготовил поддельный паспорт на имя Болата Назарбаева и воспользовался им 3 раза в течение 2011 года. В 2013 году по этому факту в ГКНБ возбудили уголовное дело, Ошский горсуд вынес решение о наложении штрафа в 5 тыс. сомов», – сообщил в парламенте сотрудники ГКНБ.

В 2014 году 7 граждан Китая пытались вылететь в Турцию с паспортами граждан КР. Тогда задержан гражданин Кыргызстана Халматов, в результате его допроса выявлено, что за преступной группировкой стоит Сайдуллаев.

30 апреля этого года при регистрации пассажиров на рейс Ош – Стамбул пограничники задержали еще одного гражданина Кыргызстана с 9 поддельными паспортами.

«В тот же день возбуждено уголовное дело по статьям Уголовного кодекса о подделке документов и организации незаконной миграции. В ходе следствия выявлено, что к этому делу имеет отношение Сайдуллаев. Для незаконной организации малого хаджа для граждан Китая изготовлено всего 107 паспортов, 9 выявили при задержании в Оше, 98 в Стамбуле», – пояснил представитель ГКНБ.

Заместитель генерального прокурора Кылычбек Токтогулов добавил, что, как только вина 4 граждан, подозреваемых в изготовлении поддельных паспортов, будет доказана, в Турцию будет направлено ходатайство об их выдаче в Кыргызстан.

Соб.инф.